Владимир Заяц - Марсианский сувенир

Разреженный воздух был холоден и сух. Испарились реки, высохли моря. Ненасытная красная пустыня заглатывала планету. Тонкий розовый песок струился по руслу бывших рек. Рассыпались в прах чудные хрустальные дома, будто пришедшие из волшебной сказки, - с нежно поющими дверями, с серебряным перебором узорных ставен.

Прозрачен и холоден был воздух. Не колебался он, не искажал очертания далеких гор. Жесткие и холодные пальцы дикого горного ветра перебирали лепестки огромного алого цветка, который марсианин держал в руке.

Он поднял голову, перебросив свой взор через скопище домов землян. Там, за крутой линией горизонта, жил раньше огромный, дышащий влагой и ветрами зверь - море.

Марсианин глубоко вздохнул, и его грудная клетка вздулась. Тонкие ноздри на остром лице затрепетали, будто почуяли призрачный запах моря. Неужели удастся все вернуть? Марсианские ученые утверждают, что новый Цветок многое может. Да и не цветок это, а сложное устройство, которое земляне могли назвать биотехническим. Он может спасти тех немногих марсиан, которые еще остались. Теперь появилась надежда сохранить дома, так чутко реагирующие на состояние хозяев. Да и климат поддался бы коррекции. Вернулись бы моря, реки... Вернулась бы жизнь!

Чем раньше начнутся испытания - тем лучше: уж очень нестойким оказалось равновесие к этому моменту. Любое непредвиденное событие могло вызвать катастрофу. Например, прилет новой партии землян-поселенцев. Их ведь тоже придется включить в Систему и окружить защитой, а старому Цветку такое не под силу. Правда, по графику прилет очередной рейсовой ракеты ожидался только через неделю. Но лучше поспешить. Ведь прибыла вчера утром внеочередная туристическая ракета. Пусть в ней находятся только два человека, но и это внушает опасения.

В полете Айет не принял снотворного. Он с неестественным оживлением вертел головой, с интересом оглядывал сверкающий потолок, трогал пальцем темно-фиолетовый светящийся ворс кресла и с жадностью пожирал цыпленка, принесенного стюардом.

- Да! Сделаем себе дома салон а ля космический корабль! - говорил он, обращаясь к жене. - Представляешь, приходят к нам гости, а перед ними, Айет обвел вокруг себя рукой. - Каково?!

- Айет, - бормотала сонная, измученная перегрузкой Мидия. - Прими снотворное.

- Снотворное! Ха-ха! - похохатывал Айет, хлопая себя по ляжкам. - Не за то я деньги платил, чтобы выспаться. Все должен увидеть, все прочувствовать!

Говорил он, как всегда, энергично, с неотразимым напором. Но в оцепеневшем от снотворного мозгу Мидии возникла странная мысль: за всем этим жеребячьим бодрячеством мужа скрывается обычный страх. Страх перед кораблем, перед полетом, перед жизнью, наконец.

А потом таблетка подействовала, мысли расплылись, и Мидия уснула.

- Мэм! Вставайте! Вы уже на Марсе, - услыхала она трескучий неприятный голос.

Мидия раздраженно отвернула голову в сторону, противоположную голосу. Снова этот неугомонный Айет с его дурацкими, плоскими шуточками. Ох, как болит голова! Наверное, вчера кто-то был у нас. Или мы у кого-то? Но у кого?

- Мэм! - не унимался голос. - Выпейте тонизатора.

И тут Мидия сообразила, где она. Женщина открыла глаза и испуганно вскрикнула. Над ней склонилось чудовищное лицо: безжизненно белая кожа, огромные птичьи глаза с рубиновой точкой в центре и тонкий длинный нос с трепещущими ноздрями.

Айет, довольный эффектом, посмеивался.

- Позволь представить тебе, дорогая, обслуживающий персонал марсианского космопорта.

Только теперь Мидия заметила, что человекообразное существо одето в блестящую униформу - синюю с позолотой, как у сотрудника земного космопорта.

- Правда, прелюбопытнейший тип? - громыхал Айет. - Смотри, какие у него отвратительные огромные уши! Как паруса! И нос! Ха-ха-ха! Целое сооружение, а не нос! Не пугайся, дорогая. Их здесь используют для физической работы, особенно вне помещений. Они лучше землян переносят разреженную атмосферу. Успокойся, ради бога. Это страшилище - обыкновенный носильщик. На большее они не способны - так мне сказал начальник космопорта. Однако по моей просьбе марсианин сумел тебя разбудить. Ха-ха-ха! Все, все! Молчу! Сейчас мы отправимся в отель.

Они вышли из космопорта. Впереди вышагивал похожий на кузнечика марсианин с чемоданами в руках. Мидия шла, опираясь на плечо Айета, и с любопытством поглядывала по сторонам.

Здания космопорта были похожи на земные. Только очертания их казались более четкими. Может, марсианский воздух делал их такими? И запахи... В незнакомый резкий аромат марсианского воздуха вплеталось что-то тонкое, тревожное, пробуждающее неясные воспоминания.

Мидия не решила еще, нравится ли ей здесь. По прежним путешествиям она знала, что вечером, когда останется одна в номере (Айет, как всегда, просидит до утра в баре с новыми друзьями), все впечатления улягутся. И то, что сейчас кажется странным и даже враждебным, оставшись в прошлом и отдалившись в пространстве, станет приятным и безобидно забавным.

Так случится и на сей раз.

Тускло светящееся утро вливалось в широкое окно. Воздух, казалось, состоял из микроскопических частиц матового стекла. Он был светлым и тусклым одновременно. Свет этот отличался от земного так же, как молочная сыворотка от цельного молока.

Мидия посмотрела на часы - девять. Значит, скоро придет Айет. И в самом деле, через несколько минут в номер тяжелой слоновой поступью ввалился Айет Его лицо было еще багровее обычного.

- Привет! - проревел он. - Ты уже встала? Почти? Ха-ха! И почти причесалась! Ха-ха-ха! Ладно, не обижайся! Я так шучу! Идем! Маленькая прогулка тебя освежит и взбодрит!

И он, ухватив Мидию за руку, потащил ее к выходу.

- Куда? Зачем? Ты ведь пьян! Никуда не поеду!

Решительность жены так развеселила Айета, что он снова загоготал.

- Слышишь?! Отпусти меня!

Последние слова она произнесла уже в кабине.

Хлопнула дверца, мощно запел двигатель, и машина, взвизгнув резиной, прыгнула с места.

Бешеная скорость уплотняла разрешенный воздух, и он метался, выл диким зверем, пытаясь ворваться в машину.

- О-о-о, - едва слышно ревел Айет.

Воздух, проникая сквозь неплотно прикрытое стекло, приносил запах, который еще в космопорту показался Мидии ужасно знакомым. Она вдруг узнала этот тонкий и печальный запах - запах тления, который издает на Земле опавшая листва. Открытие вызвало у нее почему-то острое беспокойство.

Айету наскучило петь, и он принялся втолковывать жене:

- Мне сказал сегодня... один человек... в баре. Мы с ним там познакомились - в баре. Почти земляк, кстати... Он здесь чуть ли не местный. Уже месяц околачивается. Сказал, в горах есть дикие марсиане. Живут просто так, без цивилизации. Представляешь, какие кадры можно снять?! И выгодный обмен совершить, как со всякими туземцами. Я читал. Им даешь безделушки: зеркальца, бусы, а они тебе - золото и всякое такое.