Александр Хлебников - Третья мировая война

Действительно, из-за горизонта с севера вновь выкатилась лавина танков, а навстречу им, с юга, выползала армада ракетоносцев. Обреченные на роль зрителей, мы оказались посредине двух сближающихся армий.

- Пока не прихлопнут, - спокойно заключил Майкл, оценив незавидность нашего положения. - Впрочем, если в горячке первого боя произошло чудо, и мы уцелели, то почему не быть чуду второму? - пробормотал он. - Только не вмешиваться в драку. Авось соблаговолят оставить "Крошку" без внимания обтекут по сторонам.

Армии продолжали сближаться. С противоположных направлений они двигались прямо на нас, неотвратимо и страшно.

Первый залп дали ракетоносцы - огненные смерчи окутали орудийные танки. В свою очередь они полыхнули ответным залпом, вторым, третьим! А затем противники сошлись! Ракетоносцы оказались быстроходнее. Они обошли космолет и вклинились в "северян". Броня сшиблась с броней. На полном ходу машины сталкивались лоб в лоб, дыбились, опрокидывались и громоздились грудой металлического лома. Танковые орудия распарывали борта. Короткие ракетные молнии сносили башни, прожигали насквозь... Непостижимо каким образом, но мы в этом аду пока оставались незадетыми - мы очутились словно "в глазу" свирепого тайфуна.

...Люки ближайшей пылающей машины откинулись - из них вывалились фигурки танкистов. Они заметались и бросились к космолету. Выскочивший из-за него ракетоносец заметил их, резко вильнул и намеренно гусеницами проутюжил их.

- Фашист! - крикнул я, вспомнив самое скверное ругательство, и лучом ЭЛТа ударил по ракетоносцу.

- Безумец! Что наделал? - зарычал Майкл. Едва вспыхнул атакованный мной ракетоносец, как его соседи затормозили, попятились и начали разворачиваться в нашу сторону. Реакция Майкла на их маневр была мгновенной. Взмах его ЭЛТа - и они вспучились столбами пламени. Но уже другие, ушедшие вперед, поспешно поворачивали назад.

- Алек, не зевай! Надо их опередить! - в боевом азарте ревел пилот и хлестал лучом направо и налево. Я не отставал от него, понимая: ракетный залп хотя бы одного танка сметет нас...

- Пощадите, они безобидны! - внезапно услышал я чужой голос. От неожиданности моя рука дрогнула, и луч ЭЛТа вонзился не в ракетоносец, а в почву, выбросив из нее гейзер раскаленных газов.

- Так-то лучше, - прокомментировал тот же голос. - Уберите луч и взгляните назад.

Должно быть, Майкл услышал то же самое приказание - мы обернулись одновременно. Позади в белоснежной рубашке и шортах стоял загорелый молодой человек и приветливо улыбался.

- Здравствуйте, люди двадцатого века! - на русском языке с каким-то певучим акцентом сказал он.

- Кто вы? - не совсем любезно спросил Майкл.

- Командующий этими игрушками, - небрежным жестом указал юноша на внезапно остановившиеся могучие машины, - если только...

- Вы приказали давить танкистов? - перебил я его.

- Я. Но прошу заметить - не людей, как, судя по вашему возмущению, вы подумали, а управляемых манекенов. Разрешите представиться: греп Лест. Греп означает - главный режиссер-постановщик, а Лест моя фамилия. Я снимаю фильм "Последняя схватка". Его действие происходит в конце вашего столетия - в тысяча девятьсот девяносто первом году.

- Вы хотите сказать, что все эти машины - бутафория? - спросил Майкл.

- Ну конечно! Обыкновенная массовка. Мне приятно, что вы, поверив в реальность разыгранного сражения, даже активно включились в него... А теперь - пожалуйте в мою резиденцию. Я тут один хозяйничаю, так что прошу извинить - встречать вас пока больше некому... Пожалуйста, проходите!

Рядом с Лестом открылся вход в ярко освещенное подземелье. В глубину бежала оранжевая лепта эскалатора...

- Входите, милости прошу! - радушно предлагал юноша. - Что же вы медлите? Или что не так сказал? Простите, древнерусский знаю слабо - изучал еще в начальных классах...

- Нет, поняли мы все, - медленно сказал Майкл и вдруг направил ЭЛТ на юношу. - Но мы пойдем не в ловушку, в которую вы так любезно заманиваете, а в космолет! И вы следуйте за нами! Вы - наш заложник! Надеюсь, ваши родные, сидящие в командном пункте под нами, опасаясь за вашу драгоценную жизнь, позволят нам взлететь? Передайте им, что мы вас отпустим. С орбиты вы вернетесь в этом же космолете...

Лест изумленно уставился на Майкла. Признаться, такого поворота событий не ожидал и я.

- Опомнись, Майкл, - попытался я образумить пилота. - Лест действительно режиссер-постановщик. Почему ты этому не веришь? Древнее кино тоже не чуждалось съемок огромных баталий: вспомни экранизацию "Войны и мира" Толстого, "Ватерлоо", "Освобождение"... Что ж тут странного?

- Перестань! - оборвал меня Майкл. - Неужели тебе еще не понятно? Лест потомок привилегированных. Он из той касты людишек, которые, спалив материки, сами спаслись в подземных бункерах... А теперь их чада забавляются - поднимаются на поверхность и, так сказать, играют в солдатики, жгут уцелевшую технику. Людей нет - так они роботов в нее сажают.

- Увлекательное дополнение к сценарию, - грустно пошутил Лест. - Но, простите, зачем мне надо завлекать вас в ловушку?

- Чтобы с нашей помощью овладеть звездолетом и удрать на другую, не обезображенную войной планету. Меня не обманешь! - отрезал Майкл. - Допустим даже, танки, ракетоносцы - бутафория, а сожженная равнина - тоже? Вряд ли человечество, будь оно цело, дозволило бы на таком огромном пространстве уничтожать сады и посевы для съемок хотя бы и гениального фильма.

- Так это единственный на планете заповедник. Мы его очень бережем! пытался объяснить Лест.

- Бережете пустое место? - ухмыльнулся Майкл.

- В этом и заключается его величайшая ценность! - воскликнул юноша.

- Вздор! - крикнул пилот. - На перенаселенной Земле быть того не может. Пошли!

Лест пытался что-то еще сказать, но, видя, что Майкл и слушать не желает, махнул рукой:

- Ну что ж, идемте.

Я хотел шагнуть, но ботинки скафандра словно приросли к почве. Повернув голову, я увидел, что и Майкл яростно пытается сойти с места.

- Прекратите ваши фокусы! - обращаясь к Лесту, воскликнул пилот. - Иначе я буду вынужден...

Вероятно, через внешний динамик, укрепленный на груди скафандра, слова Майкла прозвучали для Леста особенно громко и зловеще. Однако юноша ничуть не испугался.

- Иначе вы будете стрелять? В упор? И уверены, что попадете? - добродушно спросил Лест.

В то же мгновение нас окутала белая мгла, пропало все: небо, земля. Я не различал даже пальцев вытянутых рук.

А дальше случилось совсем необъяснимое. Опора под ногами исчезла, меня приподняло, и я, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, будто спеленатый младенец, повис в воздухе.

Мгла пропала. Мы с Майклом, в громоздких скафандрах, с лучеметами, в положении "лежа на боку", рядышком, неподвижно висели метрах в двух от земли. Внизу стоял Лест и, глядя на нас, благодушно улыбался с выражением лица, какое имеют взрослые, когда им удается утихомирить чересчур расшалившихся маленьких детей.