Алекс Бор - Утро у моря

В поезде Петербург-Староволжск-Красногорск Таня познакомилась с Анжеликой.

Девушки очень быстро подружились -в первую очередь благодаря необычному стечению обстоятельств. Анжелика была родом из Красногорска, однако училась в Староволжске, на филфаке местного университета. Таня очень удивилась, когда узнала об этом. Она не могла понять - как так? Жить рядом с морем, каждое мгновенье дышать волшебным морским воздухом - и добровольно уехать из этого сказочного мира? Уехать в Староволжск, в город совсем не романтический, где нет ничего необычного...

Таня не понимала Анжелику. Однако это обстоятельство не помешало девушкам крепко подружиться. Они стали друзьями быстро - и на всю жизнь...

Анжелика посоветовала Тане снять комнату у своей дальней родственницы бабы Глуши. Аттестовала ту как "мировую бабусю", но со странностями? денег с постояльцев она не брала. Единственная плата за кров - помощь по хозяйству. Правда, бабка, не смотря на свои восемьдесят с длинным хвостиком, и сама неплохо управляется...

Анжелика два года назад вышла замуж за очень крутого парня - директора турфирмы, и к двадцати двум годам успела повидать мир. Правда, баба Глуша не одобрила замужества Анжелики. посчитала, что та вышла не за человека, а за деньги. Старорежимная, короче, старушка... Советской закалки. Но очень добрая...

"Ты скажи ей, что это я посоветовала тебе обратиться к ней, - сказала Анжелика, когда они расставались на вокзале. - А если что - заходи, мой адрес ты знаешь. Я со своей стороны помогу... Попрошу мужа, скажу, что ты моя подруга. Он у меня не жадный..."

Таня оделась. Футболка-безрукавка - не смотря на сентябрь, солнце жарило как в июле- и слегка потёртые джинсы удивительно шли её ладной фигурке.

Правда, баба Глуша ворчала: "И что-й энто за мода пошла, девки в брюках ходють?"

Но ворчала она без злобы, просто по старческой привычке ворчать...

Таня прошла на кухню:

- Баба Глуша, я к морю на минутку, ладно?

- Иди, Танечка, иди, да не долго, а то самовар простынет...

- Я мигом...

- Ну, бежи, бежи... И что-то тебя так к морю тянет, не пойму никак...

Таня и сама не знала, почему её так влекло море... Влекло страстно и беззаветно...

Быть может, оттого, что родилась и выросла она далеко от моря - в городе Староволжске. Река Волга делила город на две части - старую, дореволюционную и новую, современную, застроенную одинаковыми панельными коробками. Не очень широкая, она сильно обмелела в последние годы. Реку легко мог пересечь в брод даже десятилетний мальчишка - вода едва достигла бы ему до пояса. Но Таня помнила, что раньше волга была намного шире и глубже. Староволжск, как и Москва, был портом пяти морей, и у речного вокзала часто останавливались большие белые корабли, которые держали путь к далёким морям и океанам. Тане очень хотелось оказаться среди счастливых пассажиров этих кораблей, которые везли их к таинственным южным морям...

Но Танины родители зарабатывали не очень много, промышленные предприятия уже начали останавливаться, и о поездке к морю на летние каникулы не могло идти и речи.

Но желание когда-нибудь увидеть море не ослабевало. Танину мечту поддерживал и Танин приятель Славка. Они были друзья, чуть ли не с раннего детства. Иногда, правда, их дразнили женихом и невестой, но глупо обижаться на не очень умных людей.

Славка с пяти лет мечтал стать капитаном и плавать в далёкие страны. Таня иногда ловила себя на ом, что ей хочется плыть в неизвестные края на красивом белом пароходе, и чтобы его капитаном обязательно был Славка...

После окончания девятого класса Славка уехал в Оливию, поступать в морское училище. И стал курсантом. Через полгода прислал фотографию крепкий юноша в полосатой тельняшке и бескозырке набекрень стоит на мачте и весело машет кому-то рукой. А позади него - бирюзовая стена моря. Таня позавидовала своему другу - он каждый день видит море. Именно поэтому Таня ещё в десятом классе решила, что, окончив школу, поедет поступать в Красногорский университет. Чтобы быть поближе к морю. И к Славке...

Красногорск и Оливия связанны железной дорогой, на электричке доехать всего полчаса.

Однако спустя полгода случилось то, что трудно было предположить - в один миг распалась Федерация, и Оливия стала заграницей. Сепаратисты южане провели этническую чистку, выдворив всех чужаков, закрыли границу и отменили электрички. А потом их лидеры ещё долго воевали между собой, выясняя, у кого больше заслуг в борьбе за независимость от имперской Федерации.

Таня волновалась - как там Славка?

Однако морское училище не тронули - его руководство одним из первых поддержало планы отделения, и курсанты участвовали в процессе " очищения страны от чужеродных элементов", как писали в газетах, выходивших в Оливии. В других газетах сообщалось вообще что-то ужасное: будто бы курсанты Морского лицея во время погромов отличались особой жестокостью, они не щадили ни стариков, ни женщин, ни детей. В теле новостях дикторы по несколько раз показывали поседевшую от горя тридцати летнюю женщину, которой чудом удалось выжить в этом аду. Двое её детей - пятилетние двойняшки, мальчик и девочка, были буквально растоптаны пьяными курсантами...

Таня не верила, что среди этой обезумевшей пьяной толпы погромщиков и убийц мог оказаться и её Славка. Не верила - потому что не могла представить своего приятеля по детским играм безжалостным убийцей, который мог поднять руку на женщину или ребёнка.

.. Уже много месяцев спустя, когда Славка приехал в отпуск, после которого он так и не вернулся в Оливию, а ушёл в армию, в миротворческий батальон ООН, Таня спросила своего друга:

- Ты тоже убивал?

Славка сразу переменился в лице, заиграли желваки и сквозь зубы бросил:

- Если ты хочешь, чтобы мы остались друзьями, давай не будем никогда говорить на эту тему...

И Таня не стала его ни о чём спрашивать. Ей очень хотелось, чтобы Славка оставался её другом. Лучшим другом...

А если она узнает правду, то о дружбе можно будет позабыть навсегда.

Иногда, чтобы сохранить дружбу, лучше не знать правды о своём друге...

Красногорск и Оливия находились совсем рядом, полчаса езды. Но чтобы попасть в Оливию, нужна была виза. Или ближайшие родственники на территории Приморской республики. Но, Тане, которая - уж после того, как "чистка" закончилась, и газеты перестали живописать и смаковать все ужасы братоубийственной войны, - захотела съездить в гости к Славке, в визе было отказано. А родственников в Оливии у неё не было. Лысый таможенный чиновник, противно толстый, с красными, как у быка, заплывшими глазами, сказал, усмехаясь: "Если бы ты и Славка были женаты, тогда, пожалуйста..."