Владимир Контровский - Истреби в себе змею

"Откуда он знает, что я хотел именно ветчины?" - удивился Хайк, но решил отложить разрешение этой загадки на потом. Он решительно залез в сумку и извлёк оттуда пакет с бутербродами и большую пластиковую бутыль. "Что за доброхот такой? - думал Волчонок, вцепившись зубами в сэндвич, но не прекращая исподволь следить за незнакомцем. - Может, он из тех, кто подкармливает бродячих собак и кошек - а заодно и бездомных мальчишек? И всё-таки, что ему от меня надо? С чего это он такой ласковый?"

– Я искал тебя, - спокойно произнёс мужчина. - Да, да, не удивляйся - именно тебя. И нашёл. Наверно, нам с тобой стоит познакомиться? Меня зовут Алан, но ты можешь звать меня Стариком. Мне много лет, - он чуть усмехнулся, - очень много, так что Старик - это и имя, и точное определение.

– Кто ты… гхм… кто ты такой? - в упор спросил Хайк, проглотив кусок ветчины и сделав жадный глоток. - И что тебе от меня надо?

– Я Старик, - ответил Алан, не меня интонации. - А надо… Ещё неизвестно кому из нас больше надо от другого.

– Знаешь, Старик, - Хайк поставил бутыль с "кока-колой" на пол и отодвинул сумку, - мне сейчас не очень хочется разгадывать загадки. Говори, что тебе надо, или убирайся отсюда - это моё место!

– Ты не очень вежлив, мальчик, - глаза Алана подёрнулись лёгкой дымкой грусти. - Я тебя накормил, а ты вместо "спасибо"… Наверно, у тебя есть основания скалиться на людей, но ведь не все же они одинаковы? Разве не так?

Хайк ощутил что-то похожее на стыд - действительно, этот человек не сделал ему ничего плохого (кроме хорошего), а он…

– Меня зовут Хайк, - буркнул Волчонок.

– И ты сбежал из Приюта - из того самого, что сейчас догорает. Хотя нет, пожар там уже потушили, - Алан наклонил голову набок, словно прислушиваясь к чему-то.

– Откуда ты знаешь? - глаза Хайка зло сверкнули. - Учти, если ты собираешься…

– Тихо, тихо, - Старик успокаивающе поднял ладонь. - Я не учёл, что ты сейчас готов кинуться на кого угодно. Успокойся, Хайк, я вовсе не собираюсь возвращать тебя в Приют - я пришёл тебе помочь.

– Помочь? Мне?

– Да, - подтвердил Алан и, видя недоверие в глазах Хайка, добавил. - Подожди, я всё тебе расскажу.

Ты индиго - из тех, кого называют "детьми с паранормальными способностями". А я - я тоже индиго, только, - он снова улыбнулся, - давно уже не ребёнок. Правда, в моё время и термина-то такого - "дети-индиго" - не было и в помине.

– А дети-индиго, значит, были? - недоверчиво спросил Хайк.

– Они были всегда - просто сейчас их стало гораздо больше. Наступает новое время, а новому времени нужны новые люди. Жаль, что мой брат не дожил до этого времени…

– Брат? А при чём здесь…

– Брат-близнец. Но вопросы потом, иначе мы засидимся здесь до темноты, а это будет не очень разумно.

– Боишься трущобников?

– Я мало кого боюсь, - спокойно ответил Старик. - Разве что очень глупых людей, не понимающих, что творят. А таких, к сожалению, очень много… Но мы отвлеклись. Так вот, мы с братом рано поняли, что способны на многое - на очень многое. Не перебивай меня, пожалуйста. - Он чуть поморщился, заметив, что Хайк снова порывается задать вопрос.

– Мы учились много лет - учились понимать, на что же мы способны, и учились применять свои способности. А потом, - Алан тяжело вздохнул, - наши дороги разошлись. Брат был и оставался мечтателем, верящим, что все люди добрые, и что им надо просто помочь это понять. А я - я понял, что мы с ним опередили своё время, и что это время сотрёт нас в порошок, если мы попытаемся пойти наперекор. Так оно и вышло… Брат обратился к кому-то из сильных мира сего с просьбой помочь - он хотел растить новых людей из детей со способностями к магии.

– И ему помогли? - не удержался от вопроса Хайк.

– Нет, - сухо уронил Старик, и на лбу у него пролегла горькая складка. - Его убили - убили, как только поняли, чем грозит нынешнему порядку вещей появление новых людей, способных существовать вне экономических рамок общества, гордо именующего себя "цивилизованным".[6]

– Ты отомстил? Как?

– Нет, Хайк, - Алан покачал головой, - я не отомстил. Хотя, наверно, мог бы. Я стал ждать - и я дождался. Дождался появления тебя, Хайк, и других детей, которые наконец-то станут, - глаза Старика блеснули, - новыми людьми! Время пришло!

– И теперь ты отомстишь? - Волчонок, несмотря на свой присущий индиго высокий интеллект, оставался выкормышем Трущобы с её непреложным законом "око за око".

– Месть - это не главное Хайк, - заметил Алан. - Жизнь - это куда важнее. В каждом человеке живёт змея, состоящая из зависти, жадности и злобы. И если эта змея берёт верх над человеческой сущностью, человек перестаёт быть человеком. И месть - это тоже корм для этой змеи.

– Это что же получается, - не выдержал Хайк, - подставь щёку, если тебя бьют? Так учат пасторы, но вот там, - он махнул рукой в сторону свалки, - не проживёшь и дня, если будешь выполнять это правило!

– Можно и нужно отвечать ударом на удар, - глаза Старика посуровели, - но нельзя умножать зло. Змея прожорлива, и слишком часто люди не замечают, как становятся для неё просто кормом. И мы… - тут он вдруг осёкся и замолчал, прислушиваясь. - Нет, показалось. Однако на философские темы мы с тобой ещё побеседуем - сейчас для этого не время и не место. Скажу главное: я умею отслеживать магические действия - конечно, в ограниченном диапазоне. Так я и заметил тебя - ещё до того, как ты оказался в Приюте. Меня опередили - те, подобные которым убили моего брата. И вы, индиго, нужны этим людям. Зачем? Вряд ли для того, чтобы обеспечить голодных бесплатным хлебом. Ты сбежал, и тебя ищут. Правда, после того, что случилось этой ночью в Приюте, у них хватает и других забот.

– А что там случилось? Я видел огонь и дым.

– Приют навестили взрослые индиго - истинные ньюмены, как они себя называют. Вот они-то как раз не размышляют, подставить или не подставить другую щёку - они всегда стараются бить первыми, - Алан заметно помрачнел и хотел сказать что-то ещё, но Хайк его уже не слушал.

– Мне надо идти, - заявил он, вставая. - Спасибо тебе за еду, а твой интересный рассказ я дослушаю как-нибудь в другой раз.

– И далеко ты собрался? - поинтересовался Старик, не меняя позы.

– В Приют. Там осталась Мэй, и я должен…

– Ты должен слушаться меня! - перебил его Алан. - Никого в Приюте нет - я имею в виду детей. Конечно, если ты горишь желанием встретиться с солдатами, и ещё раз испытать на себе, как подействует на твоё сознание направленное электромагнитное поле высокой напряжённости или что такое усыпляющая стрелка, тогда иди. Нет, Хайк, никуда ты не пойдёшь - даже не думай. Я тебя не пущу.