Владимир Бровкин - Поселок Веритюткино

Раньше, правда, над тем Пальчиком только потешались.

А раз ездит человек и на месте не сидит, то понятное дело, живет, как нарочно - ни кола, ни двора и по принципу абы день прожить.

Думает так Иван Николаевич да посмеивается.

Однако тут же и забота берет его и на раздумья такие наводит: шутка шуткой, а уезжает с поселка постепенно народ.

А почему?

Ну молодняк - это понятно, почему уезжает. (А у него у самого дочери в выученье как в город уехали да так там и остались.) А куда пожилой народ бежит, глаза закатил?- Куда?

Чем здесь-то ни жизнь?

Жить вон хорошо стали. Все есть.

А природа в Веритюткино - такой по всей округе больше нигде не сыскать.

Думает:

- Ну вот, к примеру, меня взять. Ну с какой такой радости мне, Ивану Николаевичу Фруктову, взять да лететь без оглядки куда глаза глядят? От какого такого лиха? Да никуда я не поеду!

Так решил.

Но потом стал жалеть, что решил так.

Поветрие - это когда уехал один, другой, третий. Но не больше.

А когда уехал из поселка десяток да другой, да не Пальчики, а мужики все при уме - какое же это поветрие?

И понял тут тогда Иван Николаевич, что не поветрие это вышло. Народ-то вовсю разъезжаться удумал, раз о возвращении и речи никакой не заходит: сокращается на виду население в поселке, и заметно сокращается.

Тут-то и Иван Николаевич засобирался.

А как? Чтобы впросак не попасть.

Тем более, в тот момент и дом еще можно было как-то продать покупатели пока находились.

И уже твердо надумал тоже вослед за всеми уехать из поселка в город, но тут вышел случай, который все его планы переменил.

Вскорости в здешние места понаехали топографы-геодезисты со своими треногами да полосатыми рейками.

Понаехали да стали по полям-логам лазить да вымерять.

Вперед-то их тут днем с огнем не видывали.

У любопытных людей вопрос сразу возник - а для чего все это?

И первым этот вопрос стал выяснять Иван Николаевич.

Он как-то к ним, к ихней палаточке подошел полюбопытствовать. (А они стояли таборком возле поскотины.) Подошел, спрашивает:

- Чей-то вы, ребята, у нас все размеряете, ровно город какой тут строить собрались?

А те посмеиваются:

- Да точно, скоро у вас здесь, прямо рядом с поселком город строить начнем!

Ну а Иван Николаевич это дело сразу и приметил:

- Видишь ли, город собираются строить. Надо будет дело это порасспросить как следует. Ну и с начальством ихним через то се знакомство завел.

Знакомство завел, в гости пригласил: в самом ведь деле интересно узнать, правда это или нет, что город возле Веритюткина собрались строить?

А если правда, то что за город.

Начальник у них, Игнатом Игнатьевичем его величать, фамилией Федятко, так с виду невзрачный мужичок, но по наречию очень умный человек.

Пригласил Иван Николаевич его к себе домой, a ToT рассказывать, только знай отгребай.

- Вся, - говорит, - геодезия и картография - гвоздь всякому и любому делу.

И начал это дело разжевывать вдоль и поперек.

А Иван Николаевичу что эта геодезия с картографией, ему больше всего интересно про строительство города узнать.

Ведь в самом деле идея любопытная.

Может, тогда и собираться никуда не стоит, коли город сам сюда придет. Чего же от одного города в другой город бежать.

Вот он ему такой вопросик и задает.

- Город-то? Будет! - говорил тот. - То точно! Будет! Размерим вот, и все начнется. Когда? Ну вот с силенками соберемся и двинем. Завтра, конечно, не обещаю, но годков через десять, а может, и ранее, начнем действие. Да! Можно бы и завтра, лично я не против, ну да сам понимай, дело ведь это такое: государственный бюджет, он не резиновый. Тут тоже своя диалектика. Как, понимаешь?

- Как не понимаю, понимаю, - согласно мотал голо вой Иван Николаевич, - враз ничего не делается.

- Вот-вот. Вот Братскую ГЭС сделаем. И все силы тогда к вам кинем. Объявим комсомольско-молодежную стройку - и, разлюбезный мой, получайте город. А как иначе? Молодым везде у нас дорога, молодым везде у нас почет.

- А большой будет город?

- Город-то? Ну не то чтобы большой, но порядочный. А как - все будет: тут тебе и трамвай, и театр, и рестораны. Одним словом, будет все, как и полагается.

- Ну а, позволительно спросить, чем же город будет основываться? Завод ли здесь какой намечено возвести, или тут какое ископаемое в недрах земли обнаружено: к примеру, там нефть, руда, уголь ли? Что еще может?..

- А уголь тут будет добываться. Вот тут через годокдругой геологи приедут, разведку сделают и будет вам уголь. Много вам будет угля. А как же, у вас тут под ногами столько угля - век греби, конца не будет. Да! Точно!

Вот и думает Иван Николаевич:

"Чего мне ехать. Вот человек ученый, знает, что говорит. Конечно, если поселок пойдет под запустение - дело это плохое. Тут тогда мешкать совсем бы не надо.

Но, с другой стороны, раз тут свой город будет, тогда и голову мне нечего ломать. И нечего, голову задрав, лететь незнамши куда. Я же не Пальчик, в конце концов. А что не скоро его будут делать, так мне ведь не к спеху. Мне ьедь балкон городской ни к чему. Мне в своем доме неплохо. Мне лишь бы крайним не оказаться. А что уголь будут добывать, так это прями кстати. Все с топкой будет меньше канители. На стюшшо уже не надо будет ехать - уголь-то дома. Красота.

И решил никуда не ехать.

И деда Левыкииа тоже убедил. Тот все к дочери на алма-атинские яблоки метил. Но все что-то сомневался: то ли яблоки не поспели еще, то ли дочь не ахти как звала.

Иван Николаевич про все ему подробно рассказал, так, мол, и так, а потом и говорит: - Ну вот тебя взять. И попрешься ты бог знает куда, а у самих не сегодня завтра город за огородами строить начнут.

Тот и согласился: - Не поеду ни в какую Алма-Ату. Да там, по правде сказать, не шибко-то меня и ждут. Зять-то не ахти надежный. - Ну вот, так бы сразу и говорил. А то - там в Алма-Ате така жизнь, таки яблоки...

И правда, через два года геологи приехали в Веритюткино с машиной бурильной. Поставили ее посреди улицы, стали бурить.

Иван Николаевич уже возле них.

- Что, ребята, уголь ищем? - понимающе спрашивает.

- Уголь, отец, уголь! - те ему весело отвечают.

- А посмотреть бы нельзя, что за уголь.

- Да почему нельзя. Да пожалуйста.

Приносят ему кусок угля.

Он то беспокойство имел - а вдруг уголь неподходящий, чего доброго бурый.

Нет, смотрит - обыкновенный нормальный уголь.

"Ну и порядок, раз так", - думает.

Попутно же стоит и на машину ихнюю внимательно смотрит, очень уж интересно ему, как она устроена.

Смотрит и кое-что в уме уже прибрасывает: - Хороша машинка. Вот бы такую в хозяйство.

А что? - очень бы даже пригодилась.