Владимир Колин - Красная лягушка

Окончательно убедившись в своих предположениях, я весело рассмеялся и перевел разговор. Мне не впервые было сталкиваться с силой детского воображения.

Я вспомнил, как в последний день рождения Иоаны неожиданно вошел в ее комнату и увидел множество малышей, столпившихся вокруг перевернутого стула.

- Тш-ш-ш ... - шепнула мне Иоана, повернув ко мне личико, преображенное страхом. - Ты его разбудишь!

Стул оказался заснувшим львом . ..

Примерно такой же породы должна быть и красная лягушка, решил я, и, взяв дочку за руку, отправился с ней на прогулку. Мы шли, как двое взрослых, лишь изредка перекидываясь парой слов и спокойно любуясь окрестностями, потому что Иоана чувствует, когда мне не хочется отвечать на ее бесконечные вопросы, и умеет молчать. Мы прокатились по Дунаю на лодке, выкупались и вернулись домой. День прошел без особых инцидентов.

Но назавтра я стал свидетелем событий, которые заставили меня задуматься. Я взял книгу и уселся с ней под кроной ореха, росшего в углу сада; Иоана играла в прятки с малышами хозяйки и соседскими ребятишками. В мирной атмосфере каникул их крики и смех не мешали мне, а напротив, казались тоже мирными и спокойными, и наверное я задремал с книгой на коленях. Открыв глаза, я увидел, что, всем телом прижавшись к стволу ореха, Иоана "дежурит". Она спрятала лицо в согнутую левую руку, в то время как правая свисала у нее вдоль тела, ладонью наружу. Я помню, что заметил красноту кожи и удивился тому, как долго не проходит раздражение, на которое она, к счастью, больше не жаловалась.

- Готово? - крикнула Иоана, не поднимая головы.

Она подождала еще секунду и, не получая ответа от товарищей по игре, не желавших выдавать свои убежища, повернулась к ореху спиной. И тут, к своему великому удивлению, я услышал: - Мариоара! За ивой возле забора. Раз, два, три . .. Гицэ! За свинарником! Раз, два, три... Василе! На яблоне! Раз, два, три. . .

И так, по порядку, она назвала все укромные уголки, в которых прятались дети. Один за другим они выходили теперь из своих убежищ и приближались к нам, поглядывая на Иоану из-под опущенных ресниц. Я понял, что они стесняются меня, но что, если бы меня здесь не было, они разоблачили бы мою дочь, которая, несомненно, "дежурила" нечестно. Я уткнулся в книгу, притворяясь, что ничего не заметил. Иоана была оживлена, весела и горда, она обнаружила все убежища, даже не начав искать ребятишек.

- Чья очередь дежурить? - спросила она, но ей никто не ответил.

Переминаясь с ноги на ногу, все смотрели на нее недружелюбно.

- Я больше не играю, - осмелился наконец Гицэ, маленький плотный мальчуган.

И, решительно шмыгнув носом, он повернулся на пятках и направился к воротам.

- Я тоже, - сказала Мариоара.

Разочарованная, Иоана смотрела на них с таким видом, словно ничего не понимала, и это огорчило меня больше всего.

- Почему? - крикнула она. - Ведь еще рано!

Но дети все так же молча и медленно удалялись.

Потом вдруг кинулись бежать, и вскоре их голоса послышались по другую сторону плетня.

Я был огорчен и сердит. Ведь я относился к своей дочери с полным доверием! А тут был не просто обман: она еще и притворялась, что не видит, что он всеми обнаружен. Мне йе хотелось вмешиваться в игру детей, но было просто необходимо кое-что выяснить. Наверное, мой голос слегка дрожал, когда я спросил: - Почему ты это сделала?

Девочка повернулась ко мне; на ее лице было написано горькое разочарование.

- Да что я сделала? Почему они обиделись?

- Значит, ты поняла, что они обиделись...

- Да. Но почему? Ведь я не сделала ничего плохого.

Я помолчал. Потом протянул руку: - Иоана! Иди-ка сюда! Вот так. Посмотри мне в глаза.

Она стойко выдержала мой взгляд, потом, покраснев, поднесла палец к губам.

- Как? Ты думаешь, что ... И они тоже? ..

Иоана так хорошо притворялась, что, не будь я свидетелем игры, я мог бы поклясться, что ее обвинили напрасно. Глаза девочки наполнились слезами. Я почувствовал, что она напряглась и вся кровь отхлынула у нее от лица.

- Как им не стыдно! -воскликнула она. -Просто они рассердились, что я нашла их так быстро.

Хотя мне было не легко, я решил сдержаться и заговорил спокойно и раздельно: - Они рассердились не потому, что ты их нашла.

Они рассердились, потому что ты подглядывала и увидела, где они спрятались.

- Неправда!

- Нет? Тогда откуда же ты знала, где спрятался каждый?

И тут я увидел, что она сбита с толку. Как это ни странно, у меня было полное впечатление, что она и сама впервые задумалась о том, как смогла найти их так быстро.

- Не знаю, - шепнула она. - Но я знала. Я повернулась и знала.

Больше я ничего не мог из нее выжать. Она ни за что не хотела признать свою явную вину и тем более - признаться в ней перед товарищами по игре. То, что представлялось сначала всего лишь детской ошибкой, оказалось свидетельством дурного характера, и мне пришлось наказать ее, не разрешив на следующий день пойти со мной на прогулку. Для Иоаны этого наказания было достаточно. Но, так как дети ссорятся и мирятся по каким-то своим, непонятным нам законам, вернувшись, я застал ее играющей с теми самыми малышами, у которых, как мне казалось, она должна была просить прощения. Может быть, она это сделала? Казалось, они на нее совсем не сердятся, но меня это событие глубоко взволновало, поколебав мою веру в собственного ребенка.

Последовали спокойные дни. Я не замечал ничего нового, кроме того странного факта, что на небольшом клочке сада трава и листья одуванчиков изменили цвет.

Возле них растительность была зеленой, но на пространстве в полквадратного метра, точнее, в середине круга радиусом в полметра, трава и листья покраснели.

Вероятно, я не обратил бы на это внимания, если бы меня не поразил необычный характер этой красноты.

Я помню, что спросил хозяина, не вылил ли он туда ведро краски, но он тоже казался удивленным. У меня нет другого слова, кроме "красного" для того цвета, который приобрели листья и трава сада, хотя я знаю, что это было не совсем то, что мы считаем красным.

Ни один из знакомых мне оттенков этого цвета не соответствовали оттенку, появившемуся в саду. Поймете ли вы больше, узнав, что этот красный цвет содержал еще по крайней мере три цвета, совершенно неразличимые в гамме красного? Белый, черный и еще какой-то неопределенный, может быть фиолетовый ... Целое же было красным и не было им... Я решил, что какой-нибудь ребенок пролил там бутылочку чернил, которые, смешавшись с землей и затронув хлорофилл, произвели необычайную комбинацию красок. И, не желая больше ломать себе голову, ушел на рыбалку.

По возвращении я нашел Иоану лежащей возле красного пятна, по которому она водила ладонью, словно бы ласково его поглаживая. Погруженная в свою непонятную игру, она меня не увидела, и я некоторое время смотрел на нее, с удивлением замечая на ее лице выражение нежной задумчивости.