Александр Романовский - Сбой реальности

Ознакомительный фрагмент

— Добрый вечер, Роберт. Как эфир? — Голос доносился из коробки.

— Спасибо, нормально. Почему ты решил с нами связаться?

— Не хочу, чтобы Чейна забыли. Он этого не заслужил.

— Насколько мы поняли, Волков приложил руку к тому, что ты превратился в компьютерную программу.

— Верно, но я его не виню. Напротив, он дал мне вторую жизнь — в Сети не так плохо, как кажется. Впрочем, сейчас речь пойдет не об этом.

— Именно так. — Камера вновь «наезжает» на Роберта. — Этой ночью вы услышите пять историй о Чейне, поведанных пятью разными людьми. В ходе подготовки передачи мы успели выяснить, что все эти истории, определенно, будут разниться по размеру. Вместе с тем они связаны хронологически, описывая наиболее насыщенный отрезок жизни мистера Волкова. Последующая история превысит по объему предыдущую, приблизительно, в пропорции два к одному. Это получилось помимо нашей воли, но теперь я понимаю, что так даже лучше. Тех, кого не заинтересует история Колла или следующая, могут спокойно выключать головизор и отходить ко сну.

Камера демонстрирует коробочку.

— Итак, Колл, мы внимательно слушаем…

01. ЦЕНА СВОБОДЫ

Жара стояла нестерпимая. Кондиционер, захлебываясь, бешено вращал лопастями, однако воздух почти не охлаждался.

Чейн достал очередную сигарету и закурил, глядя на сидевшего перед ним человека. Он курил в исключительных случаях — после окончания операции или хорошего секса. Как первое, так и второе случалось не часто.

Табак, смешанный с марихуаной, медленно тлел. Вентилятор разгонял дым по всей комнате. Дневной свет, пробиваясь в щели жалюзей, превращался в тонкие прямые лучи.

Чейн сделал затяжку и сел поудобнее. Это грозило затянуться. Он должен был сидеть здесь и выслушивать этот бред — лишь потому, что объект не следовало оставлять в одиночестве. С начала разговора прошло не более получаса, но нейлоновая кобура, надетая на голое тело, успела насквозь пропитаться потом.

Женщина сидела в пластмассовом кресле с гордо выпрямленной спиной. Она ни разу не изменила положения тела, хотя всем троим было очевидно, что эти штамповки — чертовски неудобные штуки.

Карлос первым нарушил молчание.

— Стало быть, — сказал он, дергая себя за бороду, — вы говорите, что это существо… Оно у вас в голове?

— Ответ утвердительный, — кивнула женщина. — В данный момент с вами говорит, как вы подметили, именно существо. Оно существует, причем объективно, что подтверждается осознанием собственной сущности. — Женщина сделала паузу, чтобы изучить реакцию собеседников. — Сознание мисс Дженнифер бьется рядом. Она очень испугана.

Чейн обменялся с Карлосом взглядами.

— Можем мы с ней поговорить? — спросил Чейн.

— Ответ отрицательный, — незамедлительно ответила девушка. — Мои параметры самосохранения это запрещают. Дженнифер может пойти на какие-либо неадекватные действия.

— Тогда каким образом вам можно помочь? Помимо того, о чем вы говорили?..

— Никаким. Все, что нужно, — это киберпространственная дека с выходом в Сеть. — Дженнифер помедлила. — А также, возможно, стакан воды. Я чувствую… жажду. Довольно странный опыт.

— Это легко исправить. — Карлос потянулся за графином, налил в стакан прохладной газировки. — Что касается остального, мы не можем этого допустить. Прошу прощения.

— Но почему? — удивилась женщина. — Я уверен, у вас есть вся необходимая аппаратная поддержка…

— Дело не в деке, — перебил Чейн. — Мы не уполномочены предоставлять вам какую-либо связь с внешним миром. Таковы условия — того, кто заплатил за вашу свободу и вот-вот сюда явится.

— Нам наплевать, — пояснил Карлос, — почему он отдал такие указания. Мы сделали дело и дожидаемся расплаты. Когда деньги поступят на счет, мы позволим вас увезти. С этим ничего не поделать, схема довольно проста. Нам очень жаль.

Карлос поглядел на Чейна. В его глазах не было ни капли сострадания.

Чейн сделал последнюю затяжку и потушил сигарету. Все это начинало превращаться в фарс, дешевую комедию. Зато Карлос, похоже, веселился от души.

— Но почему? — Дженнифер глядела на собеседников широко открытыми глазами. — Объясните!..

Чейн был вынужден признать, что девчонка довольно привлекательна. Правильные черты лица, вьющиеся светлые волосы. Не так часто среди гениальных ученых встречаются подобные экземпляры. Чейн не доверял красоте, а эта девица внушала большие опасения. Девственную чистоту личика нарушала лишь ссадина на подбородке. Получив ее, ученая всего пару минут находилась в отключке.

Карлос пожал плечами:

— Попытайтесь сделать это сами. Если вы тот, за кого себя выдаете, это в ваших силах.

— Я вижу одно объяснение. — Дженнифер нахмурилась, проделав это так, будто старательно копировала чужую мимику. — Вы опасаетесь, будто я, войдя в Сеть, совершу нечто, что спровоцирует конфликт между вами и вашими нанимателями. К примеру, попытаюсь выжечь собственный мозг, как делают хакеры. Я прав?

Чейн улыбнулся. То, как эта девушка продолжала говорить о себе так, будто и впрямь являлась мужчиной, было весьма забавно. Самое же интересное заключалось в том, что она не допустила ни единой ошибки. Чейн внимательно наблюдал за мимикой на точеном лице, приглядывался к ровному лбу, на котором так и не появились лживые складки.

— Вроде того, — кивнул Карлос. — По большому счету, как я уже говорил, нам плевать, что вы попытаетесь сделать в Сети. Мы профессионалы, а потому контракт для нас — Святое Писание.

Девушка кивнула. На красивом лице не появилось и тени отчаяния. Сосредоточенный взгляд был направлен внутрь, в неведомые глубины сознания. Чейн чувствовал, как пробуждается интерес. Действительно, что у нее внутри? Почему японцы отдали столь строгие приказы? Они явно чего-то недоговаривали, но это было в порядке вещей.

— Пойдем выйдем, что ли. — Карлос встал и потянулся. — Извините, мисс, мы вас оставим ненадолго. У нас впереди долгий, утомительный и чертовски жаркий день…

Чейн поднялся, — пластмассовое кресло жалобно скрипнуло, — и направился следом за напарником. Они заперли дверь и прошли по узкому коридору во двор.

Солнце поливало ультрафиолетом заасфальтированный квадратный пятачок. Они прошли вдоль стены к финиковой пальме, что росла в окружении растений поменьше. Тени, отбрасываемые острыми листьями, были подозрительно похожи на десятки длинных кинжалов.

— Ну, — начал Карлос, — что думаешь?

Чейн пожал плечами, щурясь на солнце.

— Либо она лучшая актриса, которую я видел, либо повредилась рассудком. Твоя пиротехника была действительно громкой. В анкете сказано, что у нее нестабильная психика.