Дмитрий Коростелев - Просто зажигать звезды

- Вот, - указала она пальцем в небо, - смотри...

Рядом с самой яркой, пронзительно белой, как льды Арктики полярной звездой примостилась еще одна, горячая, золотая, как глаза моей собеседницы.

- Что это? - восхищенно прошептал я.

- Новая звезда. - простым будничным тонам заявила эта потрясающая лунная девочка. - Когда у меня депрессия, я делаю их.

- То есть, ты хочешь сказать, что тебе удалось...

- Вот, смотри еще, - улыбнулась она и зажмурилась. Рядом с золотой звездой появилась еще одна - багровая, как солнце на закате.

- Ну вот, - обиженно скривила губки моя очаровательная спутница, плохо сосредоточилась, звездочка будет недолговечной.

Я ошеломленно переводил взгляд то на небо, то на невозмутимую Ксюшу.

- Но это же невозможно... - выдавил из себя я, - невозможно просто взять и создать такое....

Мой голос казался мне сейчас таким чужим и нечеловеческим, что я невольно замолчал, дабы не слушать этот противный скрежещущий, точно крылья огромного жука звук, почему-то вырывающийся из моей грудной клетки. Неожиданно Ксюша засмеялась - так пронзительно звонко, что острые, словно лезвия безопасной бритвы звуки невольно заставили пульс биться чаще, а сердце неравномерно качать удивительно горячие сгустки насыщенной адреналином крови.

- Это так легко! - ясные золотые глаза девушки смотрели до безобразия открыто. Через яркие, как краски осени глаза, можно было увидеть душу собеседницы, такую чистую и живую, таящую в себе сонмы незажженных солнц.

- Попробуй, - взяла она меня под руку, - у тебя обязательно получится. Только надо сосредоточиться.

Я зажмурил глаза. В мыслях пролетали скопища невероятных созвездий, сгустки абсурдных образов порожденных моим больным воображением. Когда я открыл глаза - Ксюша удрученно смотрела вниз крутого склона.

- Не получилось, - и сердце в груди сжалось. - похоже придется довольствоваться жалкими никому не нужными песенками и стихами, - горько прохрипел я в пространство.

- Обязательно получится! - глаза Ксюши снова лучились теплом и надеждой. Попробуй еще!

В безуспешных попытках я провозился наверное целый час. А когда открыл глаза, Ксения сидела на траве и тихо плакала.

- Ксюша, что с тобой? - пробормотал я.

- Почему, - в золотых ее, наполненных хрусталем слез глазах стояла скорбь, - почему у тебя не получается. Я была уверена, что ты сможешь. Это ведь так легко ПРОСТО ЗАЖИГАТЬ ЗВЕЗДЫ...

* * *

На следующий день мы собрав скудные туристические пожитки, разъехались кто куда. На прощание все обменялись адресами, я краем глаза заметил, как весело переговариваются Святослав с Ириной. Уж эта парочка видимо не ограничится знакомством на один день. Неловко подняв взгляд, я хмуро попрощался с Ксюшей. Неожиданно ее тончайшая, словно ветка лозы, выточенная рукой небесного мастера кисть на мгновение юркнула в мою.

Тут же, девушка не оборачиваясь побежала к поезду. На последок она оглянулась. Именно такой я и запомнил ее: маленького роста, точеная, словно из слоновой кости фигурка, милое, чересчур наивное личико, курносый лисий носик, томительно рыжие, постриженные каре волосы, и бесшабашно пылающие золотые глаза.

- А ничего девочка, - весело подмигнул мне Денис. Я ответил ему безразличным кивком.

Лишь, когда мы сели в дряблый вагон пригородной электрички, я решился разжать кулак. В ладони покоился клочок тетрадной бумажки. На нем аккуратными буквами был выведен адрес лунной девочки, и еще короткая фраза:

ЭТО ВЕДЬ ТАК ЛЕГКО - ПРОСТО ЗАЖИГАТЬ ЗВЕЗДЫ.

По приезду домой я написал ей письмо. Я почему-то заранее знал, что не получу на него ответа. И был уверен, что никогда не решусь навестить прекрасную незнакомку по указанному на клочке бумаги адресу. Просто потому, что я - это я. На послание свое я действительно не получил никакого отклика, впрочем меня это не опечалило. Я был уверен, что Ксюша прочла его и правильно поняла меня, поняла то, чего никогда не понимали другие. Зажигать звезды - действительно очень легко. Только вот неважно, где и как ты зажигаешь их - на небе, или в хрупком сердце ближнего главное, чтобы они никогда не гасли.

P.S. Полный текст песни, помещенный в письме:

По оврагам да по выселкам

По тропинкам непроезжанным

Мчится конь мой неподкованый

Мчится конь мой необьезжанный

Тяжко всаднику сидеть в седле

Но еще трудней с коня сойти

Не катиться звездам по земле

Не свернуть с опасного пути

Лейся песня чистым золотом

Взвейся в небо черным вороном

В чистом поле клевером цвети

Вознесись пшеничным колосом

Ярко солнце небо опалит

И туман на утро лишь роса

Только мой конек вперед летит

Чтобы не вернуться никогда

Оглянусь назад и в сердце боль

Растерзали растоптали в кровь

Что ж ты конь так к седоку жесток

Ты верни мне счастье да любовь

Лейся песня чистым золотом

Взвейся в небо черным вороном

В чистом поле клевером цвети

Распустись пшеничным колосом

Там за речкой да за синею

За высокими дубравами

Неприметная могила есть

В ней покоится душа моя...

29 июня 00.15