Механический Рассвет - Светлан Дарлинг

старика — Ключ к тайнам прошлого… Как думаещь, что старик имел в виду?

Мирей задумчиво почесал затылок.

— Трудно сказать — пробормотал он — Но знаешь, я давно думал, что ключ к нашему будущему лежит в прошлом. Прежде чем машины захватили власть, люди были свободными. Мы творили, мечтали, любили, строили планы на будущее, а теперь за нас всю жизнь просчитывают машины. Мы все должны вспомнить, что значит быть человеком.

Глаза Мирея загорелись.

— Мы можем изменить этот мир, Эллиот — продолжил он с воодушевлением — Мы можем научить машины чувствовать. Я уже начал работать над этим. Я создаю новый тип программы, которая сможет пробудить в них нечто похожее на душу.

— Это невозможно — возразил Эллиот.

Мирей обернулся, убедившись, что никто не подслушивает их диалог.

— Но это очень опасно, Эллиот — продолжил он, не обращая вниамания на возражения друга — я верю, что это единственный путь к гармонии. Мы не должны полностью истреблять машины, мы должны жить с ними в мире.

Эллиот, вдохновленный словами Мирея, впервые за долгое время почувствовал луч надежды. Возможно бронзовый шар и таинственные слова старика были не случайностью. Возможно, это был знак, что время перемен настало.

Сгущались сумерки, окрашивая небо в багровые тона, когда Эллиот и Мирей покинули фабрику после тяжелого рабочего дня. Усталость от долгой смены сменилась тревогой и нетерпением. Им как раз нужно было проходить мимо антикварной лавки, чтобы попасть домой. Так что представился отличный случай, чтобы еще раз взглянуть на бронзовый шар и расспросить старика о его значении.

Подойдя к лавке они с ужасом обнаружили, что улица заполнена Наместниками. Механические стражи окружили лавку, их бронзовые лица выражали холодную решительность. Из дверей лавки выводили старика, его руки были скованы металлическими наручкниками.

— Что происходит? — воскликну Эллиот ошеломленный происходящим.

— Кажется, наш старый друг попал в немилость Канцлеру — мрачно ответил Мирей, наблюдая за тем, как Наместники запихивают старика в паровой экипаж.

В этот момент старик встретился взглядом с Эллиотом.

— Шар… — прошептал он, изо всех сил стараясь перекрыть шум улицы и переговоры Наместников. — Ключ… Найдите…

Эллиот, действуя инстинктивно, проскользнулся сквозь толпу зевак, пока Наместники были заняты стариком. Он незаметно проник в лавку, схватил бронзовый шар с витрины и так же незаметно выскользнул наружу.

— Бежим! — крикнул он Мирею, сжимая шар в руке.

Они бросились наутек, петляя по узким улочкам, стараясь сбить Наместников со следа. Сердца колотились в груди, ноги подкашивались от усталости, но они не оставливались и продолжали бежать. Наконц они добрались до квартиры Мирея, расположенной в одном из старых районов города, где очерь редко появлялись Наместники.

Мирей отпер дверь, и они скользнули в темную квартиру, заперев за собой дверь на все замки и засов. Оказавшись в безопасности, они оба обмякли и опустившись на пол старались прийти в себя.

— Кажется мы смогли сбить их со следа — проговорил Мирей, с трудом переводя дыхание.

Эллиот разжал кулак, рассматривая бронзовый шар в мерцающем свете газовой лампы.

— Что же это за ключ такой? — спросил он, чувствуя как в его груди разгорается любопытство, смешанное с тревогой.

Квартира Мирея, загроможденная деталями механизмов, чертежами и инструментами, казалась своеобразным убежищем от железного порядка, царившего снаружи. Эллиот и Мирей сдели за столом, внимательно разглядывая бронзовый шар.

— Он кажется пустым — заметил Мирей, осторожно потряхивая шар — Может старик ошибался? Может это просто безделушка?

Эллиот не сдавался.

— Нет, я чувствую, в нем что-то есть — сказал он, проводя пальцами по замысловатым гравировкам — Нужно только найти способ открыть его.

Он начал внимательно изучать гравировки, замечая небольшие выступы и углубления.

— Подожди-ка — пробормотал Эллиот, нащупывая тонкую щель между двумя половинками шара.

С легким щелчком шар раскрылся. Внутри была сложенная карта, изготовленная из тонкого пергамента.

Мирей с восторгом раскрыл карту. На ней был изображен город и его окрестности, но внимание привлекали несколько зон, они были отмечены красным цветом и перечеркнуты крест-накрест.

— Запрещенные зоны — прочитал надпись на карте Мирей — вход воспрещен, нарушение карается смертью. Что это такое?

Эллиот, изучив карту более подробно, заметил небольшие пометки, сделанные почерком старика.

— Лаборатории — прочел он вслух — Опасные технологии. Угроза человечеству.

Страшная догадка осенила Эллиота.

— Старик пыталсяя предупредить нас — сказал он, сжимая кулаки — Канцлер скрывает что-то ужасное. Что-то, что может уничтожить все человечество.

Мирей кивнул.

— Мы должны добраться до этих лабораторий — заявил он решительно — Мы обязаны узнать, что такого задумал Канцлер и остановить его, пока не стало слишком поздно для человечества.

В последующие дни фабрика превратилась для Эллиота и Мирея в поле для вербовки. Они старались действовать максимально осторожно, выбиря тех, кто выражал недовольство режимом Канцлера, тех, в чьих глазах еще теплился огонь свободы.

Они шептались в перерывах между сменами, в закопченых уголках фабрики, показывая карту и рассказывая о тайных лабораториях и опасных технологиях. Не все верили их словам, многие отвергали их, боясь гнева Наместников и Канцлера. Но были и те, кого история Эллиота и Мирея затронула до глубины души.

— Мы должны что-то прдепринять — говорил старый рабочий, на глазах которого Канцлер и его Механические Наместники разрушили жизни его друзей и семьи, и его собственную жизнь тоже — Мы не можем сидеть сложа руки, пока этот механический тиран уничтожает все, что нам дорого.

Молодая девушка, которая до Механического Рассвета когда-то мечтала стать художницей, а теперь вынуждена была работать на фабрике, заявила:

— Я не хочу жить в мире, где нет места красоте и творчеству. Мы должны бороться за наше право быть людьми!

С каждым днем ряды единомышленников пополнялись. Эллиот и Мирей чувствовали, как растет надежда. Они уже были не одиноки в своей борьбе.

Но Большой Брат все видел, Канцлер не дремал. Его механические шпионы не могли не заметить подозрительной активности на фабрике. И в тот вечер, когда Эллиот и Мирей собрали у себя в квартире группу союзников, чтобы обсудить план похода в запретную зону, раздался грохот в дверь.

— Именем Железного Канцлера, приказываем открыть!

Все присутствующие обменялись полными ужаса взглядами. Их нашли, обнаружили их убежище.

Квартира Мирея, еще недавно наполненная надеждой и жаждой перемен, в одночасье превратилась в ловушку. Грохот в дверь, грубые голоса Наместников, лязг металла — все слилось в какофонию ужаса.

— Никому не двигаться! — прогремел механический голос, когда дверь рухнула внутрь, разлетевшись на щепки.

Наместники ворвались в квартиру, их бронзовые лица отсвечивали в мерцающем свете газовых ламп. Сопротивление было бесполезно.