Стивен Дональдсон - Хаос и порядок. Прыжок в безумие

– И мы не могли вернуться за Сибом.

Он проглотил комок стыда и горечи.

– Сейчас он уже мертв. Запас кислорода иссяк. Если только Макерна не засосала черная дыра…

Храбрый и верный Сиб заслуживал лучшей прощальной речи, но Дэйвис не знал, что еще добавить к сказанным словам.

– В данное время нам ничто не угрожает. Мы следуем расчетным курсом к границе роя. Никаких признаков «Планера» не обнаружено. Но когда скалы начнут редеть, сенсоры дадут нам более надежную информацию. И тогда мы поймем, что делать дальше.

Юноша взглянул на Мику, желая убедиться, что она удовлетворена его ответом. Но Васак не смотрела на Дэйвиса. Она с закрытыми глазами сидела в кресле и отдыхала, слушая его.

Структурная схема корабля на одном из экранов указывала, что лифт достиг центрального прохода. Вскоре Энгус окажется в лазарете. Еще через несколько минут Дэйвис сможет вывести на пульт всю информацию о физическом состоянии Термопайла – если только у него хватит нервов, если он не побоится узнать, что ему больше не на кого сваливать ответственность. Поморщившись, юноша снова склонился над микрофоном.

– Вот, в принципе, и все, что я могу вам рассказать.

Признавшись в своих ошибках – по крайней мере самому себе, – он почувствовал небольшое облегчение.

– Изучив показания пульта, я отыскал две программы, которые Термопайл активировал перед выходом в открытый космос.

Это решение Энгус принял самостоятельно, ни с кем не консультируясь – даже с Морн.

– Во-первых, мы начали трансляцию сообщения, составленного Вектором. Наш передатчик рассылает его на максимальной мощности во всех направлениях. Пока нас никто не слышит – слишком много скал и статики. Но вскоре мы достигнем границы роя, и тогда сообщение кто-нибудь примет. Я гарантирую, что когда «Труба» вылетит в чистый космос, станция «Вэлдор Индастриал» получит формулу иммунного лекарства.

А также другие корабли в системе Массива-5.

– К сожалению, эта трансляция позволяет врагам выслеживать нас. С таким же успехом мы могли сообщать им свои координаты.

Дэйвис замолчал. Мика открыла глаза и одарила его унылым взглядом.

– Это хорошо, – вмешался Вектор.

Шлем больше не искажал его голос вибрациями эха. Очевидно, генетик использовал интерком лазарета.

– Конечно, мы рискуем, но если «Вэлдор» примет сообщение, нашу миссию можно считать успешной. И не важно, если «Планер» уничтожит наш корабль. Как только «Вэлдор Индастриал» узнает об иммунном лекарстве, человечество получит надежную защиту от агрессии амнионов.

Хайленд устало кивнул, хотя Вектор не мог его видеть.

– В любом случае мы не можем отключить трансляцию сообщения – даже если бы оно представляло для нас угрозу. Код доступа к программе имеет только Энгус.

Мика закрыла лицо руками, словно боялась услышать следующую новость Дэйвиса.

– Во-вторых, Термопайл активировал наши позывные, – продолжил юноша. – Это особый сигнал полиции о срочном возвращении на станцию. Помимо прочего он указывает наши координаты, курс и скорость. Если мы войдем в контактное поле, он отразит в себе параметры настроек на точку выхода из подпространства.

Так, чтобы каждое судно полиции Концерна, гнавшееся за «Трубой», знало, откуда ждать возобновления сигнала.

Возможно, именно этот позывной сигнал позволил «Карателю» приблизиться к нам и передать ту шифровку. Полицейский крейсер имел информацию о нашем местоположении. Наверное, мы можем отключить позывной сигнал, но я еще не понял, как это сделать.

Дэйвис мог бы сказать: «Если „Планер“ уцелел и вместе с „Затишьем“ преследует нас по эмиссионному следу, то „Каратель“ окажет нам помощь». Однако он не стал выражать свои надежды вслух Он знал о коррупции полиции не меньше Морн и Вектора. В его сердце теплилось врожденное уважение к Мин Доннер, но он не доверял тому, что делал Уорден Диос. Если глава полиции хотел освободить Термопайла от кодов, то почему он отдал их Нику Саккорсо?

– Черт! – прошептала Мика. – Все это чепуха! Кошачье дерьмо! На чьей мы стороне? Что нам делать дальше? Энгус спас нас от «Планера» и «Завтрака налегке». Я до сих пор не понимаю, как он это сделал. Но зачем он включил позывные? Теперь нам не скрыться от копов. О Боже! Программное ядро лишило его рассудка.

Дэйвис хотел отключить интерком, но затем спросил:

– Вектор, может быть, ты хочешь что-нибудь сказать? Говори, пока есть такая возможность. Сиро? Ты слышишь меня?

Шейхид издал надрывный звук, который мог быть вымученным смехом.

– Я не силен в словах, – ответил он. – И я рад, что не умею пилотировать корабли и стрелять по врагам. Это ваши проблемы. Вы справитесь с ними лучше меня.

Сиро не ответил. Возможно, он вообще не слушал их речей.

«Спасибо тебе, друг. Ты здорово мне помог». Дэйвис сердито вздохнул и покачал головой.

– В любом случае приготовьтесь к следующей битве, – хрипло сказал он. – Вектор, закрепи Энгуса на столе, отнеси Морн в каюту и накрой ее защитным куполом. Затем позаботься о себе. Что бы с нами ни случилось, мы не будем в безопасности, пока не улетим из системы Массива-5.

– Хорошо.

Динамик издал щелчок, когда Шейхид отключил интерком лазарета. Однако Мика оставила канал связи открытым. Когда Хайленд откинулся на спинку кресла, она склонилась к микрофону.

– Сиро, ты слышишь нас? Сиро? С тобой все в порядке?

Ее брат молчал. Возможно, он спал или просто издевался над сестрой и Дэйвисом. А что, если Вектор ошибся? Что, если мутаген, введенный Сорас Чатлейн, стал активным?

Васак отключила интерком. Усталость и озабоченность еще больше замедлили ее движения. Она расстегнула ремни и направилась к трапу.

– Я хочу проверить его.

Казалось, что Мика говорила сама с собой. Возможно, ее действительно волновал только брат.

– С ним что-то не так. Иначе он ответил бы мне.

– Мика! – недовольно рявкнул Дэйвис.

Его испугала мысль, что он может остаться на мостике один. Юноша не справился бы с управлением. Ответственность была слишком большой.

– Я не могу управлять кораблем. И не успею научиться.

Осознав свою панику, он постарался скрыть ее – по крайней мере частично.

– Если «Планер» появится из-за какого-нибудь астероида, а тебя не будет на мостике, мы просто-напросто погибнем.

Мика даже не оглянулась. Сгорбившись от тревоги и тоски, она осматривала пустой коридор за трапом. Проход казался таким же темным и глубоким, как черная дыра, от которой улетела «Труба». Однако Васак не ушла. Она стояла у трапа, словно надеялась увидеть отблеск какой-то надежды, словно думала, что если долго ждать, то желание в конце концов исполнится.