Кит Ломер - Черный день для паразитов

- Осади назад! Приказываю разойтись тихо и мирно! Этим делом я займусь лично!

- Думаю, пора мне двигать домой, шериф. - Стамп затянул ремень. Мне-то спервоначалу казалось, что ты их утихомиришь маленько, но теперь они вроде сами попризадумались и видят, что порядка я не нарушал. Вряд ли среди них найдутся такие, что пойдут поперек закона, станут, к примеру, подступать к дезинфектору, выполняющему свои обязанности.

Он наклонился и поднял с пола свой пистолет.

- На мою ответственность, - сказал шериф Хоскинс, - можешь считать разрешение на пушку аннулированным. И твою лицензию - тоже.

- На здоровье! Разве я сопротивляюсь, шериф? Все, что тебе будет угодно. Занесешь все ко мне домой, когда покончишь с этим. - И он стал проталкиваться к дверям.

- Не расходитесь! - осанистый человек с густыми седыми волосами пробился к судейскому столу. - Объявляю чрезвычайное собрание граждан нашего города открытым!

Он стукнул председательским молотком по исцарапанной столешнице, бросив взгляд на прикрытое знаменем мертвое тело Пришельца.

- Джентльмены, мы должны действовать быстро и решительно. Если на радио, прежде чем мы примем согласованное решение, узнают об этом происшествии, Уиллоу Гроув будет проклят навеки!

- Послушайте, сенатор Кастис, - крикнул, вставая, судья Гейтс. - Это... эта толпа не может принимать решения, имеющие силу закона.

- Черт с ними, с законами, судья! Разумеется, это дело федеральных властей, тут даже Конституцию, может, придется изменять. Сейчас же мы собираемся дать определение понятия "человек", действующее в городских границах Уиллоу Гроув.

- И это самое малое, что надо сделать! - отрезала женщина с худым лицом, свирепо глядя на судью Гейтса. - Уж не думаете ли вы, что мы тут будем сидеть и одобрять этакое беззаконие?!

- Чепуха! - завопил Гейтс. - Я не меньше вашего возмущен происшедшим, но... но... но у человека две руки, две ноги и...

- Форма тела не имеет значения, - оборвал его председатель. - Медведи тоже ходят на двух ногах. Дэвид Зовский потерял одну на войне. Руки есть у обезьян.

- Любое разумное существо... - начала женщина.

- Тоже не пойдет. Сын моей несчастной сестры, Мелвин, родился идиотом, бедняга. Друзья, не будем терять времени. Исходя из таких принципов, определение дать очень трудно. Однако я думаю, что нам все же удастся найти такое решение вопроса, которое послужит основой для дальнейшего законодательства... Конечно, оно может привести к серьезным изменениям в будущем. Охотникам оно явно не придется по вкусу, да и мясную промышленность затронет. Но поскольку мы уже, как мне кажется, вошли в эпоху Контакта с э... э... существами других миров, надо навести порядок в собственном доме.

- Верно, сенатор! - заорал кто-то.

- ...Лучше пусть этим займется Конгресс, - настаивал чей-то голос.

- Должны же и мы что-то сделать! - твердил другой.

Сенатор поднял руку.

- Тихо, ребята! Репортеры будут здесь через несколько минут. Наше определение, может статься, и не будет абсолютно точным, но оно заставит людей задуматься, а это сделает Уиллоу Гроув лучшую рекламу, чем убийство.

- Что у вас на уме, сэр?

- А вот что, - сказал сенатор торжественно, - человек - это любое безобидное существо.

Зашаркали подошвы. Кто-то откашлялся.

- А как же человек, который совершил насилие? - потребовал объяснения судья Гейтс. - Что же он...

- Это совершенно ясно, джентльмены, - просто сказал сенатор. - Он, разумеется, паразит и вредитель.

...Сесил Стамп стоял на ступеньках здания суда и, держа руки в карманах, болтал с репортером самой крупной в округе газеты. Их окружала толпа людей, опоздавших на волнующий спектакль а суде. Стамп разглагольствовал о меткости своих пяти выстрелов, о хлюпанье пуль, входивших в тело огромной лиловой змеи, и о том, как смехотворно выглядела она в агонии. Он лихо подмигнул человеку в комбинезоне, немного похожему на лису, который стоял рядом и ковырял в носу.

- Немало времени пройдет, пока какая-нибудь из этих проклятых ящериц отважится снова сунуть сюда нос с видом, будто они тут хозяева, - закончил Стамп.

Двери суда широко открылись. Взволнованные граждане выходили, сторонясь Стампа. Толпа вокруг него начала рассасываться, а потом и совсем исчезла, так как зеваки спешили поговорить с выходившими, рассчитывая на более свежие известия. Нашел себе жертву и репортер.

- Может быть, вы будете столь любезны, сэр, и сообщите подробности действий, предпринятых... э-э-э... специальным комитетом?

Сенатор Кастис пожевал губами.

- Была созвана сессия муниципалитета, - сказал он. - Мы приняли определение понятия "человек" для нашего города...

Стамп, стоя в десяти футах, фыркнул:

- Это меня не касается. Закон обратной силы не имеет!

- Еще мы классифицировали, что такое "паразит и вредитель".

Стамп резко захлопнул рот:

- Под меня копаете, Кастис? Подождем до выборов...

Дверь снова отворилась. Высокий человек в кожаной куртке вышел на лестницу и остановился, глядя вниз. Толпа отпрянула. Сенатор и репортер посторонились.

Человек медленно спустился по ступенькам. В руке у него был блестящий пистолет сорок четвертого калибра, ранее принадлежавший Стампу.

Стоя в одиночестве, Стамп следил за его действиями.

- Эй! - в его голосе чувствовалось напряжение. - Ты-то еще кто такой, черт тебя раздери?!

Человек спустился на последнюю ступеньку и поднял пистолет.

- Я - новый дезинфектор, - ответил он.