Игорь Росоховатский - Второе испытание

- К тому же обезьяна и стоила бы дешевле,- согласился Дрю.

Лунквист едва заметно улыбнулся, сказал:

- Сегодня опыты закончены. Можешь идти. Люси помогла Дрю встать со стола.

- Обопритесь на мое плечо.

Ему стало смешно - на ее плечо! Женщина-ребенок трогала его своей доверчивостью.

Уже подойдя к двери, он услышал приглушенный голос доктора Лунквиста:

- Теперь твоя очередь, Люси.

Дрю показалось, что ему обожгли сердце. Он остано-вился, повернулся к своему тренеру и к Люси, которая уже направилась к столу.

- Слушайте, вы, изверг,- угрожающе сказал он Лунквисту,- можете делать со мной все, что угодно, но ее вы не тронете. Или...

Лицо маленькой женщины преобразилось. Между бровями через весь невысокий лоб пролегла морщина.

- Это не ваше дело, Дрю,- решительно произнесла Люси.- Идите.

Всю дорогу до своего отеля Дрю думал о том, что и жену свою он подвергает такой опасности. Ради чего же он работает? Может быть, ради славы? Кто такой Лунквист- фанатик, маньяк?

Ночью ему снилась Люси...

В лабораторию Дрю пришел раньше обычного часа. Дверь оказалась незапертой. У Дрю появилось недоброе предчувствие. Он тихо прошел по коридору, слегка приоткрыл дверь в комнату.

То, что он увидел, было неожиданным и заставило его застыть на месте.

На столе в паутине проводов лежал сам Лунквист. На его лбу и висках выступили тяжелые капли пота. Пальцы руки так сжались в кулак, что посинели.

- Включай М-3,- сказал Лунквист. Дрю услышал голос Люси:

- Но это очень опасно, родной. Попробуем лучше на Дрю.

- Включай! - нетерпеливо приказывал Лунквист.- Если с Карлсоном что-то случится, я не заработаю денег и мы не сможем продолжать опыты.

лПродолжать опыты! - подумал Дрю.- Вот для чего ему деньги.

Он, как видно, не такой уж плохой. Если бы у него были деньги для этих самых опытов, он мог бы позволить себе быть добрым или даже наивным...? Лунквист повернул голову, увидел моряка. Подал знак Люси.

- Входи,-пригласил Лунквист. - Я освобождаю тебе место.

Дрю молча приготовился, лег на стол. Люси присоединила провода. Лунквист вел себя так, как будто ничего не случилось. И Дрю не выдержал:

- Зачем это вам?

Лунквист понял, о чем идет речь:

- По контракту я не обязан отвечать на твои вопросы. Но я ничего не хочу скрывать от тебя. Знаю: ты умный парень, поймешь, что цель моих опытов - великая цель. И ты вместе со мной служишь ей. Слушай же внимательно и постарайся запомнить то, что я сейчас скажу.

Все в нашем бренном мире колеблется. Колеблются горы и долины, наши сердца, каждая молекула нашего тела. От того, как колеблются молекулы, зависят основные свойства ткани, органа, организма. Когда мы научимся управлять колебаниями молекул, мы научимся управлять своим телом и его жизнью.

Сегодня в моих слабых руках уже есть орудие, с помощью которого я могу усиливать и тормозить колебания молекул живых клеток. Это орудие электромагнитные импульсы.

Лунквист посмотрел на своего лкролика?, и Дрю кивнул головой. Он тогда еще не все понимал в рассказе Лунквиста, но ему было забавно наблюдать, с каким волнением этот холодный, жестокий человек излагает свою программу. Что ж, у каждого свои заблуждения. Хорошо, если они способны волновать.

- С помощью таких импульсов наш мозг управляет организмом.

Когда ты только думаешь о предстоящей опасности, твои мышцы непроизвольно напрягаются, а чувства обостряются. Почему? Это мозг послал сигналы определенным группам клеток, усилил колебания их молекул, возбудил их, создал дополнительные потоки электронов, дополнительную энергию. Эти сигналы и сложны и просты, как знаки алфавита. Но они могут оказать самое разнообразное действие, в зависимости от их комбинаций и от того, куда посланы, в какое время. Если знать этот алфавит, код сигналов мозга, и научиться посылать их определенным органам и участкам ткани, то можно использовать их в качестве стимуляторов - усилить или затормозить работу желудка, печени, сердца, изменить их режим.

Это открывает неограниченные возможности. Но мы находимся только в начале пути... Я надеюсь, ты кое-что понял, Дрю. Остальное поймешь позже... на себе...

И Дрю действительно позже понял, вернее, ощутил все то, о чем говорил этот непонятный, рассудительный и хитрый человек, у которого, однако, была великая страсть к науке. Он ощутил это, когда корчился в судорогах на ма-нипуляционном столе, опутанный проводами. В зависимости от того, куда Лунквист присоединял провода и какие импульсы посылал, у Дрю то наступало удушье и судороги, то выступал обильный пот, то, наоборот, он чувствовал небывалый подъем сил и волчий аппетит. Иногда он приобретал способность чувствовать тончайшие запахи или улавливать малейший шорох.

Действие одной из групп стимуляторов Лунквист решил проверить на соревнованиях.

...Дрю слышит команду и занимает свое место на старте рядом с русским. Искоса внимательно рассматривает его.

Может быть, тогда в палате у Дрю была галлюцинация? Но в таком случае и газеты врали: л...ампутированы правое легкое и половина левого...? лБезногий русский летчик мог танцевать и водить самолет,- вспоминает Дрю и думает: - Искусственные легкие?? Нет, они применялись при операциях, но их не вставляли на всю жизнь.

Дрю услышал выстрел из спортивного пистолета, и ноги автоматически начали бег. Он плохо стартовал, но впереди - шесть миль.

Волнение становилось приглушенней, тупее. Маячила белая майка того, кто шел под именем Левицкого.

лРусские способны на чудеса, но человек с половиной легкого никогда не станет стайером?.

Дрю чувствовал мышцы ног. Они работали в привычном ритме. И в такт ритму дыхание наконец установилось, стало спокойнее и глубже. Один вдох на семь сокращений мышцы, один выдох - на девять.

Кислорода достаточно, запасы гликогена в печени благодаря стимуляторам очень велики. лТы побежишь с таким же зарядом в печени, как гепард,говорил Лунквист.- Ты - мое ружье, мальчик, и ты не должен промазать.

Чем больше гликогена сгорит, тем больше электричества получат мышцы?. Дрю улыбается... А воля к победе? Лунквист утверждал, что есть и стимуляторы воли...

Интересно, когда начнет уставать тот, в белой майке, которому присвоили чужое имя? Зачем русским понадобился этот трюк?

Дрю безуспешно старается избавиться от мыслей о Левицком, от волнующих сомнений. Их не должно быть: человеку с половиной легкого никогда не стать стайером. Нет никакой загадки, впереди-подставное лицо, двойник.

Но и бег этого двойника - бег золотого олимпийца. Тот же широкий, непринужденный шаг, те же движения плеч.

Дрю почему-то вспомнил фамилию безногого русского летчика и больше не мог отделаться от нее, лБред! - ругал он себя.- Может быть безногий летчик, но стайер без полутора легкого невозможен?. Он уже почти уверился в этом, по тут Левицкий на бегу оглянулся и подбадривающе улыбнулся своим соперникам. лСовсем такой же, как тогда...? Дрю пытался сосредоточиться, но мысль бежала по кругу, как лошадь на привязи, и опять возвращалась к исходному.