Александр Азарян - Зона отдыха

В назначенное для приема пищи время голос с потолка ненавязчиво предлагал завтрак, обед, ужин.

Он почти не видел своих соседей — их фигуры, облаченные в легкие курортные одежды, лишь изредка мелькали, как призраки, под его окном. Но, как заметил Кригел, и они пребывали далеко не в веселом настроении. Размеренная, ничем не нарушаемая жизнь, расписанная по завтракам, обедам и ужинам, текла невыносимо тяжело. Конечно, к услугам отдыхающих были все развлечения, которые изобрел за последние столетия человеческий ум. Картотека голографических записей состояла из сотен фильмов всевозможных жанров. Одноместные астролеты стояли в ангарах, ежедневно начищаемые до блеска. Мозаичное дно бассейна сверкало сквозь кристально-чистую воду. Но… За всем этим, чувствовал Кригел, незримо, но цепко стояло "но" — то самое, которое не смогли понять их предшественники.

…Чтобы хоть как-нибудь разогнать смертельную скуку, Кригел стал совершить ежедневные полеты в окрестностях зоны и вскоре облюбовал живописное скопление карликовых скал в двух километрах от комплекса. Бесстрашно лавируя среди глыб, он находил удовольствие в небольшом риске и постепенно увеличивал скорость. На третий день полетов Кригела охватил гоночный азарт, и он, не думая, отвел скоростной рычаг до отказа. Машину, с которой он впервые не смог совладать, дернуло в сторону, на камни, и в этот момент он ударился головой о стенку кабины и потерял сознание. А когда очнулся, то увидел, что руки лежат на руле, а аэролет преспокойно лавирует среди скал.

"Не может быть, — ошеломленно думал Кригел по пути к ангару, — я был без сознания, машина — без управления, что среди такого лабиринта скал — верная гибель. А между тем ничего не случилось, и я жив. Аэролет, не снабженный автопилотом, каким-то сверхъестественным чудом вырулил. Что же спасло меня?"

5

— Вам принести завтрак? — раздался сверху приевшийся до тошноты голос. Кригел не ответил, но поднос был подан. Не притрагиваясь к тарелке, он взял цилиндрическую чашку и вдруг, поддаваясь какому-то смутному чувству, разжал пальцы. Чашка упала ровно на дно, даже не расплескав кофе. Кригел в отчаянии пихнул ее носком, но нога только скользнула по блестящему цилиндру, чуть передвинув его.

И в этот момент он понял, что долгие годы отравляло людям отдых на этой маленькой благоухающей планете.

ЗДЕСЬ НИЧЕГО НЕ ПРОИСХОДИТ.

Множество мелких происшествий, которыми изобилует жизнь: порезанный палец, разбитая чашка, неожиданная встреча — здесь нет даже этого. Поэтому и не разбилась потерявшая управление машина — катастрофа была бы происшествием, да к тому же незаурядным.

Но мысли привычно вернулись в профессиональное русло: какое же тогда отношение имеют ко всему этому пропавшие без вести?

И он тут же вспомнил, что ни один из них и не исчез в самой зоне. И почему аэролет все-таки потерял управление — ведь это тоже происшествие? Может быть, это явилось предупреждением, и дальнейшие эксперименты становятся опасными?

Но неужели ничего в самом деле не случится?

Только сейчас Кригел вспомнил про лазерный пистолет устаревшего образца, с которым не расставался даже в отпуске. Оглядел это некогда самое грозное оружие и проверил заряд. И, снова повинуясь этой уже осознанной силе, направил узкое граненое дуло на свою левую руку. Мускул сработал раньше, чем приказал мозг. Тонкий ярко-оранжевый луч прошел между пальцами и исчез в растворенном окне, даже не задев стекло.

И вдруг Кригелу пришла в голову сумасшедшая мысль испробовать это на ком-нибудь другом. Ведь все равно ничего не случится.

Он положил пистолет в карман и спустился в общий зал. Внизу, перед бассейном, стояло разноцветное кресло, на котором резко обозначалась чья-то спина. "Это, наверное, та одинокая старушонка", — подумал Кригел и направил дуло в центр пестрой материи. Луч пронзил кресло, опрокидывая на пол сгорбленную фигуру. Кригела охватил панический страх. Он забыл, что ничего не может произойти. Мозг сверлила лишь одна мысль: сейчас кто-нибудь войдет, и все будет раскрыто. И, больше не думая, выпустил все оставшиеся заряды, превратив тело в чернеющую горстку пепла.

"Но почему же это произошло?" — лихорадочно соображал Кригел, словно какая-то ошибка вкралась в ничем не нарушаемую монотонность.

Первое, что он сделал, — вернулся в комнату и зарядил бластер. Затем отыскал разнородное семейство: все трое с унылыми физиономиями играли на лужайке перед домом в волейбол. Мяч с точностью маятника касался рук и взлетал над головами.

Делая вид, что наблюдает за игрой, Кригел подошел поближе и стал так, чтобы две фигуры — матери и сына — были на одной линии. Если, чем черт не шутит, это произойдет, пусть лучше умрут вместе. И нажал спуск. Отец по инерции отбил брошенный сыном мяч и не сразу понял, почему оба вдруг как подкошенные упали в траву.

— Что вы делаете? — закричал он, обернувшись к Кригелу и расширенными от ужаса глазами глядя на лазер, — что вы делаете?

Кригел повторно нажал на спуск. Затем превратил всех троих в кучки пепла, которые тут же развеяло порывом ветра по высокой густой траве. Оставалась благообразная пара, которую он еще ни разу не видел здесь со дня прилета. Вернувшись в дом, Кригел отыскал их комнату и негромко, но настойчиво постучался. Ответом было молчание. Он постучался снова.

— Убирайтесь отсюда, или я начну стрелять, — взорвался голос за дверью, мы все видели, вы — убийца! Убирайтесь немедленно, я вооружен!

Кригел сыщицким чутьем угадал, где стоит старик, и, окинув стену оценивающим взглядом, начал сверлить ее зарядом.

— Что вы там делаете, отвечайте! — снова раздался крик. — Отвечайте, черт вас побери!

Кригел молча направлял луч в одну точку. Поток энергии резко прорвал оставшуюся толщину и встретил новую преграду — беловласого старца с точно таким же пистолетом в руке. Кригел заглянул в отверстие: посреди комнаты лежало два тела. Для слабого старческого сердца не понадобилось заряда.

6

Дни, оставшиеся до прилета корабля, слились в один затяжной мучительно-кошмарный сон. Кригел не чувствовал страха — ему было интересно, как все произойдет. И этот день настал.

В небе появилась едва различимая точка. Она быстро росла, приобретая очертания астролета.

Когда он приземлялся, Кригел уже стоял наготове с вещами у посадочной площадки. В открывшемся люке, из которого тут же спустили трап, показалось улыбающееся лицо. Ничего, кроме приветливой радости, оно не выражало.

— И не скучно вам было здесь одному?

— Вы должны забрать меня одного? — напрямик спросил Кригел.