Эдмунд Купер - Далекий закат

Она говорит:

– Так значит, целого мира тебе недостаточно?

Это вопрос, ответ на который она уже знает.

Он улыбается в ответ:

– Одной тебя – достаточно, но весь мир – слишком мал.

– Последний вопрос, – она крутит в руке бокал, – последний, классический вопрос, и мы забудем все, кроме этой ночи… Все-таки, зачем ты летишь к звездам?

Он все еще улыбается, но улыбка эта чисто машинальная. Он не знает ответа.

– Классический ответ, – спокойно говорит он. – Потому, что они есть.

– Но Луна тоже есть. И планеты Разве этого мало?

– И на Луне, и на планетах люди уже побывали, – терпеливо объясняет он. – Потому их и недостаточно.

– Мне кажется, я могла бы сделать тебя счастливым, – шепчет она.

Он берет ее за руку.

– Я в этом уверен.

– У нас могли бы быть дети. Разве ты не хочешь иметь детей?

– Я бы очень хотел иметь от тебя детей.

– Ну так в чем же дело? Все в твоих руках.

– Любимая… Любимая моя… Вся беда в том, что мне нужно что-то еще…

Она не понимает. Она смотрит на него в изумлении.

– Что еще? Что может значить больше, чем счастье, любовь, дети?

Он расстроен. Он печально смотрит на нее. Где же правда? Как найти нужные слова? И как выразить правду этими словами?

– Я хочу, – пытаясь подобрать нужные образы, с трудом говорит он, – я хочу быть одним из тех, кто делает первый шаг. Я хочу оставить свой след на том, дальнем берегу…

Он смеется.

– И я даже хочу урвать для себя маленький кусочек истории. Теперь скажи, что я сумасшедший, и я поверю тебе.

Она встает.

– Я получила свой ответ. И я ничего не скажу тебе, кроме того, что сейчас играют Королевский Вальс. Он твой, если хочешь.

И они танцуют вдвоем в этом забытом переулке времени…

Ему хочется плакать. Но как можно заплакать с замороженными губами, замороженными глазами, с замороженным сердцем? Что вообще можно чувствовать, если находишься в унылых объятиях вечности?

Он проснулся от собственного крика.

Его камера в Байа Нор ничуть не изменилась. И черноволосая нойя, глядящая на него широко раскрытыми глазами, ничуть не изменилась. Изменился только он сам, ибо все, в чем он себя убеждал, оказалось бесполезным. И слава Богу, что так произошло. Потому что люди – это все-таки люди, а не машины. Потому, что горе лежало у него на сердце таким тяжелым грузом, что он, всегда считавший себя неподвластным эмоциям, наконец-то понял, что значит быть испуганным животным.

– Меня зовут Пол Мэрлоу, – бормотал он непонятные нойе слова. – Я родился и вырос на Земле. За прошедшие двадцать лет я состарился всего на четыре года. Я согрешил против законов жизни…

Застонав, он обхватил голову руками.

– О, Боже! Накажи меня самой страшной болью! Делай со мной, что хочешь! Только верни мне мир, который я так неразумно отринул!

И рыдая, он рухнул на постель.

– У моего господина видения, – шептала она. – Какие бы они ни были – это дар Орури. Знай, мой господин, Поул Мер Ло, что будь на то воля Орури, я облегчила бы твою ношу.

Поул поднял голову и посмотрел на нее.

– Не надо печалиться, – на вполне приличном байани сказал он. – Мне приснился страшный сон. А оплакиваю я ребенка, умершего много лет тому назад.

– Мой господин, – удивилась Мюлай Туи, – сначала умерла птица, а теперь еще и ребенок. Не слишком ли много места в твоем сердце занимает смерть?

– Ты права, – улыбнулся Поул Мер Ло. – Слишком много. Видимо, мне придется учиться жить заново.

3

В год 2012 (по местному времени) от планеты Сол Три, называемой ее обитателями Земля, отправились в путь три космических корабля. Первым, как того, наверное, и следовало ожидать, был американский звездолет «Мэйфлауэр». Даже европейцы и русские признали, что это – самая большая и, пожалуй, самая красивая машина, когда-либо созданная человеческими руками. Он обошелся в тридцать миллионов новых долларов и девятьсот сорок человеческих жизней. Десять лет собирали его на земной орбите. Сорок пять супружеских пар отправились на нем к системе Сириуса.

Второй покинувший Землю корабль назывался «Красный Октябрь». Ко всеобщему удивлению, русские сумели построить его всего за шесть лет. Американские и европейские специалисты сошлись во мнении, что хотя и не такой большой, как «Мэйфлауэр», он несколько превосходил в скорости американский корабль. Почти такой же дорогой и красивый, он тоже стоил жизни не одной сотне людей. Двадцать семь мужчин и двадцать семь женщин, не связанных браком, полетели на нем к Проциону.

Третий корабль носил гордое имя «Глория Мунди». И построили его Соединенные Штаты Европы. Он обошелся сравнительно дешево. А назвали его «Глория Мунди» потому, что немцы никогда бы не согласились на английское название, французы – на немецкое, англичане – на французское, а итальянцы никак не могли договориться даже друг с другом. Выйти из этого положения удалось, подобрав имя на одном из мертвых языков. А так как построенный европейцами корабль был самым маленьким, то его генеральный конструктор, англичанин с подлинно английским чувством юмора, предложил назвать его «Глория Мунди». Что в переводе с латинского значит «Слава мира». На нем улетали к звездам всего двенадцать человек: немецкая пара, английская, итальянская, французская, шведская и датская. Хоть он и был меньше русского корабля и медленнее американского, его цель находилась дальше всех. Он отправлялся к Альтаиру – шестнадцать световых лет, двадцать один год полета по корабельному времени.

Англичан и в двадцать первом веке заботило соблюдение приличий. Поэтому ровно в 10 часов 30 минут утра 3-го апреля 2012-го года, с красной розой в бутоньерке, Пол Мэрлоу появился в магистрате Какстон Холл. В 10 часов 35 минут туда же пришла и Анна Виктория Ваткинс. В 10 часов 50 минут их торжественно объявили мужем и женой. Позже подсчитали, что по каналам Евровидения за свадебной церемонией наблюдало более трехсот миллионов человек.

Нельзя сказать, что Пол и Анна любили друг друга. Но как представители Англии в многонациональном экипаже «Глории Мунди», они охотно пошли на этот брак. Пол – психолог экипажа, был к тому же и опытным инженером. Он отлично владел французским и немецким. Что же касается Анны, то, будучи по профессии врачом-хирургом, она неплохо говорила по-шведски и по-итальянски, а в случае необходимости могла поддержать беседу и на датском.

По окончании торжественной церемонии бракосочетания Пол и Анна на такси добрались до вокзала Виктория, поездом доехали до Гатвика, там пересели на стратолет до Вумеры, а оттуда космический челнок доставил их на околоземную орбиту. Медовый месяц они провели на борту «Глории Мунди», готовясь к старту.