Александр Крафт - Оранжевый Треугольник

И снова любимый прием - прикрыть этот постепенный регресс ложью. Стало тяжелее передвигаться? Так это работа виновата. Достаточно походить в бассейн, побегать по утрам, и все пройдет. Конечно, пройдет! Гангрена тоже проходит при отсечении поврежденной конечности! И вот вы идете в бассейн, радуясь хорошему самочувствию и забывая, что совсем недавно это было доступно и без изнуряющих заплывов.

Так человек начинает протезирование существования, с единой целью: не видеть истинной причины - старости. Надо отдать должное - мы достигли небывалых высот в деле обмана себя путем создания протезного существования. Но вот уже кружится голова от резкого вставания со стула, а мимо идут молодые парни с симпатичными подружками. И во взглядах ваших знакомых молодых девушек можно увидеть уважение к уму, доверие и почтение к возрасту и опыту, будь он проклят! Это льстит, это убаюкивает чувством своей значимости и помогает забыть, что уже никогда, поверьте мне, НИКОГДА вы не увидите заинтересованности вами, как простым симпатичным парнем.

Рано или поздно вы становитесь перед фактом своей старости, причем не пришедшей, а давно существующей, но спрятанной в упаковку красивых слов. И вот тогда вы понимаете, что жизнь никогда не давала вам возможности побыть юным или зрелым. Только старость ощущается всей полнотой восприятия, да еще и досада за тот обман, который вы сами произвели над собой.

Так уж устроен мир. Окружающая действительность состоит из вещей, для которых "еще молод" и "уже стар". Есть еще вещи "в самый раз", но они нас всегда мало интересуют. Постепенно "еще" перемещается в "уже", и когда становится нечего больше перемещать, наступает болезненное осознание действительности.

Тогда приходит последняя стадия. Человек судорожно хватается за "в самый раз", понимая, что оно, как Шагреневая Кожа, тоже уменьшается с каждым днем. Как называется постоянное уменьшение природных возможностей? Правильно. Увядание. Вот тогда и приходит "философский" взгляд на жизнь. Не как мировоззрение, но как единственно возможное восприятие мира на пути постоянного старения. Да еще риторический вопрос "Почему я этого не понимал раньше?" перед лицом единственного, что осталось "еще" - Смерти...

Но сейчас мысли о старости отошли на второй план. Теперь Сим думал о смерти насильственной, резко обрывающей и без того небольшой отрезок времени, отпущенный человеку для совершения положенного количества ошибок.

Симу с детства не везло. Всего, чего он добивался упорным трудом, другим давалось легко, и казалось, сама судьба разграничила людей на две категории: нормальных и его - Сима. Не ему, другим доставалась престижная работа, они ездили на шикарных машинах и жили в респектабельных коттеджах. Они проводили отпуска на набережной Рио или уезжали веселыми компаниями в Южную Дакоту стрелять фазанов. Другие. А у Сима была маленькая квартирка, в которой давно не делался ремонт, и старый джип, не вылезающий из мастерских.

Утлое суденышко сознания под тяжестью этих невзгод еле держалось на плаву. Так было всегда.

И вот в полной печальных неожиданностей жизни наметилась брешь. Он встретил женщину, которая могла бы стать для него всем. Впервые в жизни Сим поверил, что наконец-то ему повезет, и снова ошибся.

Последний груз свалился на палубу - вода хлынула через борт.

Теперь он размышлял о необходимости жить. Вернее, необходимости умереть.

"Интересное понятие - смерть. Важный этап в жизни человека, а ничего о ней не известно. Существует гипотеза, что есть жизнь после смерти. Но кому дано узнать это наверняка? Может быть, там, за рубежом, откроются какие-то новые горизонты, а может, и нет там ничего. Только темнота и холод небытия. Впрочем, холода тоже нет. Небытие - значит отсутствие восприятия и возможности оценивать окружающее. Возможно, сознание дается нам единожды и вообще является плодом изощренного анализа происходящего... В таком случае смерть - это просто прекращение мыслительного процесса, с которым исчезает и это шаткое образование - собственное "Я".

Есть много способов перейти этот рубеж, но так и неизвестно, какой из них легче для самого человека.

В организме накоплены огромные запасы энергии, и при попытке оборвать жизнь эти "мегаватты" бросаются на выживание. Тело не хочет умирать.

"Выстрел в сердце - практически мгновенная смерть",- размышлял ночной прохожий.

Ага. Насос, значит, останавливается, а "проголодавшийся" мозг тихонько и быстренько умирает. Чушь! Не умеет он - "тихонько". За долю секунды на борьбу за жизнь будет мобилизовано все тело. Выбросится адреналин, и подстегнутое сердце примется лихорадочно прогонять литры крови, поддерживая умирающий организм и разнося во все уголки тела кислород и питательные вещества. И тогда все тело начнет схватку за жизнь, уже не нужную хозяину. Организму плевать на убеждения и логические выводы. Он хочет жить, и на борьбу за эту простенькую догму будет мобилизована вся энергия и задействованы все ресурсы. Сигнал к мобилизации, древний как мир,- боль. Чем выше опасность, тем сильнее сигнал, а опасность максимальная.

Чудовищная боль проникнет в угасающее сознание, поддержит, растянет "практическое мгновение" на субъективные годы, ускорив до предела все процессы. Мозг начнет "лихорадочно" искать выход. И это не метафора. Мыслительные процессы тоже ускорятся, так как именно в этом последний шанс выжить. И "мгновенная смерть" превращается в долгое и мучительное умирание, заполненное дикими попытками во что бы то ни стало выжить, бесполезными, иррациональными, тщетными и от этого еще более мучительными,- в агонию. А кто об этом знает? Трупы не расскажут...

Передозировка снотворного. Спокойно заснул и не проснулся.

Ну, заснул! Организм постепенно умирает. Но в критический момент снова сигнал тревоги. От боли умирающий приходит в себя. На долю секунды, разумеется. Краткий миг борьбы за жизнь, переходящий в небытие. Знаем мы этот "краткий миг"! И это называется "спокойно"?

Цианид - мгновенный паралич нервной системы.

Ну, естественно - парализованные нервы не чувствуют боли. Я, конечно, не врач, но паралич проходит биологическим путем, а сигнал боли электрический импульс. Так что помучиться все равно придется. Не долго, всего лишь "долю секунды". Ну уж нет. Это тоже не выход.

А может быть, дело в том, что не надо воспринимать эту проблему "слишком лично"? Ну да. Куда уж больше? Ведь речь идет именно о нем. Именно ему предстоит переступить черту. Если бы дело было в другом человеке, то он не стал бы так тщательно выбирать способ. Да? А что вообще можно сделать с человеком?

Да мало ли? Повесить, утопить, сбросить с крыши, толкнуть на клеммы высокого напряжения. Всего и не перечислишь. Конкретный способ зависит от обстоятельств. Так что как ни крути, а убить абстрактного человека легко.