Николай Басов - Рождение гигантов

Ознакомительный фрагмент

– Мне нужно, чтобы она не просто безопасной была, а чтобы мы ее контролировать умели.

– Вот про это – ничего пока не скажу, – решился на «приговор» Ростик. – Поживем – увидим.

– Не слишком ли легкомысленно, – спросил Перегуда, – ждать, пока оно проявится? Что, если потом спохватимся, а остановить его?..

– Другого все равно не дано, – проговорил Рост, и на том, как ни странно, обсуждение прекратилось.

Когда вся команда, освещаемая факелом неизвестного лейтенанта, выползла на свет, Дондик быстренько пробежался по заводу и уже через полчаса улетел в Боловск. Рост тем временем пил с Пестелем и Ладой чай, который им на удивление вкусно приготовила Сонечка. Еще тут был Микрал, бакумур-загребной-адьютант раздобыл где-то мелких сушеных рыбок, кажется, выловленных местными волосатиками из ближайшей речки, но к ним никто, кроме него, не притрагивался. Зато он-то жевал их горстями, с головками и хвостами.

– Не чавкай, – сердито бросила Лада. Микрал послушался, стал жевать потише, поглядывая на нее своими здоровенными глазищами, прикрытыми дневной мутноватой пленочкой, на всякий случай поигрывая высокими и острыми, как у овчарки, ушами, которые то поднимались у него на затылке, то опускались. А может, он дергал ими от наслаждения, ну, любил он покушать, что тут поделаешь?

– А этот парень, который возит Председателя?.. – неопределенно спросил Рост.

– Лешка Костыльков, – пояснил Пестель. Поправил очки. – Он служит кем-то вроде адьютанта при Дондике. Тот ведь теперь армией сам занимается, никому больше не доверяет, а одному все это волочь – не всегда получается.

– И аглорами командует? – поинтересовалась Лада.

– Нет, с невидимками никто общего языка найти не может. Они Председателю недоступны, – отозвалась Сонечка.

– А тогда – хрен ли в этой армии? – благодушно спросила Лада.

Пестель пожал плечами. Лада повернулась к Росту.

– Ты на самом деле хочешь смотаться в Боловск? А то мне неплохо бы профилактику нашему антиграву устроить, он же тысячу лет, почитай, на складе валялся, его и не осматривал никто. А стоило… В общем, многое нужно, чтобы он не поломался где-нибудь над Водным миром.

Ростик кивнул, и удовлетворенная Лада потопала готовить машину к отлету. На этот раз почти с энтузиазмом. Рост подумал и спросил:

– Чего Председатель такой квелый?

– У него что-то разладилось с девицей. Он ухаживает, даже окучивает ее, образно говоря, а она… Не в порядке наш глава, далеко не в порядке.

– И у этого тоже с девицами? – искренне удивился Ростик.

– Что значит – тоже? А еще у кого? – Подумав, Пестель вдруг пустился в объяснения, согласно собственной версии. Ростик и забыл такую вот особенность у друга. – Когда мало мужиков осталось, мы на все девчоночьи перипетии смотрели сквозь пальцы. Оно и понятно, это согласуется с природой. Мужики, с точки зрения общества – менее ценный материал, потому что для восстановления популяции достаточно совсем немного… этих самых мужиков. И упустили момент, когда… Да, кажется, это называется точкой возврата, когда еще можно было бы восстановить привычные морально-брачные обычаи. И вот наши, так сказать, феминистки, которым, в общем, маловато досталось внимания и мужской энергии, пустились…

– Девицы всегда отказывали тем, кого не слишком уважают, или не любят, или когда просто имеется более знакомый и удобный вариант, – сказала Сонечка.

Рост вздохнул и отпил чаю.

– Да, пожалуй, они всегда нацелены на удобность партнера или мужа для себя… Хотя, нет, им нужен комфорт для всей семьи разом.

– В случае с Председателем это не сработало.

Росту даже не захотелось узнавать, что это за тетка такая, как ее зовут и знает ли Ростик ее лично. Скучная это была материя. И малозначимая. К тому же они и так ни с того ни с сего насплетничали больше желаемого. Не любил Ростик такие вот пересуды.

– Джордж, ты покажешь мне то место, откуда арматура из разрушенных пятиэтажек исчезла?

– Сегодня? – Получив утвердительный кивок, Пестель оживился. – Могу показать. Мы несколько кусков на исследования даже в Универ сволокли… Только, знаешь, мы и лабораторными средствами ничего нового не выяснили. Представь себе, вот была арматурная сталь впечатана в панели наших пятиэтажек, а потом… Растаяла. Словно бы ее кто-то очень аккуратно растворил. Следы ребристости арматурин остались, даже следы проволоки, которой строители их связывали, чтобы сваривать, тоже наблюдаются. Но и проволока эта, и, представь себе, ржавчина – все исчезло. – Он помолчал. – Испарилось без следа. Было – и нету ничего, только пустоты в цементе с отпечатками.

Ростик почему-то сразу представил себе эту картину. Наверное, потому, что Пестель так здорово и точно заметил исчезновение ржавчины, которая, что ни говори, а тоже состоит из металла.

– А в целых пятиэтажках?

– Кто же теперь, когда нет ни воды, ни электричества останется жить в этих доминах? Там упаришься только воду носить на этажи.

– Они все покинуты?

– К сожалению, брат, места для проживания хватает. – Пестель сокрушенно покачал головой. – Слишком много народу погибло в первые годы, слишком мало нас осталось.

Ростик отставил кружку, поднялся.

– Значит, покажешь.

– Ну, вообще-то, я собирался еще в Лагерь пурпурных заскочить, полюбоваться, как они на свой манер наладили выпуск молдвуна, но теперь… Как-нибудь в другой раз. У вас место для меня в гравилете найдется? А то я тут засиделся с тобой, и наши все уже уплыли.

– О чем речь?

Они нашли Ладу, которая, нахмурив брови, совершенно по-шоферски пинала сапогом по одному блину выделенной ей летающей лодочки. Микрал стоял рядом и ждал, когда его попросят сделать то же самое, только размашистей и сильнее.

– Ага, – буркнула Лада, в последнее время она часто бывала не в духе, в ней даже какая-то беспричинная грубость проскальзывала, – явились. Котел кочегарить?

Сверху, из какой-то надстройки на стене вокруг завода, сбежал Ромка с Фремом. Они неслись, как мальчишки, которые играют в футбол, но даже не запыхались при этом. Ромка спросил:

– Я нужен?

– Он тебе на аэродроме нужен, для твоей профилактики?

– Пускай здесь послужит, – отозвалась Лада, не оборачиваясь, – у Сонечки, почитай, и служивых не осталось, как только управляется, бедняга.

Вылетели минут через десять. Рост с сожалением подумал было, что так и не узнал, какие новости о Лагере способна ему сообщить Сонечка, которая в силу близости к постоянному месту обитания пленных пурпурных должна была знать о них больше всех, кроме, может быть, постоянно обитающих в этом самом Лагере стражников, которые давно, наверное, уже превратились просто в наблюдателей, не вмешивающихся в жизнь малопонятных и не склонных к лишним контактам с людьми губисков.