Леонид Ткачук - Неприятности со временем

Пулей рванулся он к пульту управления энергохозяйством квартиры, с размаху ткнул в него кулаком, и тут же свалился без сил на пол. Последней его мыслью было, что все пропало. Стерик имеет обратную связь с компьютером, включение электроэнергии вызвало автоматическое включение заранее подготовленной программы, произошло наложение - и сейчас полыхнет, как уже не раз бывало. Отработанным движением он прикрыл голову руками...

Взрыва не последовало.

Приподняв голову, Сергей посмотрел в сторону стереовизора. Энергия перестала питать трубки, но серебристый столб не исчез. Более того, вращаясь вокруг вертикальной оси все быстрее и быстрее, он переместился прямо в центр комнаты.

Сергей замер.

Когда интенсивность вращения достигла апогея, серебряный столб изверг из себя что-то непонятное, после чего несколько померк, хотя и продолжал оставаться в комнате. Сергей протер глаза, не желая верить увиденному. Между столбом и ним стоял, испуганно оглядываясь по сторонам, непонятный тип.

Растерянность окончательно оставила Сергея, взамен стало нарастать раздражение. Что за новости: ни с того, ни с сего к нему, в самый неудачный момент его жизни, врывается какой-то проходимец и таращится по сторонам? Как он здесь очутился? "Вылез" из проецирующих трубок? Может он из института телепатии и телекинеза? Много себе позволять стали... - И припомнив, как в подобных ситуациях обращался к нему самому Визбор, Сергей вдохнул поглубже и на выдохе, впрочем, без визборовской гнусавости, протянул:

- Т-э-эк-с... Это еще что за фокусы?

Незванный посетитель чуть ли не вдвое уменьшился в росте, обхватил голову руками и необыкновенно жалобно, просительно, простонал:

- Д-о-н-т-б-и-т-м-и-с-э...

"Нет, явно не то, - подумал Сергей. - Не похож этот тип на телепата-испытателя. Даже отдаленно. И бормочет что-то невнятное. Не то на английском, не то на французском наречии. Мало было неприятностей по работе - в международный скандал влип".

Только непредставительным показался ему этот англичанин. Наверняка из бывшей колонии. Даже Сергей не коверкал так безбожно язык Шекспира. Собрав все свои познания в английском, еще не улетучившиеся после сдачи кандминимума, он попытался успокоить пришельца:

- Не бойтесь. Я - друг.

Незнакомец понял, что бить его не будут, и заискивающе закивал головой. Наладить взаимопонимание можно было испытанным способом. И Сергей решил пригласить гостя к столу. В то время, как из пола появлялись стол, стулья, предметы сервировки и еда, незнакомец стоял, вытянувшись в струнку и испуганно провожал тоскливым взглядом каждый вновь возникающий предмет. С известным сожалением была извлечена из бара бутылка "Черноморского", после чего последовал приглашающий незнакомца жест. И тут Сергей стал очевидцем невиданного зрелища: так есть мог лишь первобытный охотник после трехнедельного голодания. Голландского сыра, салями, ветчины, которых хозяину дома хватило бы по меньшей мере на неделю, - НЕ СТАЛО! Сергей как стоял с гостеприимно-приглашающим выражением лица, так и остался стоять. Только рот раскрыл от удивления. А гость, едва не давясь, заглатывал куски, почти не пережевывая и при этом взирая на своего благодетеля по-собачьи преданными глазами. На столовые приборы он косился опасливо, по-видимому каждую минуту ожидая от них подвоха. Крохотный кусочек сыра и два кружка колбасы - вот и все, что он оставил - из вежливости, может быть, - хозяину. От сверхзвукового заглатывания пищи у "пещерного человека" началась икота.

"Может, ему после телепортации нужно восстановить силы? - озадаченно подумал Сергей и, пока пришелец облизывал пальцы, сделал очередной заказ кухонному синтезатору. На этот раз пища исчезла не сразу, так что нашлось время выпить полбутылки за советско-британское сотрудничество, взаимопонимание и развитие культурных связей. Он узнал, что гостя зовут Пит и он не то врач, не то ветеринар, в общем, по медицинской части. Однако изъяснялись они почти на телепатическом уровне, поскольку то, что говорил Пит не понимал Сергей, а то, что пытался втолмачить Сергей, оставалось совершенно непонятным Питу. Он только все время твердил о каком-то мастере Бенджамине и делал красноречивые жесты, что не сносить мол, мне, головы.

Через какое-то время язык жестов ему надоел и Сергей решил дойти до всего своим умом. Не долго думая, он подключился к компьютеру, настроил его на себя, а затем на вход подал Пита. Поначалу он задумался: все-таки компьютер был настроен на эксперимент, - но затем успокоился: энергия-то отключена, а чтение воспоминаний это всего лишь детские игрушки. С таким вот умиротворенным настроением он щелкнул переключателем и оказался в темном, насквозь пропахшем реактивами и черт знает чем, подвале.

Не успел он как следует освоиться с воспоминаниями, как что-то тяжелое опустилось ему на голову.

- Баммм, - только и услышал он гул в собственном черепе...

Очнулся Сергей от холодной воды.

Видимо, пролили ее немало, так как лежал он в большой луже. Голова раскалывалась. "Странно, что мозги у Пита не вытекли", - решил он про себя и слегка приоткрыл один глаз. Сначала ему удалось разглядеть только столб из потемневшего серебра, точь-в-точь такой, как и в его квартире. "Ага", решил он. "Это воспоминания Пита в самый последний момент перед телепортацией. Серебряная колонна, по всей видимости, калитка надпространственного или подпространственного перехода. Хорошенькие дела, а вдруг я нарушил пограничные правила, перебросив человека без визы на территорию другой страны?

Развить свою мысль он не сумел. Во-первых, из-за головной боли, которая заполонила все его тело от макушки до пяток, а во-вторых, из-за грубых отрывистых голосов, которые прорывались сквозь дурманящую волну боли.

Глаз привык к полумраку помещения и он стал различать тех, кому эти голоса принадлежали. В это время вошел человек с факелом и у Сергей от удивления самопроизвольно открылся второй глаз. Человек с факелом был весь в металле - окольчуженный с ног до головы, только туловище прикрыто светло-серым одеянием вроде женского халата. Настоящий средневековый рыцарь. Робкая догадка закралась ему в голову... В свете факела он смог разглядеть, что на месте событий находятся еще четыре человека. Трое воины в кольчугах, а четвертым был огромный парняга с пропитой физиономией устрашающего вида. Он делал зверские рожи, энергично жестикулируя во время своего рассказа, указывая что-то в направлении лежащего на полу Сергея. Одет он был в грязную рясу с капюшоном, откинутым назад, и подпоясан железной цепью. Глаза на его округлом одутловатом лице горели, в руке же он держал здоровенную железную кочергу.