Венедикт Ли - Гроза над Миром

12. БЕШЕНЫЙ ФЕРЗЬ

 – Нас пристрелят на выходе, а у меня прекрасный аппетит – вот что странно, – Астер подцепил вилкой из тарелки с яичницей изрядный кусок бекона.

 – Это оттого, что я хорошо готовлю, – Ив, против обыкновения, с утра уже «принял на грудь», смотрел весело, только в глазах притаился колючий мрак.

 Астер осторожно выглянул из окна кухни, где они с Ивом завтракали.

 – Никого не видать. Может я зря шизую?

 – Вы с этим комиком Бруно вчера говорили исключительно намеками, чтобы я не понял. И все же… «Ренессанс» – это общая процедура оздоровления организма. Все бы ничего, но исследователи из ГИН так и не справились с некоторыми побочными эффектами. Ты, как политик и пройдоха по натуре – осведомлен о деталях проекта более других. И Бруно выжимал из тебя подробности. Он откровенно насмехался над твоими попытками скользить по поверхности и выключил диктофон на середине разговора. Теперь жди допроса с применением «препарата правды».

 На виске Астера билась жилка.

 – Нет. Он знает все или почти все. Пришел только из любопытства: посмотреть на результат… – Астер заставил себя замолчать, набив рот едой.

 Ив налил себе еще.

 – Сорокапроцентный це-два-аш-пять-о-аш, – вот средство оздоровления. Тоже с побочными эффектами, гхм! Будь! – он проглотил водку, шумно выдохнул. Его крупная физиономия раскраснелась.

 – Я, брат мой, Астер – тоже знаю все. Подсознание – странная штука. Отмечает и складывает в копилку факты, разрозненные сведения, а потом… рраз! Готово! Я же – артист. Художник. Уверяю тебя: можно сымитировать облик, манеру речи, почерк даже. Нельзя только скопировать пластику, моторику тела. Всегда будет видна фальшь, подделка. Я – человек сверхнаблюдательный. И давно задумался о проблеме правых рук.

 – «Правых рук?» – поднял брови Астер.

 – Моя бабушка, царствие ей небесное…

 – Горянка, ты говорил.

 – Красавица, в нее влюблялись без памяти, но она, строгих нравов, выбрала того, кто показался ей достойным. Не горца, кстати.

 – Романтичная история, ну и что?

 – Девушка – инвалид. Без кисти правой руки. Потеряла ее, пытаясь пристрелить Хозяйку. Отсюда мой интерес к Острову и личности его владыки – бабуся не раз и не два вспоминала тот случай и много чего всякого. Спустя десятки лет могла, как наяву описать обстановку, лица, кто где стоял, что говорил… «Рука моя полна силы», – сказала Хозяйка. И сдержала слово, уничтожив целый народ. Остатки его рассеялись по Миру и постепенно ассимилировались.

 Ив снова потянулся к бутылке.

 – Надеюсь, у бабушки было не две правых руки? Чья вторая? – своей язвительностью Астер перебил нарастающую угрюмость Ива.

 – А?.. – Ив мутно уставился на Астера. – Потом. Нам пора. В моей студии будем в безопасности. Никто не понясё… посянё… не посягнет! Вот!

 Он выбрался из-за стола и широченными шагами направился к двери, почти не раскачиваясь на ходу. Астер с трудом поспевал следом. Они шумно спустились по лестнице, вышли из подъезда, огляделись. Авто Ива сиротливо стояло поодаль, так как он его оставил, привезя вчера мокрого и продрогшего Астера на свою «тайную квартиру».

 Астер чуть не вывихнул глаза, пытаясь углядеть слежку, но тихое мирное утро не оскверняли никакие признаки присутствия шпиков. «Пока Бруно не допросит меня с пристрастием – я в безопасности…», – успокоил себя Астер. Он не пустил Ива за руль и повел авто сам, игнорируя путеводные указания Ива, поскольку адрес его офиса в Майе и без того хорошо знал. На середине пути, когда они проезжали мимо круглосуточно работающего ресторана, Ив вцепился в плечо Астера, требуя остановиться.

 – Пивка хочу! Сушняк начался… – Ив открыл дверцу на ходу и Астер, чертыхаясь притормозил. Ив неуклюже вывалился на мостовую и на четвереньках двинулся к вожделенной цели. Астеру пришлось выскакивать следом, и дав Иву затрещину, уговаривать вернуться к прямохождению. При этом оба продвигались к ресторану достаточно ходко, так как Ив не сбавлял скорости. Взрывная волна мягко ударила Астера в спину и он, инстинктивно вытянув вперед руки, шлепнулся наземь, довольно точно повторив позу товарища.

 – «…Невозможно скопировать пластику», – передразнил Астер Ива, свежеумытого, свежепричесанного и заметно протрезвевшего. Они сидели у него в студии, разглядывая фото двух задниц – своих собственных, удачно пойманных в кадр корреспондентом безуспешно конкурирующей с Ивом муниципальной службы новостей. Кто ж знал, что этот негодяйчик любит там ошиваться?

 – Я же говорил: спиртное замечательно оздоравливает людские организмы… – рыгнув, заметил Ив. Не нажрись я с утра…

 Ив повернулся на своем скрипуче вертящемся стуле, заревел помощникам:

 – Эй, гомики! Этот пошлый кадр – в наш эфир тоже. И текстовку: «Святоши из ОСС в очередной раз провалили задуманное ими убийство Известного Видеомастера. Его автомобиль взорвался, когда Рауль Хорхан остановился выпить пива. Его любимый сорт «Пожарник», не только тушит пожар в желудке, но и спасает жизнь!»

 – И рекламу приплел… – восхитился Астер. – Так кто из нас пройдоха?

 – У меня контракт… – пояснил Ив. – Надо отрабатывать. Я же не политик, и продаться не могу. Ох, извини, на тебя не намекаю. Ты – политик честный.

 – Да. Честный политик продается только один раз, – подтвердил Астер.

 Ив оставил его замечание без комментария. Астер давно продался Острову и отработал деньги сторицей. Не его вина, что работодатель больше неплатежеспособен. Хотя, кто знает?

 Под Новый год Марте Зу не повезло дважды. Первое: на сорок втором году жизни она выглядела слишком молодо и сохранила фигуру. Второе: устав слушать предновогодние последние известия о скором успешном подавлении мятежа на востоке, о столь же скоро предстоящей поимке депутата Астера (все знают, что он преспокойно живет в славной столице Майе и не думает скрываться), Марта, прикинув, что до начала комендантского часа остался еще час (каламбур, блин…), решила забежать в магазин напротив. Сын позвонил, что сейчас приедет, повезло – подбросят на служебной машине, с транспортом нынче туго. Поговорив с ним, она снова глянула на часы: осталось пятьдесят шесть минут. Накинула плащ, что-то прохладно этим вечером… Видео вопило вслед, что преступница Вандерхузе опять-таки, вскоре, будет схвачена. Давно ли ее носили на руках – красавицу и гениальную актрису? «Никакая она не красавица», – решила Марта, проверяя в кармане, не забыла ли ключи и документы.

 Патруль остановил ее на выходе из магазина.

 Астер вырулил на 47 улицу и притормозил, движение впереди было перекрыто. Нервно сглотнул. Через двадцать минут начнется комендантский час, он надеялся успеть доехать до офиса Ива. Последнее время они с ним приобрели привычку считать дни. Этот был сороковым со дня его побега – нехорошая цифра. Бруно, как будто оставил их с Ивом в покое, они не замечали за собой надзора, но муха тоже не замечает паука. Несколько встреч с коллегами из Конгресса убедили Астера, что дела плохи. Депутаты запуганы, о судьбе бывшего президента ходят самые разные слухи, в том числе, довольно мрачные. Сам Астер был убежден, что Солтиг пока что жив. Для укрепления власти самозванцам нужен (учите историю!) некий символический акт, отрезающий пути к отступлению, перечеркивающий предыдущее политическое устройство. «Цареубийство. Публичное или нет, но с широкой оглаской. Дескать, трепещите все», – Айвен заметил за собой еще одну перемену: раньше он включил бы сирену с мигалкой и проехал бы, плюя на все запреты. А теперь осторожно опустил ветровое стекло, протянул подошедшему патрульному документы.