Майкл Роэн - Наковальня Льда (Зима Мира - 1)

Альв поежился. Ветер с моря постепенно крепчал, нагоняя рваные клочья облаков. Становилось все светлее, и облака отбрасывали на воду причудливые колышущиеся тени. Какое-то время мальчик развлекался, глядя на них, а затем резко вскочил. В тенях, пляшущих под облаками, скрывались другие, более темные силуэты, скользившие по волнам к берегу. Один, другой, третий, четвертый... Они низко сидели в воде, и наблюдатель в сторожевой башне вполне мог проглядеть их в смутном, неверном предутреннем свете. Не задумываясь о том, что он делает, Альв сложил ладони рупором и громко закричал. Ничего не произошло. Если он ошибся, с него сдерут кожу заживо. Он снова завопил и увидел, как стражник в привратной башне небрежно машет ему рукой.

- Нет! - выкрикнул Альв так громко, что его голос сорвался. - Посмотри туда, идиот! Туда!

Мальчик снова и снова указывал в сторону моря. Стражник повернулся. Подавшись вперед, он приложил руку козырьком ко лбу и вгляделся в неясные тени. Затем он выпрямился, схватил большой рог, свисавший на цепи с потолка, и протрубил зычный сигнал. Бык, бродивший на лугу, ответил вызывающим ревом и поскреб землю копытом. Снизу донеслись тревожные крики и топот множества ног; секунду спустя на одной из морских стен-волнорезов снова затрубил рог. Забили барабаны. Во всем городке распахивались ставни, звучали пронзительные голоса, мужчины и женщины полуодетыми выскакивали на улицу, сталкивались друг с другом и падали в грязь. Вереницы блестящих точек более целенаправленно продвигались по улицам к крепостному валу: одетые в доспехи городские стражники маршировали на свои посты. Как и Альв, все они смотрели в сторону моря.

Теперь он мог видеть корабли более ясно. На их низких мачтах вздувались паруса, вдоль бортов закипала пена - длинные ряды весел поднимались и опускались в быстром, слаженном ритме. Когда один из кораблей поднялся на гребне волны, мальчик увидел длинный, вытянутый нос с небольшой платформой позади. На черном корпусе под платформой виднелось изображение хищного зверя, разинувшего клыкастую пасть.

Внизу царило смятение. Из нестройного хора голосов выделялось одно название, повторяемое со страхом и ненавистью:

- Эквеш! Эквешские рейдеры!

Какое-то время Альв стоял на месте и смотрел как зачарованный. Эквешские рейдеры, так далеко на побережье? Но потом он вспомнил об опасности, грозившей ему самому. Он бросился вниз по склону, забыв о тропинке, лихорадочно размахивая руками, чтобы сохранить равновесие, и скользя на влажной траве. Но когда он обогнул холм, то услышал глухой, тяжелый стук и увидел, как ворота вздрогнули, подпираемые изнутри тяжелыми бревнами.

- Подождите! - во все горло завопил он, негодуя на свой тонкий, мальчишеский голос. - Пустите меня! Откройте ворота! Подождите...

На крепостном валу появилась дородная фигура в кольчуге и шлеме.

- Ты опоздал, парень! - прогремел старшина. - Тебе следовало вернуться немедленно. Убегай, спрячься где-нибудь снаружи... и не забудь о стаде!

Но я же поднял тревогу! Я предупредил вас! От такой несправедливости глаза мальчика наполнились слезами, руки непроизвольно сжались в кулаки. Но он прекрасно понимал, что просить бессмысленно: если старшина не рискнул открыть ворота ради своего драгоценного скота, то разве он сделает это ради одного маленького раба? Здравый смысл превыше всего.

И зачем он только предупредил их? Разве не пришла на их головы та самая погибель, которую он так долго призывал? Пусть попробуют избежать ее, если сумеют! А он... где ему спрятаться? Где, на этих голых холмах?

Немного выше по склону росли заросли колючего кустарника. Укрытие не хуже любого другого; по крайней мере отсюда он сможет насладиться зрелищем.

Корабли приближались. Рейдеры, должно быть, услышали тревогу и устремились в атаку с удвоенной энергией, понимая, что уже не успеют захватить защитников врасплох. Долгая осада была не в их правилах. На крепостном валу толпились лучники, но корабли находились еще вне досягаемости. Альв наблюдал за происходящим широко распахнутыми глазами: ему еще никогда не приходилось видеть такой могучей, грозной силы. Каждый корабль имел не менее тридцати весел с одной стороны, и на борту находились отнюдь не только гребцы: за низким планширом мальчик различал другие фигуры, сидевшие на корточках и поднимавшие ярко раскрашенные щиты для защиты гребцов от стрел. Внезапно, явно по команде, все весла поднялись в воздух слитным движением, напоминавшим взмах огромного рыбьего плавника. В этот момент Альв увидел три странные фигуры, выступившие на носовые платформы кораблей. Весла заработали снова, в еще более стремительном ритме, и над водой разнесся низкий, рокочущий звук, напоминавший бой больших барабанов. Ему вторил хор грубых голосов. Корабли рванулись вперед, и фигуры на платформах закружились в диком, причудливом танце. У Альва пересохло во рту. Даже он слышал о шаманах Эквеши. Одетые как духи-хранители своих кланов, они исполняли боевой танец перед сражением, дабы вселить отвагу в сердца соплеменников и посеять ужас в рядах противника. А если слухи были правдивы, сильнейшие из шаманов были способны на гораздо большие дела...

Альв услышал барабанный бой в городе. Посмотрев в сторону гавани, он увидел, как Хервар, облаченный в мантию своей гильдии, с железным посохом в руке, выходит на узкий галечный пляж, где стояли вытащенные из воды рыбацкие лодки. Он тоже что-то декламировал, нагибался и раскачивался из стороны в сторону. Внезапно он пустился в гротескный пляс, состоявший из прыжков и приседаний. Он стучал посохом по гальке и разбрызгивал воду на мелководье. Альв наблюдал с раскрытым ртом: он никогда не видел ничего подобного. Волны перед Херваром, в проеме морской стены, казалось, замедлили свой бег. Потом они застыли и повернули вспять, словно наткнувшись на подводный риф. Хервар танцевал все быстрее, прыгая взад-вперед мелкими, напряженными шажками, доводя себя до исступления и одновременно до высшей степени сосредоточенности. Вода вспенилась и с шипением схлынула в стороны над чем-то, поднявшимся из глубин, облепленным космами водорослей, словно спина гигантского кракена, бессчетные годы лежавшего на морском дне. То был огромный, окованный металлом ствол дерева, вырезанный наподобие высокой колонны с литой металлической капителью, откуда свисала сеть, сплетенная из цепей. Сеть бешено дергалась и болталась в бурлящем море. Цепи внезапно натянулись, затем снова ослабли, когда справа и слева поднялись другие колонны - всего числом пять, - закрывшие широкий проем в морской стене и наполнившие его переплетением цепей, усаженных острыми зубьями и крюками, смертоносными для любого судна, которое отважится проплыть над ними. Альв присвистнул от изумления: это были Морские Врата, гордость города, творение многих поколений кузнецов, защищенное их искусством от тления на морском дне. Раньше он видел Врата лишь однажды, совсем маленьким ребенком, когда они с огромным эффектом были использованы против единственной корсарской галеры, буквально разодрав на части ее корпус и отдав команду на волю бушующих волн.