Андрей Силенгинский - На килограмм души (сборник)

Ознакомительный фрагмент

Несколько секунд в номере висела тяжелая тишина. Потом мне пришло в голову, что с открытым ртом выгляжу не слишком интеллектуально, и я подобрал нижнюю челюсть с груди. Впрочем, судя по моим следующим словам, это не помогло мне собраться с мыслями.

– Как купил? – тупо спросил я.

– О, это длинная история! – оживился Макс. Он вальяжно развалился в роскошном кресле, способном легко вместить троих таких задохликов, и начал говорить, плавно аккомпанируя себя движениями руки. – Давным-давно, когда человечество еще не думало покидать планету-прародительницу, а IQ среднего представителя людского племени находился где-то между твоим уровнем и уровнем пещерного медведя, имел место натуральный обмен. Я сейчас объясню, что это такое, – остановил мои попытки что-то сказать Макс. – Итак, один лохматый троглодит наловил столько рыбы, что благоухание в его пещере отпугивает не только хищников, но и самок. Другой столь же волосатый джентльмен несмотря на свой прекрасный аппетит не может в одиночку сожрать целого мамонта. Именно тогда между ними происходит обмен – задняя ляжка мамонта на пятнадцать среднего размера рыбин.

– Макс! – сказал я несколько угрожающе.

– Я тебя понимаю, – Макс успокаивающе закивал головой. – Ты хочешь спросить, почему именно пятнадцать рыбин и почему именно среднего размера. Я не могу ответить на этот вопрос, друг мой, – он печально пожал плечами. – Аналогичные затруднения возникали и у наших далеких предков. Тогда и начало зарождаться такое понятие, как деньги. Открою тебе один секрет, Кирилл, в настоящее время практически все люди пользуются этим замечательным изобретением. Ты платишь определенное количество денежных единиц, и получаешь в свое полное пользование то, что тебе нужно. Так я и приобрел «Полную луну»!

Макс кивнул головой на столик и гордо откинулся в кресле. Спешу сообщить, что мой добрый друг бывает таким идиотом лишь в моменты сильного возбуждения, что случается нечасто – иначе я бы давно его прибил. Вот и сейчас я сравнительно легко преодолел соблазн выкинуть в окно эту злополучную вазу (и чего я к ней прицепился?), предварительно засунув туда Макса. Не поместится, – с сожалением констатировал я и испустил по этому поводу горестный вздох.

– Сколько он стоит, Макс? – спросил я совершенно спокойно.

– Хватило, – он небрежно махнул рукой, избегая, правда, смотреть мне в глаза.

– Ты хочешь сказать, дружище, – я добродушно улыбался, положив руку на подлокотник его кресла, – что здесь все наши деньги? Все, что мы заработали на Ролле потом и кровью?

– Скорее, хитростью и наглостью, – пробурчал Макс, но тут же осекся. Ему было неуютно. – Успокойся, Кир, это – вложение капитала!

Непонятно, с чего он взял, что я нервничаю? Всегда гордился своим хладнокровием. Я отряхнул пальцы от опилок. Интересно, хватит оставшихся на счету денег на оплату починки кресла? А, сами виноваты – нечего делать мебель такой хрупкой!

– Вложение капитала? – хмыкнул я. – Что ж, понятно… Ты полазил по сети и выяснил, что где-то камушки стоят подороже, чем на Миронии… – я зевнул. Мне стало скучно. – Ты уверен, что прибыль оправдает транспортные расходы?

Внезапно я обнаружил, что что-то мешает моему свободному передвижению. Удивленно посмотрев вниз, я заметил висящего на отворотах моего пиджака Макса. Его лицо было прямо-таки перекошено гневом.

– Ты понял, что только что сказал, Кир? – буквально выплюнул он мне в лицо. Ну… почти в лицо. Скорее, где-то в область солнечного сплетения.

– А что? – не понял я.

– Ты только что назвал меня коммерсантом!

Макс так произнес это слово, что меня невольно передернуло. Захотелось даже извиниться.

– Знаешь, – я осторожно отцепил его пальцы от себя. Костюм стоил больше двух тысяч, и я не был уверен, что фирма-изготовитель несет ответственность за порчу в результате таких вот эксцессов. – Несколько минут назад я назвал тебя вором, и ты совсем не выглядел оскорбленным.

– Я сдержался, – с достоинством ответил Макс. – Но сдается мне, что два оскорбления за один вечер – это многовато.

– Ладно, – я упал на диван. – Ты не можешь просто объяснить, что ты задумал?

– Рад, что ты наконец пришел к этому, – язвительно заметил Макс, садясь в кресло. – Все на самом деле предельно просто. Даже банально. Это будет самым легким и скучным нашим делом. Но и самым прибыльным!

И он еще обижался на коммерсанта! Впрочем, хорошо зная своего друга, я не стал слишком уж доверять его определениям. Все, что Макс предлагал, было априори до смешного легким. А заканчивалось обычно тем, что мы еле-еле уносили ноги. Причем в трех случаях из четырех в итоговой графе «прибыль» стояла отрицательная сумма.

– Этот камень, Кирилл, – подарок, – Макс хитро посмотрел на меня.

– Ты же говорил, что купил его.

– Ты не понял. Это мы его подарим!

С минуту я размышлял, все ли в порядке у Макса с головой. Затем вспомнил, что давно ответил для себя на этот вопрос – полностью нормальный человек вряд ли связался бы с типом вроде меня. Но все же обвинять Макса в неадекватности у меня оснований не было. Стоит, вероятно, выслушать до конца, что он придумал. И не задавать недоуменных вопросов… потому что Максу очень хочется их услышать.

– Отлично, продолжай, – кивнул я. – Кому мы подарим камень?

Видно, я выбрал верную стратегию – Макс бросил на меня короткий досадливый взгляд.

– Слышал ли ты когда-нибудь о планете под названием Эмма?

– Слава Богу, нет, – я покачал головой.

– Почему «слава Богу»?

– Потому что разведчиков, дающих найденным планетам имена своих жен, стоит отдавать на корм скоту, – я скорчил презрительную гримасу. Вы бы поняли мое отношение к этому вопросу, расскажи я одну историю из своей жизни… Но об этом в другой раз.

– В принципе, согласен, – сказал Макс. – Хотя это и не слишком гуманно по отношению к бедным животным. Но тут другой случай. Эмма – не жена разведчика.

– Да какая разница? – я махнул рукой. – Жена, невеста, дочка…

– Это его собака.

– Что? Кто?

– Эмма. Разведчик Шульц назвал планету в честь своей собаки.

Я внимательно посмотрел на Макса. Он не шутил. Нет, я догадывался, конечно, что все разведчики – извращенцы, но чтоб до такой степени…

– Я не полечу на эту планету! – твердо сказал я.

– Брось, Кир! – Макс потянулся и дотронулся до моего плеча. – Не капризничай. Название планеты не имеет никакого отношения к делу. Это я посмотрел так, из чистого любопытства. В конце концов, есть несколько десятков туземных вариантов названия, можешь выбрать себе любой, который понравится.

– Там еще и туземцы!.. – я тяжело вздохнул. – Не люблю инопланетян.