Сэмюэль Дилэни - Падение башни (сборник)

- Ходж очень одинок, - вздохнул Ральф. - Мы здесь все одиноки. Вполне возможно, такой вид одиночества имеет право на существование. К тому же на Кольце нами правит страх, раз мы живем вопреки законам корабля…

- А Ходж… Он приходит дважды в неделю, - продолжала Меррил. - Он ест с нами, играет в шахматы с Ральфом.

- Два раза в неделю? - вновь удивилась я. - Хорошо, если он посещает мою секцию раз в год.

- Знаешь, иногда мне кажется, у тебя с Ходжем много общего, - задумчиво произнесла Меррил.

- Ты это серьезно?

- Вы единственные на корабле, кому запрещается вступать в брак и выбирать детей на Базаре.

- Если не считать того, что я в любой момент могу подать в отставку и стать матерью, стоит только захотеть. А Ходж вынужден до конца жизни служить Палачом.

Ральф кивнул:

- Но в вашей жизни есть одна общая черта - вы отвечаете за жизнь города. Судья Картрайт, например, не имеет никакой власти над Одноглазыми. Если, конечно, не поймает кого-то из нас. Мы же обязаны повиноваться тебе так же, как любой горожанин.

- Я знаю, - тяжело вздохнула я, а потом добавила: - Вы хотите сказать, что на моих плечах, так же как и на его, лежит тяжкий груз ответственности… Именно об этом я и хотела посоветоваться с вами сегодня. Иногда мне кажется, что, разрешив секты, я нарушаю свой долг… Вы говорили, что у каждого на корабле есть свои ритуалы, Я исполняю обязанности Капитана, символизируя преклонение перед идеей путешествия к звездам. Но надо же провести какую-то черту различия! Я вижу наших детей, а потом Тима. Однорукий, но он жив, приносит пользу людям, с которыми живет, и это ему нравится! В Родильном Банке работает стажером некий Парке, парнишка смышленый, но больно уж медлительный. Однажды он как-то рассказал мне, что поражен тем, что администрация совершенно не интересуется собраниями сектантов. Он считает нас всех приземленными людьми, не стремящимися познать окружающий мир.

Тут я сделала паузу, устраиваясь поудобнее. Мои собеседники терпеливо ждали продолжения рассказа. Наконец я снова заговорила:

- Я хочу сказать, что когда-нибудь - и об этом, кажется, все позабыли - никаких городов не будет. Перед нами откроется огромный новый мир. Нам придется сражаться с природными стихиями, искать себе пропитание, охотиться, а не получать провизию с гидропонных плантаций. Вы и я - мы уже не увидим этого, но это обязательно произойдет, пусть лет через сто пятьдесят. Думая о тех далеких временах, я бы предпочла видеть в новом мире Тима, а не добропорядочного Паркса. Мне кажется, если я позволю городу превратиться в скопище тупоумных религиозных фанатиков, я не выполню своих обязанностей.

Все замолчали. Несколько секунд Ральф размышлял. Я гадала, какой совет он мне даст. Меррил тоже ничего не могла мне сказать. И тут раздался голос Тима:

- А вот и мы!

Ходж, высокий, скуластый, с глубоко посаженными глазами, был в своем одеянии. Черный капюшон откинут на плечи. Когда он на мгновение замешкался на пороге, эмблема на рукаве качнулась, словно ядовитая змея, изготовившаяся к прыжку. Его черное одеяние заставило меня по-новому взглянуть на окружающую обстановку. Даже картины, которые до этого казались мне мрачными, просветлели.

Мы поболтали еще немного, и когда настало время обеда, я оставила Одноглазых наедине с Ходжем, взяв, как всегда, в провожатые Тима.

На этот раз я не стала закрывать глаза. Я наблюдала, как множество Одноглазых прыгало на Кольцо. Тим догадался, о чем я думаю.

- Знаешь, Ходж хорошо плавает в невесомости. Не хуже любого Одноглазого, но все же для перехода на Кольцо ему нужна помощь. Не хватает практики.

Тут Тим отвязал веревку, за которую тащил меня, и втолкнул в коридор, по которому я пришла сюда. Я повернулась, помахала ему на прощание и отправилась в свою каюту.»

Глава восьмая

Вторая запись:

«Парке разбудил меня в три тридцать утра, чтобы сообщить неприятную новость. В эту ночь он нес вахту на Базаре, поэтому узнал новость одним из первых. Я вылезла из постели, прошлепала к интеркому и включила связь:

- Что случилось?! Возрос счет песка? Отмель пошла на убыль?

- Капитан, это я, Парке.

- Что случилось? Разве нельзя было подождать до общего подъема?

- Счет песка стабилен, Капитан… Но тут возникло одно обстоятельство, которое, пожалуй, еще хуже!

- Говори!

-  Жесткая радиация в черте города утроилась. Это не так страшно, как кажется на первый взгляд, но меня волнует ее влияние на развитие эмбрионов. Я закрыл ячейки щитами, но не уверен, что это надежная защита.

- Скажи, что вышло из строя на этот раз? Неполадки в одном из реакторов?

- В том-то и дело, что излучение идет извне.

- Ты уверен? Ты связался с другими городами?

- Я решил сначала посоветоваться с вами.

- Тогда я должна вызвать «Эпсилон шесть».

- Можно мне послушать?

Я набрала вызов и минут пять ждала ответа Риччи. Наконец он ответил:

- Как себя чувствует моя крошка?

- У нас неприятности, - начала я. - Откуда-то извне на нас обрушился поток радиации. Пока ее уровень еще невысокий, но он растет.

- У вас тоже? - Видно у Риччи были те же проблемы, но он не сообразил связаться с другими Капитанами. - Минут двадцать назад меня тоже разбудили… Я приказал помощнику проверить реакторы и снова уснул. У меня выдалась тяжелая ночь. Пришлось выдержать неприятный разговор с Судьей Филлотсом. Один из обитателей невесомости промахнулся и размозжил себе голову о стенку. Два Одноглазых пытались его спасти, но он умер. И Судья хотел навесить на них обвинение по вмешательству в чужие дела. Пришлось хорошенько поговорить с ним, пока он не заткнулся под натиском моих доводов. Честно признаться, я страшно устал… Так что там с радиацией? Помню, мы вчера только выбрались на отмель…

Неожиданно налетел вихрь радиопомех. Динамики ревели с полминуты, как будто в космосе за бортом корабля началось настоящее столпотворение. Потом помехи чуть стихли, и сквозь них пробился тревожный голос Риччи:

- …что происходит?..

- Понятия не имею, - ответила я. - У вас там все в порядке?

Но в середине моей фразы помехи возобновились с прежней силой, и на этот раз на моей консоли замигали огоньки местной связи. Я ответила на один из вызовов. Это оказался Микер из радиорубки:

- Что-то происходит на «Эпсилоне шесть». Они все время пытаются связаться с нами, но связь никак не наладить.

- Подключите меня к линии.

- Есть, Капитан!

Помехи налетели вместе с неразборчивыми голосами. Шум невероятно коверкал слова Микера: