Ион Мынэскуртэ - Мужчины Вселенной

— Что ж, тем более они достойны возвращения к жизни, чтобы стать мужчинами Вселенной.

— Нет… Только не сейчас! Может быть, когда-нибудь… Пусть пройдет какое-то время. А пока — нет! Они должны остаться с нами. Ведь они живут среди нас. Понимаешь?

Командор пожал плечами.

— Ничего не понимаю, — сказал он. — Как можно оставить их в мрачных могилах? Как можешь ты настаивать на этом?

— Они нужны здесь для того, чтобы было кого оплакивать, — скорбно ответил старик. — Никогда мы не отдадим их вам. Здесь лежит и мой сын.

Старик замолчал. Никто не решался нарушить тишину, и горестное молчание как будто придавило всех.

— До той поры, пока на планете есть оружие, существуют страшные бомбы, они должны оставаться с нами, — с неожиданной силой вдруг произнес старик, и твердость голоса его поразила космонавтов. — Если мертвые покинут нас, то не дай бог, если кто-нибудь вдруг позабудет самую страшную войну в истории человеческого рода. И что тогда произойдет с нами со всеми?

На экране по-прежнему было изображение прекрасного юноши.

«А если это и есть его сын?» — подумал командор.

Рука его лихорадочно ощупала аппарат, и экран, вспыхнув напоследок, погас.

— Ладно, — вздохнул командор. — Наверное, ты прав…

Только теперь он заметил, как истончилась кромешная тьма, и ощутил огромную силу духа стоявшего перед ним человека.

— Надо улетать, — сказал командор, и искреннее сожаление послышалось в его голосе.

— Ты был прав, — повернулся командор к инженеру. — Надо уходить…

Плечом к плечу двинулись они к кораблю, и, когда ступили на трап, на востоке занялась заря.

— Странная цивилизация, — сказал инженер. — Мне не понять ее…

— Интересная цивилизация, — отозвался командор. — Необычная цивилизация, где мертвые продолжают сражаться. Необычная цивилизация! И я верю в ее будущее. Мне думается, мой инженер, что многие планеты будут учиться у землян…

…Прошло немного времени, и корабль пришельцев в пламени в клубах дыма сорвался с поверхности Земли, стремительно метнулся в небо.

И поднялось над окоемом солнце… Все ожило, и листья перестали падать.

…Потерянно брел одинокий старик. Он смотрел вперед невидящими глазами и осторожно обходил могильные холмики. Их было так много, что крайние скрывались за покатостью земли.

Человек не считал могилы, он знал каждого из погребенных здесь и в который раз обходил печальный их строй.

«Погоди… Как они называли их? — очнулся вдруг старик. — Мужчинами Вселенной? Да, да, это воистину так!»

Он глянул в небо, пытаясь отыскать усталыми глазами исчезнувший там корабль, ему хотелось снова увидеть пришельцев, хотелось сказать им: «Вы должны вернуться…»

Старик огляделся.

«Нет, не одну жизнь, которую вы им обещали… Они достойны прожить несколько жизней подряд!»

Он хотел выкрикнуть это небу.

Навстречу шли люди.

«Нехорошо нарушать тишину в таком месте», — подумал старик.

К старику подошла женщина и спросила с тревогой:

— Что это было? Мне померещились свист бомб и грохот пушек.

— Нет, нет, — светло улыбнулся старик. — Это только почудилось. Показалось…

И люди облегченно вздохнули.