Владимир Сухих - Сафари 2015

Он начал озираться. Затем с совершенно зверской мордой выхватил из стайки набежавших чумазых ребятишек, с открытыми ртами пялившихся на микроавтобус, самого оборванного, сунул ему в руку банкноту в десять долларов (меньше вероятно в кармане не нашлось) и рявкнул: - Дуй за председателем! Пулей! Живо! Если через пять минут его здесь не будет, урою, бля! Так и скажи!

Тот, кого назвали председателем, в отведенный срок почти уложился. Краснорожий мужик в накинутой прямо на голое тело странной матерчатой истертой куртке, с торчащей из дыр свалявшейся ватой, в сопровождении стайки тех же мальчишек, чавкая по грязи огромными сапогами, запыхавшись, прибежал к микроавтобусу. Еще толком не отдышавшись, он подобострастно вытянулся перед водителем Гошей и тут же увидал валяющегося человека.

- Вот гад! Ну гад! Да я его сейчас! - председатель подскочил к лежащему и стал пинать его ногами. Тот глухо мычал, но из грязи вылезть не пытался.

- Потом допинаешь! - рявкнул на председателя водитель Гоша: - Туристами займись! А то на неустойку налетим!

- Дак куда их девать-то? - растерялся председатель.

- Этот говнюк должен был их на тракторе к лесу увезти. А и телеги-то нет! Где-то бросил, гад! Может их пока в правление, а? А я щас позвоню, узнаю куда их определить можно, а? - заискивающе произнес председатель, затравленно глядя на водителя Гошу.

- Ладно, - разрешил Гоша: - Давай звони, только быстренько, быстренько!

- А ты утри морду, - обратился он затем к переводчице: - Пригласи господ туристов в правление, пусть пока там вещи сложат. Да развлеки их чем-нибудь, сама знаешь. А я с этим, - кивнул он на председателя: - пойду звонить, сам все проконтролирую.

Группа вслед за щебечущей переводчицей прошла в прокуренное помещение с заваленным окурками, облезлым прогнившим полом. В помещении рядами стояли такие же, как у входа скамьи. Вдоль стен стояли запыленные выцветшие плакаты с изображениями пышущих здоровьем молодых счастливых людей с надписями "Привет участникам социалистического соревнования!" и "Все на битву за: ". Угол плаката с окончанием надписи был обломан. По загаженному подоконнику ползали стылые мухи. Из соседней комнаты, куда ушли звонить Гоша с председателем, через тонкую стенку, доносилось звяканье телефона и отдельные возгласы: - ... мать! Тоже нету? Где? Какие лопаты? Литр? Я тебя! Как это ну и че! Бутылку! Хрен! Вечером я сказал! А кто просил? Какие? Сам пошел!

Да нажрался гад! А телега? Ага! Ага! Идет! Жди!

В комнату вбежал довольный таким исходом Гоша и бросил переводчице: Все нормально! Договорились! Сейчас телегу подгонят, к капустному полю их повезем. Скажи им, пусть готовы будут!

- Уважаемые дамы и господа! - профессионально поставленным голосом по-немецки обратилась к туристам переводчица: - Возникшие ранее непредвиденные трудности с обеспечением транспортом устранены. В соответствии с ...

- Да покороче ты там! - радостно заржал Гоша: - Придай им энтузиазма! Скажи, что в их жизни наступает незабываемый момент! Сейчас им, наконец, будет позволено!

Собственными руками! С поля! СОБИРАТЬ УРОЖАЙ!