Александр Головков - Блондинка

Близилась полночь. Грезы продолжались. Пора было спать. Владислав шагнул к кровати.

Ложиться в постель без простыни -это варварство. Беседовать с простыней - помутнение рассудка. Все нормальные люди спят на простынях. А чувства... Больше всего ему хотелось раздеться, лечь и заснуть.

Он откинул одеяло, посмотрел на простыню и, дернув ее за конец, расстелил на матраце:

- Ложись!

Это была команда для себя. Увы, его магическому заклинанию предмет не поддался.

- Ты в публичный дом пришел! - простыня выскользнула из-под него. - Я тебе не шлюха!

Безуглову страшно хотелось спать. Он попытался расстелить простыню, но она съеживалась, увертывалась от его рук.

- Ну и черт с тобой! Завтра другую куплю.

Подушку и одеяло он убрал -от греха подальше. Лег, не раздеваясь, точно турист на привале. Свет погасил. Впервые спал поспартански.

Скомканная простыня лежала рядом.

Утром он не слышал будильника, соскочил с кровати, когда уже пропели гимн.

- Ключи от комнаты оставь, - услышал он.

Ухмыльнулся и ушел. Вот наваждение!

Починил сверлильный станок, отремонтировал шлифовальный, настроил фрезерный...

В этот день ему позвонили на работу. Валентина Николаевна из техотдела пришла и позвала его к телефону. Бывало, Безуглову звонили родители - отец или мать.

В техотделе тоже работали только женщины. Они были наряднее и лукавее цеховских.

- Кто это тебе звонит, Славик?

- Чей-то тоненький голосок.

- Неужели у Славика завелась зазноба?

Не обращая внимания на насмешки, Безуглов взял трубку.

- Алло... Ты? Простыня?..

Он ничего не мог понять. Но по виду его все догадались: что-то оскорбительное. Он злобно покраснел. Затем он сказал буквально следующее:

- Ты с ума сошла? Или я схожу с ума?

Женщины в отделе прыснули смехом. Безуглову и в лучшие-то времена было не до них. Он пыхтел в трубку:

- Как ты ожила? Какие деньги? Какие ключи?

Потом он спохватился, что ведет себя неприлично, сказал сухо:

- Это невероятно! - и, бросив трубку, ушел в срою мастерскую.

После работы домой не торопился. Разговорчивые соседки на кухне приумолкли, когда он вошел. По-видимому, они хотели что-то спросить.

Но ему было не до них. Прошел к своей комнате, достал ключи. Дверь оказалась не запертой. Простыня была свежевыстиранной и выглаженной.

Она сумела сама наутюжиться и пахла какими-то духами.

- Что происходит в моей квартире? - удивился Безуглов.

- Ходила в прачечную.

- А что это за записка?

- Заявление в женсовет.

- Какой еще женсовет?

- Готовлю сведения, чтобы привлечь тебя к товарищескому суду.

Владислав присел на кровать. Он представил, как его несуществующая невеста будет ходить по судам или женсоветам и жаловаться.

- Тебя нет, - сказал он. - Никто о тебе ничего не знает.

- Почему?

- Ты не человек!

- Я получу паспорт.

- Какой дурак тебе его выдаст?! Ты никто!

- Я уже все выяснила. Получу паспорт и пропишусь здесь. Посмотрим, как ты потом заговоришь.

Вечером Славик лег спать пораньше, с головой завернувшись в одеяло, не прикасаясь к накрахмаленной простыне.

Утром в цехе все обсуждали вчерашний его разговор по телефону.

Это невозможно было не заметить.

- Витя, ты мой самый лучший друг, - за чаем обратился Вячеслав к электрику Гудимову. - Мне нужен твой совет. Только не перебивай... Не подумай, что я шучу... Ко мне простыня прилипла. И собирается замуж...

Что-то у меня с головой. Фантазия какая-то...

- Простыня? - подмигнул Виктор. - Бывает...

- Да, обыкновенная.

- Ну и женись, - согласился Виктор.

- Да ведь это же простыня!

- Тряпка, что ли?

- Тряпка.

- Тогда не женись.

- Вот и ты такой же, - вздохнул Вячеслав.

Гудимов задумался.

- Вообще-то жениться тебе надо, - покосился Виктор на Безуглова. Столько женщин в цехе... И диван у тебя такой мягкий, - Гудимов покачался на диване.

Безуглов шел домой с определенной целью - выбросить тряпку за дверь, бросить на свалку.

- Чего ты надумал?

Он вооружился ножницами.

- Ополоумел?! - взвигнула она. - Тебя же засудят!

- А вот я выкрою из тебя дюжину носовых платочков! - пригрозил Вячеслав.

- А я не вещь! - злорадно выкрикнула она. - Не вещь! Я сегодня паспорт получила! - Она помахала перед ним красной книжечкой с тиснеными гербом и буквами.

И прошуршала складками, видя, что Вячеслав ей уже не опасен:

- На. Не порви и не испачкай Это документ!

Перед его глазами замаячил паспорт. С фотокарточки смотрела помятая физиономия...

Славику хотелось разорвать ее на мелкие полоски и на клочки и выбросить все это в мусорное ведро.

- Я ходила к паспортистке. Я предъявила ей ярлык. - Славик видел, как перед ним колеблются какие-то складки. - Тебя не устраивает мой документ?

- Документ устраивает, а ты - нет, - пробурчал Славик.

- Пойдешь в загс или в суд!

Он понял, в какую историю вляпался. Нет, дело не шуточное. Попалась ему... Или он попался? Ах, ну почему он до сих пор не завел собаку?!

У него еще был шанс. Жениться. Жениться на ком-нибудь, только не на этой простыне! Еще можно успеть..

Придя на работу, он спрятался в своей мастерской, но ничего не делал. Ему попалась газета. Стал читать одну статью. Писалось о женахстрадалицах, натерпевшихся от мужей. Строчки прыгали у него перед глазами, пот катился со лба; он достал платочек. За этим занятием его застала Светочка.

- Славик, тебе плохо? - Светочка интересовалась его самочувствием.

Он взглянул на нее, ища поддержки. Раньше он ни за что бы не

принял помощи от Светочки. Теперь рад был ее сочувствию.

- У меня серьезный стресс, - признался он.

- Выговор? - удивилась Светочка. - За что?

- Не производственный. - Он силился улыбнуться. - Поможешь мне?

Светочка ничего не обещала, но желала знать, что случилось.

Сердце его болезненно билось.

- Я прошу тебя, - залепетал он. - Выходи за меня замуж...

...Все видели, как из мастерской наладчика выбежала возмущенная Светочка.

После работы ему впервые в жизни не хотелось идти домой. Он пересек парк сначала вдоль, затем поперек, обошел кругом цирк, потоптался у театральной афиши. От тоски свернул в магазин.

За прилавком стояла грустная продавщица.

- Я как-то у вас простыню покупал...

- Ну и что?

- Бракованная...

- А я-то тут при чем?

- Вы не подумайте, дыр на ней нет. Внешне все в порядке. - Славик наклонился к продавщице. - Но она теперь норовит замуж выйти.

Продавщица засмеялась:

- Постельное белье обмену не подлежит.

Безуглов понимал, что простыню не обменять. Постоял у прилавка. Хотел купить новую простыню, но...