Александр Шалимов - Кто нажмёт стоп-кран

- Подожди. - Марк ухватил Норта за полу халата и заставил остановиться. - Дадим спешке пройти мимо... Ну, что ты осатанел? Садись и попробуй рассуждать разумно, тем более что Кроббса сегодня в институте нет.

Он силой усадил Норта на каменную скамью в небольшой тенистой альтане, обвитой цветущими глициниями. Глициния цвела так буйно, что почти не было видно зелени под пеной фиолетовых соцветий.

Здесь было тихо, пахло свежестью и хвоей. Высоко в синем небе мерно покачивали темными мохнатыми лапами сосны.

- Повторяю, Кроббса ты сегодня не найдешь, - сказал Марк, закуривая сигарету. - У тебя есть время подумать. Старик не простил бы тебе этого шага.

- Мне наплевать.

- А как ты думаешь работать дальше? Лаборатория сверхвысоких энергий в его ведении.

- Ему придется потесниться. Кроббс заставит его.

- Кроббс лицо временное. Его отзовут, и что тогда?

- В конце концов могу уйти и я...

- Это уже глупо, Норт. И ты сам понимаешь, что пальнул сейчас глупость. Где еще ты сможешь вести такие исследования? Разве только там за океаном...

- Не знаю, что делать, - прошептал Норт, наклонившись и сжимая обеими руками голову. - Ты представляешь, чего мне стоила разработка этой теории?

- Догадываюсь.

- И теперь, когда можно перейти от формул к экспериментам, мне предлагают не торопиться, чего-то ждать, намекают, что было бы гуманнее вообще не продолжать исследования. Поставь себя на мое место, Марк. Ведь я выносил эти идеи, выстрадал их, за ними месяцы бессонных ночей, сомнений, колебаний, надежд... Мне скоро тридцать. Я еще не сделал ничего, чтобы оправдать свое место в науке. И вот теперь, на пороге такого открытия, меня пытаются остановить. И кто? Человек, который меня учил, ввел в науку. Разве не бессмыслица, разве не несправедливость? А я чувствую сейчас такую силу, что, кажется, мог бы...

- Уничтожить всю планету, - спокойно подсказал Марк.

- Не надо пугать меня призраком всеобщего разрушения. Не я первый, не я последний... Но я хочу, черт побери, убедиться, прав ли я, проверить, чего стоит вся эта эквилибристика на кончике пера. И я хочу, если я прав, чтобы мое открытие и меня признали.

- Никто не отказывает тебе в этом. Старик только просил не торопиться.

- Разве ты его еще не раскусил? Если ему что-то не понравится, он способен тянуть годами, выдумывая один повод за другим. Он упрям, как миллион быков. Хочешь пари? Он сделает все, чтобы не допустить экспериментальной проверки.

- Ты расстроен и сгущаешь краски, Норт. Не спорю, конечно, он упрям. Но будем объективны, он сделал в науке столько, что имеет право на свои недостатки.

- Он давным-давно закоснел в своих воззрениях. А за последние десять лет вообще не сказал ничего нового. "Организует" работу других. А по существу - мешает.

- Не торопись, дружище. Поставь себя на его место. Только что погибли двое его сотрудников. А ведь то, что предлагаешь ты, гораздо опаснее. Кстати, он был противником экспериментов, которые начал Мик. Тем не менее разрешил продолжать их. Убежден: он сейчас в глубине души считает себя виновником гибели Мика и Фрэды.

- Да пойми ты наконец: Мик вел эксперименты в развитие его же идей. Чего ради он стал бы запрещать их? В случае удачи первым всюду фигурировало бы имя шефа. Мик оказался бы только исполнителем.

- Ну а твои концепции, Норт, разве они не вытекают логически из идей Старика? Его сила в том, что он сумел заложить пути развития теории на десятки лет вперед. В отличие от многих он имел право стать организатором науки.

- В развитии физики всегда существовала преемственность. Новое вырастало на фундаменте или на обломках старого. Но, пожалуйста, не сравнивай меня с Миком. Мик пытался доказать то, о чем предположительно говорил шеф. Для меня же старые работы шефа лишь трамплин, оттолкнувшись от которого я вступаю в область неведомого, в мир таких явлений, которых современная наука еще не знает. Это даже не новое направление, это может оказаться новой эпохой в науке об энергии.

- В излишней скромности тебя, пожалуй, не упрекнешь, - заметил Марк, провожая глазами облака, проплывающие в просветах ветвей.

- А зачем мне быть "излишне скромным"? Я говорю о своей работе, о том, в чем убежден. Ты и сам не мог не признать, что мои выводы важны и интересны. Чего ради я должен теперь рядиться в скромность? Я знаю себе цену. Только это и придает мне силы.

- Пойдем, Норт, - сказал Марк, вставая. - Вижу, что убедить тебя еще труднее, чем Старика. Но прошу, подумай хорошенько, прежде чем ты заговоришь завтра с полковником Кроббсом. Потом ты уже не сможешь нажать на "стоп-кран".

На другой день утром в лаборатории Марка неожиданно появился сам шеф.

- Где Норт? - было первым его вопросом.

- Не знаю, еще не видел его сегодня.

- Как он вчера?

- Немного психовал.

- Необыкновенный талант, но... - Старик не закончил и принялся рассматривать графики, над которыми работал Марк.

- Не получается?

Марк отрицательно покачал головой.

- Должно получиться. - Голос Старика стал жестким. - Попробуй изменить систему отсчета.

- Уже пробовал.

- Попробуй еще раз.

Старик присел на высокий табурет рядом с Марком.

- Как бы он не натворил глупостей...

- Вы имеете в виду Норта?

- Конечно, не господа бога, - вспылил Старик.

- Черт его знает. - Марк резким движением отодвинул бумаги.

- Этого болвана Кроббса ты сегодня тоже не видел?

- Нет.

- Странно, куда они все девались?

- Вы думаете, Норт?..

- Ничего я не думаю! - снова вспылил Старик. - Норт умный парень, но у него иногда пузырятся мозги. Ты вчера упомянул об эксперименте в космосе. Я прикидывал. Это пока невозможно. Нужен слишком большой источник энергии. Не сумеем поднять на орбиту.

- А если сконцентрировать поток космического излучения?

- Неплохая мысль... - Старик задумался. - Ты не говорил об этом Норту?

- Нет.

- Ну, я пойду, - сказал Старик. - Пришли ко мне Норта, когда он явится.

- Хорошо, шеф.

- Пойду, - повторил он, но не ушел. Постоял у окна и вернулся к столу Марка. Марк встал.

- Нет, сиди. - Старик снова взгромоздился на высокий табурет. Знаешь, отчего погибли Мик и его девушка?

- Пока нет.

- А думал над этим?

- Конечно.

- Ну и?..

- Может быть, прав Норт. Это новый вид энергии. Защитное поле оказалось бессильным.

- Норт, Норт... Меня интересует, что ты сам думаешь.

- У меня нет сложившегося мнения.

- Плохо! Собственное мнение надо стараться иметь всегда. Пусть даже ошибочное. Так вот: непосредственная причина их гибели - глупая небрежность. Глупейшая, Марк. Они забыли включить защитное поле. Торопились или понадеялись один на другого, или еще был какой-то повод, которого мы уже никогда не узнаем. Во всяком случае, защитное поле не включилось, и, начав эксперимент, они сами подставили себя под удар.