Бертрам Чандлер - Коммандер Граймс (Сборник)

Карнаби уменьшил радиус действия радара и теперь корректировал полет обоих астронавтов.

- Отлично, коммандер. Прямо... Прямо, как идете... Теперь запустите двигатель... И помните об отдаче...

Из иллюминатора Граймс видел два мигающих маячка. Вот они сблизились настолько, что воспринимались как один. Мэйхью почти у цели.

- Тормозите, коммандер, - сказал Карнаби, - Ага, он тоже тормозит. Еще чуть-чуть... Есть!

Из передатчика донесся шепот Мэйхью:

- Есть контакт. Контакт установлен. Он крепкий орешек, коммодор. Трудно пробиться... Но уверяю вас, предательства он не замышляет.

Граймс взял микрофон:

- А он знает, что ты... подслушиваешь?

- Не думаю.

- Он слышит тебя? Меня?

- Нет, сэр. Я достаточно осторожен. Наши шлемы не соприкасаются.

- Отлично. Обыщи его на предмет оружия на скафандре, затем можешь соприкоснуться шлемами и поговорить.

- Хорошо, сэр.

Наступила тишина, которая, казалось, длилась и длилась. Наконец Мэйхью сказал:

- Ждите нас на борту, коммодор.

Вильямс сообщил из шлюзовой камеры, что Мэйхью и посол с "Карающего" прибыли на борт и идут в рубку. Интересно, как выглядит гость. Офицер вооруженных сил Империи - "Империя" звучит гораздо внушительней, чем "Федерация" или "Конфедерация". "Наверняка титулованная особа, и список предков у него длиной в полпарсека", - лениво подумал коммодор. Он пристально оглядел рубку. Все офицеры одеты по форме, хотя многие более чем небрежно. Дрютхен, как всегда, расхристан, но он, в конце концов, всего лишь гражданское лицо. Презренный балласт.

И тут в рубку ввалился Вильямс.

- Коммандер Мэйхью, шкипер, - бодро объявил он. Телепат, все еще в скафандре, но со шлемом под мышкой, вошел следом. - И капитан Имперского флота сэр Доминик Фландри. Сэр Доминик, позвольте представить вам Джона Граймса, коммодора Флота Миров Приграничья в запасе, - Вильямс явно наслаждался моментом.

Граймс посмотрел на Фландри, и увиденное ему не понравилось. Капитан "Карающего" был высок и строен - это не мог скрыть даже неуклюжий скафандр... черный скафандр в золотых позументах. Шлем, зажатый под мышкой, также был черным, с венком из золотых дубовых листьев вокруг лицевого щитка. На груди скафандра блистал богато изукрашенный орел с распростертыми крыльями, который сжимал в когтях глобус. Он чем-то напоминал самого Фландри. Лицо капитана, жесткое, с хищным носом и бледно-голубыми стальными глазами украшали тонкие усики, словно нарисованные карандашом. Их можно было бы назвать "пижонскими", но таковыми они почему-то не выглядели. Блестящие черные волосы чуть тронуты проседью на висках.

- Ваш слуга, коммодор, - чопорно сказал Фландри.

"День, когда ты станешь чьим-нибудь слугой, объявят всенародным праздником", - хмыкнул про себя Граймс, а вслух сказал:

- Рад видеть вас у себя на борту, капитан. Или лучше говорить "сэр Доминик"?

- Как вам угодно, коммодор, - зоркие глаза Фландри оглядывали рубку, не пропуская ничего и никого. Потом его взгляд задержался на Клариссе и чуть дольше - на Соне.

"Ну да, конечно, - подумал Граймс, - на ней же эта непристойная федеральная форма".

- А у вас смешанная команда, коммодор, - заметил Фландри.

- Гхм. Да. Дамы - наши офицеры-специалисты. Миссис Мэйхью... - Кларисса выбралась из кресла и шагнула вперед, - это сэр Фландри, капитан "Карающего". Капитан Фландри, это миссис Мэйхью, помощник офицера псионической связи...

- Псионической? А, телепаты... Как я понял, коммандер Мэйхью, который меня встречал, ваш главный офицер-псионик.

Имперский капитан снова посмотрел на Клариссу, и она густо залилась краской. Фландри рассмеялся:

- Извините, моя дорогая. Мне стоит научиться лучше контролировать свои мысли.

Однако в его тоне не чувствовалось раскаяния, а Кларисса, хоть и смущенная, не казалась обиженной.

- А это коммандер Веррилл из Федеральной Исследовательской и Контрольной службы. В этой экспедиции она участвует в качестве независимого наблюдателя от Федерации.

- Она, похоже, не телепат, - пробормотал Фландри, словно раздевая Соню глазами. "Хотя тут и раздеваться не надо - в этой-то пародии на военную форму", - подумал Граймс. Ему весьма не понравился взгляд Сони, адресованный имперцу.

Представив остальных офицеров и Дрютхена, Граймс произнес:

- А сейчас мы переместимся в мою каюту и побеседуем. Коммандер Вильямс, присоединяйтесь к нам, прошу вас. Коммандер Мэйхью, мистер Дэниэлс, сразу же дайте мне знать, если примете еще что-нибудь со "Скитальца" или "Адлера".

- "Скиталец"? - Фландри вопросительно поднял бровь.

- Возможно, один из ваших. Это личная яхта экс-императрицы Эйрин.

- Тогда точно не из наших, - рассмеялся Фландри. - У нас нет императрицы. И никогда не было. Я имею честь, - это прозвучало, как "сомнительную честь", - служить Его Императорскому Величеству Эдуарду XIV, сэр. А что за "Адлер"?

- Эсминец под флагом Герцогства Вальдегрен.

- Герцогство Вальдегрен? Никогда о таком не слышал.

Офицеры с любопытством смотрели на Граймса и его гостя, и коммодор решил продолжить разговор в более тесном кругу.

- Сюда, пожалуйста, сэр Доминик, - пригласил он.

По дороге к каюте он заметил, что Фландри не слишком уверенно чувствует себя в невесомости. Вероятно, на "Карающем" поддерживалась искусственная гравитация, и людям не приходилось работать в таких условиях. При случае стоит направить кого-нибудь из инженеров на имперский разведчик. Похоже, там можно будет разжиться полезными разработками.

Дверь каюты отъехала вбок, и Граймс отступил в сторону, пропуская гостей в свой кабинет. Фландри неуклюже переминался с ноги на ногу: ботинки с магнитной подошвой были не слишком удобны.

- Добро пожаловать в Дом Свободы, - сообщил Граймс. - Здесь можно плевать на ковер и даже называть кота ублюдком.

Соня холодно посмотрела на него:

- Сто лет не слышала от тебя этой дурацкой шутки, Джон. Я надеялась, ты ее уже забыл.

- Ну что вы, коммандер Веррилл, это всего лишь фигура речи, - Фландри послал ей лучезарную улыбку. - А вы давно знаете коммодора?

- Довольно давно. Я его жена.

- Коммодор Граймс, а есть ли у вас в команде незамужние дамы, столь же привлекательные, как те, с которыми я имел честь познакомиться?

- Нет. Больше нет, - отрезал Граймс и добавил чуть более гостеприимным тоном: - Присаживайтесь, капитан. Не желаете выпить?

- С удовольствием. К сожалению, для сидения этот скафандр не приспособлен. Кроме того, на незнакомом корабле - возможно, вражеском - я предпочитаю его не снимать.

- Как вам угодно, капитан. Даю вам слово, что в напитках нет ни наркотиков, ни яда.

Граймс добрался до своего кресла и пристегнулся, Соня тоже. Вильямс собирался последовать их примеру, но Граймс попросил его позаботиться об угощении. Коммандер принялся проворно извлекать тюбики с напитками. Фландри попросил скотча.