Василий Купцов - Проект «Архипелаг»

— И сколько невинных людей ты угробил при его создании?

— А где ты раньше был со своим благородным негодованием? Молчал в тряпочку, пока я в Систему не залез? — Колдун пошел ва-банк. И опять выиграл время.

Я стоял, не зная, что предпринять. Попытаться атаковать его или пойти на договор, что «он больше не будет»? Убить-то я его убью, если понадобится — тут никакой экран не поможет, но задание гласило: «По возможности доставить живым». Так мы стояли напротив друг друга, и я думал.

Судьба, однако, все решила за меня. Вспышка света, но странная вспышка. Вспышка, которая не желает кончаться. Много, очень много света, свет, который все пожирает. Я подумал в первый момент, что это Хро решился атаковать меня первым. Но это была явно ошибочная мысль, потому как последнее, что я увидел до того, как практически ослепнуть, было искаженное болью лицо колдуна. Неужели взорвался склад?

В следующий момент меня ударило, бросило, куда-то понесло. Я ощущал вокруг себя только огонь. Затем свет померк, и пришла вода. Пришла отовсюду, и меня понесло куда-то еще. Я малодушно свернулся калачиком и прикрыл глаза руками. Казалось, все это никогда не кончится. Меня бросало, било о камни, вновь и вновь я тонул в воде.

Но через какую-то вечность я обнаружил себя лежащим на раскаленном песке. Меня больше не бросало и не переворачивало. Я встал и со страхом открыл глаза. Собственно, бояться было больше нечего. Нечего, некого и вообще… Потому что остров был совершенно пустой и довольно ровный. Какие там жилища — исчезли даже вековые терриконы. Мой долг погнал меня осмотреть остров. Первое (и довольно недостойное), о чем я сразу же пожалел, — это то, что транспорта здесь теперь долго не предвидится. Пройдя около трех тысяч шагов по направлению к центру острова, я обнаружил слабо светящуюся сферу. Это был магический экран Хро. В центре сферы я увидел прекрасно сохранившиеся обгорелые кости злого колдуна. Похоже, его защита была действительно уникальной — это были единственные хорошо сохранившиеся кости на острове. От остальных людей и животных осталась только серая пыль.

А еще в тысяче шагов начиналась яма. Ее центр, находившийся в пяти тысячах шагов от края, был до сих пор в раскаленном состоянии. Я стоял у края этой ямы, сознавая, что являюсь единственным живым существом, пережившим катастрофу. Темнело. Полил сплошным потоком дождь. Перед тем, как струи воды смыли с меня пыль, я успел отметить, что весь светился из-за этой пыли. Впрочем, светился весь остров. Я много раз присутствовал при взрывах устройств, изготовлявшихся на Нторо, но происшедшее сейчас было несравнимо грандиозней и страшней.

Что еще рассказать? Погибли все жители на всех островах архипелага Нторо. Погибло множество судов. Это был конец империи Нторолан, о чем, впрочем, никто из остальных жителей планеты и не пожалел.

Что же случилось на Нто? Об этом нам стало известно уже через месяц. В подробностях. Ибо решено было сделать исключение в отношении тайны постсмертной исповеди. Да и виновник не возражал. Передаю вкратце его рассказ.

"Мне дали при рождении имя Ауринаси, затем я получил детское имя Татиси. А вот взрослого имени я так и не получил, так как в возрасте десяти лет вместе со всем остальным племенем был превращен в раба. К нашему острову подошел нтороланский корабль. Была настоящая охота на нас. Наш остров маленький, там, собственно, и спрятаться негде. Так что переловили всех. А через месяц нас всех привезли на Нто. Всех взрослых сразу отправили на рудники. Я стал единственным, попавшем вместо рудника в мастерскую. Там нужно было доставать заготовки из раствора. Потом, когда я стал взрослым, у меня выросли опухоли на пальцах, и хирург отрезал их один за другим.

А тогда мастера заметили мою сообразительность и стали понемногу меня учить. Потом был старший мастер, он показал меня Главным. Я проявил ум и сообразительность. И меня было решено продолжать учить. К тому времени не осталось в живых ни одного человека из моего племени. Всех их, одного за другим, увезли Корабли Мертвых. Прямо из урановой шахты специальным подъемником в желоб, а оттуда — прямо в трюм.

Так я остался последним человеком своего народа. Я, кстати, так и не узнал, как мой народ называли люди из других народов. Ибо мы называли друг друга просто «люди», а для нтороланцев все мы были дикарями. И я остался воистину последним, не было даже надежд на продолжение нашего рода, ведь когда я впервые увидел свое семя, оно было прозрачным, почти как вода, и мне объяснили, что детей у меня никогда не будет.

Тогда я дал страшную клятву мести. И отомстить я решил жестоко, сразу всем.

Сначала я думал об очень большом взрывном устройстве, но по мере обучения узнал, что вес Адского вещества не может превышать в одном куске определенного значения.

Я продолжал учиться, работать, доказывая как работой, так и доносами свою верность империи. Мне доверяли все больше. Я сумел втереться в доверие даже к магам. И все ради знаний, а знания ради мести. Потом меня сделали Главным. Потом Особо Доверенным. Я увлек Правителя проектом создания еще более мощного оружия. У меня оказались развязанными руки в тот момент, когда я уже знал, что буду делать.

Годами кипели котлы с водой. А я собирал отработанный уран. Из него делалась внешняя оболочка. Я постепенно заполнил емкости потяжелевшей совсем чуть-чуть водой. Но я знал, что этого чуть-чуть вполне достаточно. Откуда я знал? Водя обманную дружбу с магом Хро, я узнал, как проникнуть в Систему. Он, конечно, был хитрый и могущественный маг, но даже такому, как он иногда хочется расслабиться за бутылью с огненной водой. В Системе я рыскал там, куда никогда не лезут маги. Мне были нужны сокровенные знания о веществе, а не пути обретения личного могущества, как им. Поэтому, а может и еще по каким-то неведомым причинам, мое воровство знаний осталось незамеченным. Может, и замеченным, но безнаказанным.

Осталось собрать запал. Адское вещество для него я получил вообще официально, по распоряжению Правителя. Кстати, Правитель явно понятия не имел о существовании Предельного веса. Он ведь распорядился выдать мне «на опыты» кусок Адского вещества весом в три предела.

А потом настал великий и ужасный день. У меня и в мыслях не было попытаться спастись, устроив взрыв с помощью часового механизма. Моя смерть была предопределена в тот момент, когда я давал свою клятву. Да и видеть мне это все не хотелось.

А теперь мне это показывают. Снаружи и изнутри. Как испаряются в огне люди. И большей частью рабы, такие, как мы были когда-то. Или мне наказание такое придумано — видеть каждую смерть в отдельности и по много раз. Мои душевные мучения ужасны. Лучше бы… "