Алексей Дуров - Мерцающая мгла

Вариант поединка Судьбы:

— Жизнь штука сложн… — и в этот момент Тыкв атаковал.

Рассчитывал, что Михаил на секунду отвлечется на болтовню, потеряет бдительность — попытался захватить за шею вытянутой рукой. Михаил ушел нырком, попутно ударил врага правой под ложечку, потом — левой крюком в голову. Правая уткнулась в очень тугой мускул, от левой Тыкв защитился, подставив плечо. И сам ударил левой, целясь в печень. Тут уже в дело пошла борьба миротворцев — Михаил захватил врага за запястье, крутнулся. Но провести прием до конца не удалось — Тыкв не то понял, не то почувствовал, что происходит, рванулся в неудобном для Михаила направлении, вырвался благодаря силе. Однако открылся и пропустил удар в челюсть снизу вверх — очень удобно было бить. Тыкв упал — нет, не в нокдауне, несмотря на сильный удар, — это он таким способом разорвал дистанцию, чтобы больше не пропускать — вон, сразу попытался взять ноги Михаила в «ножницы». Крепкие подбородки у гладиаторов.

От «ножниц» пришлось уходить высоким прыжком, а Тыкв сразу перекатился, стал с наигранной медлительностью подниматься. И вот так вот, с низкого старта ринулся в атаку, широко расставив руки, — хотел захватить Михаила за ноги. Хороший прием, эффективный — против тех, кто о нем не знает, с контрприемами не знаком и опасности не чует. А Михаил, еще когда Тыкв набирал скорость, с хрустом впечатал ему в темя костяшки кулака. Весом вложился. И Тыкв осел на мох. Вообще-то таким ударом и убить можно… да нет, дышит.

просто мария Спасибо. Первый вариант — зрелищней, второй — ближе к реальности. Позволить себя схватить — не самый удачных ход.

Михаил подавил дурацкую улыбку, выжидательно уставился на Ниргуна — сейчас должна быть произнесена ритуальная фраза.

Ниргун подошел, плюнул взглядом в беспамятного Тыква и, вместо ритуальной фразы, выдал:

— Он еще жив.

— Ну… да… — растерялся Михаил.

— Значит поединок не закончен.

— Э… разве?.. — Михаила ни о чем подобном не предупреждали. Наоборот, рассказывали о поединках Судьбы прошлого, так там фигурировали бойцы, которые сперва проигрывали, а следующий поединок — выигрывали. И про поединки, которые заканчивались, когда один из бойцов руку ломал, что не смертельно.

А Ниргун преисполнился презрения к слабаку:

— Окончательной победой в поединке Судьбы может быть только смерть одного из бойцов. А поскольку оба бойца живы, то ответ Судьбы не получен…

Тут Михаил взвился:

— Ага, вернулись с чего начинали! И снова начнем переговоры, договоримся до поединка, я Тыква вырублю… и так — раз за разом, пока ночь не наступит и кто-то из нас насмерть не замерзнет!

При этом Михаил отчаянно прислушивался к чутью. А оно, сволочь такая, говорило: «Убей». Не обязательно Тыква, можно Ниргуна — левой в переносицу, правой в горло… можно обоих. Хотя, кажется, есть возможность протянуть время… непонятно, до какого события, наверное, Бетлун должен вступить, уточнить правила поединков Судьбы. Значит, тянем время:

— И зачем тебе это надо? Чем-то Тыкв мешает, да?

А вот и Бетлун подошел — сейчас вступится, уточнит правила… Но он сказал тихо:

— Михаил, — с таким намеком, что надо Тыква добивать. А не хочется. Подташнивает.

Пришлось дальше тянуть время, изображать возмущенный интерес:

— Нет, нет, мне действительно любопытно, чего это глава ватаги требует, чтобы убили одного из его людей? Здесь же явно что-то не так, не то с тобой, не то с Тыквом, не то с обоими…

Бетлун ничего не говорил — сам заинтересовался.

Ниргун по-доброму улыбнулся, хотел что-то сказать. Вероятно — снова какой-нибудь бред насчет Судьбы или Равновесия, а может — Времени. Не успел. Рыжая женщина вскинула арбалет, и раздался щелчок. Ниргун все с той же улыбочкой на губах но остекленевшими глазами рухнул вперед, лицом в мох. Михаил тупо смотрел на аккуратную, маленькую дырочку у Ниргуна между лопаток — хороший выстрел, наповал. Даже кровь не выступает…

Глава 12

С шорохом подкатил трейлер, рыжая женщина спрыгнула на мох, склонилась над Тыквом. Подхватила его, попыталась нести. Михаил взялся помогать.

Затащили Тыква в трейлер, уложили на пол, рыжая убийца прицепила ему на лоб какой-то неровный диск, сама надела различитель, удовлетворенно кивнула. Должно быть, диск — что-то медицинское, данные на различитель передает. А то и лечит.

— Почему вы не захотели сдавать Тыква? — спросила женщина. «Сдавать» прозвучало в контексте: «Сдать органам охраны правопорядка»… Как будто свет в голове включился — Тыкв бессмертен, он же бывший гладиатор, как можно было сразу не понять?! Да и Ниргун — тоже наверняка принял кровь жизни, вид у него такой был… как у бессмертного.

А женщина, увидев реакцию Михаила презрительно скривила губы:

— Так ты просто слабак! Не можешь убить, даже если тебя самого убивают?

Н-да, явно присутствует влияние Ниргуна. Или кого-то похожего. Михаил почувствовал такое глубокое и всеобъемлющее презрение к этой крысино-шакальей философии, что и отвечать не хотел. Однако… Встало перед глазами: мир горелых руин, за спиной — изуродованная женщина с изголодавшимся ребенком, впереди — невидимый враг, в руках — взведенный самострел. Щелчок выстрела и короткий вскрик в кустах. Михаилу ли кого-то судить… Только и смог пробормотать:

— Мне приходилась убивать для самозащиты. Мне не понравилось.

— Врешь, — спокойно констатировала рыжая. Не то, чтобы она действительно не верила. Так, уязвить хочет.

Михаил хмыкнул:

— Обидно, что вашего Тыква побили, да?

Женщина с тихой злобой отрезала:

— И все равно ты слабак. Слабак и трус.

— Нельзя быть сильным во всем сразу, — тонко усмехнулся Михаил. — Кто-то сильнее жестокостью, кто-то — в драке. И знаете, тому, кто силен в драке, не обязательно быть жестоким.

Женщина не ответила, только зубы сжала.

Тыкв пришел в себя через пару минут. Женщина сняла с его лба диск, а Тыкв потер макушку, сел, уставился на Михаила. С неожиданным дружелюбием улыбнулся:

— А ты хорошо драться умеешь…

Михаил аж взвился:

— Понравилось?! Еще врезать?! Ты только скажи! — И стремительно вышел из трейлера. Ну не нравятся ему такие, как Тыкв, и все тут. Хлопнул бы дверью, да на той фиксатор от хлопанья.

Пошел к своим вещам, нацепил различитель, оглянулся, пристегивая нож.

Дзоку уезжали. Трейлер с поломанной катапультой был уже на горизонте, да и остальные поворачивали оглобли. Правда, в одном месте дзоку почему-то остановились, смотрят ошарашено в сторону складов… а, вот в чем дело — это Богачка показалась на крыше. Привлекла внимание дерзкой красотой. Молоды дзоку, что тут скажешь.