Игорь Росоховатский - Стрелки часов

- Я не хочу тебя видеть,- сказала Майя, не поворачивая головы. Невозможно было предугадать смену ее настроений. Это зависело от того, что в данное время выбрасывала наверх ее память. - Со мной пришли друзья,- проговорил я, и жены Юры и покойного Степ Степаныча одновременно подошли к ней. - Сначала извинись передо мной! - приказала она и рассеянным жестом "ни для чего" тронула себя за мочку уха. Я покорно извинился, не зная за что. - Включи стимулятор,- прошептал Юра. Я указал ему взглядом в угол комнаты, и он включил лучевой стимулятор. - Что-то случилось? - спросила Майя. Она переводила взгляд с одного на другого, и ее глаза становились все более ясными. Сделала усилие над собой и стала прежней Майей: мне показалось даже, что ее губы дрогнули в улыбке. Но сейчас я страшился и ее безумия, и ясности ее мысли. Я всегда предпочитал не оттягивать момент, когда надо будет все равно сказать о самом важном, а начинать с него. Тогда люди видели, что я им доверяю, и доверяли мне. Но сейчас я не знал, с чего начать. - Послушайте,- сказал я.- Мы с Юрой составили план спасения... Чтобы понять его, вспомним первый закон гармонии: единство формы и содержания. Мы должны привыкнуть к мысли, что паши организмы безнадежно устарели в сравнении с нашим разумом и целями нашей жизни. Тогда не будет казаться страшным и то, что мы должны совершить... Мои слова долго падали впустую. Но вот их тяжелый смысл начал доходить до слушателей. Я заметил, как побелели губы у жены погибшего друга, как женщины избегают смотреть одна на другую. - Мы обязаны продолжать опыт,- напомнил я.- Это поручил нам Совет Земли. Майя горько засмеялась. - Мы уже давно и сполна уплатили свой долг людям. Пусть опыт продолжат другие. А мы отдохнем...- И совсем жалобно она произнесла: - Сколько можно продолжать борьбу? Лучше уж... И тогда засмеялся я: - Послушай, я расскажу тебе притчу о человеке, захотевшем сполна отдать свой долг людям и стать свободным от обязанностей. Он был сильным и смелым до дерзости. Он был умен и талантлив. И больше всего на свете любил свободу. Но, как все мы, он часто слышал слова о долге, и ему казалось, что они опутали его, как звенья цепи. Он решил разорвать цепь. "Я расплачусь со всеми долгами и стану свободным!"- поклялся он. Этот человек пролагал новые пути в джунглях, опускался на дно глубочайших океанских впадин в батискафе, летел в ракете, обводнял марсианские пустыни. Он платил добрыми делами учителям и друзьям за все, что они сделали для него. Он отдавал долги даже случайным прохожим, ласково улыбавшимся ему в грустные для пего минуты. И когда ему показалось, что он рассчитался с долгами, спросил у странника: "Все ли я уплатил?" Странник ответил вопросом на вопрос: "А тем, кто создавал твою одежду и охранял тебя, когда ты спал, когда шел по улице, когда плыл по морю, уплачено ли? А тем, кто построил машины, чтобы ты мог ими пользоваться?" "Я уплатил им сполна". "А тем, кто лечил тебя, и тем, кто создал лекарства, и тем, кто открыл возбудителей болезней и указал, как с ними бороться?" "Я уплатил и им". "В таком случае,- сказал странник,- у тебя осталось Меньше долгов, чем было, но их по-прежнему немало. Например, жизнь, которую тебе дали родители. Можешь ли ты вернуть ее? Ироническое выражение сбежало с Майиного лица. Она о чем-то задумалась. А я продолжал: - Он поклялся отдать и этот долг - спасти десять жизней взамен одной своей. Он сделал это. И когда снова спросил о своем долге у странника, тот ответил: "Ну что ж, ты сделал немало. Но отдал ли ты долг деду, подарившему тебе зоркость глаз, и прадеду - за крепость мышц, и всем предкам - за тонкий слух, за умение быстро бегать, лазать по горам и за многое другое? Попробуй отдать все эти долги - и у тебя нарастут новые: людям, помогавшим расплатиться". Майя подошла ко мне совсем близко, так, что я почувствовал ее дыхание, и проговорила: - Я не так сказала - дело не в долге. Мне страшно. Что у нас останется? И как же наша любовь? - Мы воссоздадим себя в одном двойнике, в одном существе,-ласково ответил я ей.-Сначала перепишем на него твое "я", затем мое... - Я не знала, что ты подумал заранее об этом,- признательно сказала она. Только по напряженности ее голоса можно было почувствовать, как ей хочется расплакаться. В это время послышался сигнал. Я ответил разрешением, и в комнату вошло несколько людей. Автоматы раздвинули стены и образовали дополнительные кресла для вошедших. Но они не пожелали сесть, а стояли группой. Я впервые видел всех этих людей вместе. Здесь был и председатель Совета Земли, и легендарный космонавт Бен, Который Возвращается, и несколько членов его экипажа, и знаменитый строитель подводных городов, и Унар, мой ученик. - Мы пришли, чтобы сказать: человечество гордится вашим подвигом, считает вас своими разведчиками на дороге в бессмертие,- сказал председатель Совета.- Человечество посылает вас дальше. Опыт должен продолжаться. Он говорил просто и в то же время торжественно. И после него каждый из пришедших находил разные слова, которые могли бы помочь нам. И когда кто-то из нас улыбался, они радовались от души, думая, что их приход не напрасен. Но я-то знал, что означали эти улыбки. Иногда в них угадывалась растроганность, а чаще всего они были лишь прикрытием отрешенности, мысли: "Все равно ничего другого нам не остается..." Но я знал еще одно: мы действительно разведчики, и наша разведка самая трудная. Именно поэтому мы будем продолжать ее. И даже в мысли "ничего другого не остается" есть мужество, с которым мы родимся на свет и, не согнув головы, уходим из жизни. Председатель что-то говорил, и каждый из нас по очереди улыбался ему. Но я недооценил его-он понял. Мгновенно умолк, включил видеофон и спроектировал изображение на стену. И мы увидели, как там появились разные люди. Спокойно и твердо они говорили одно и то же: - Первый Научный центр готов работать на Большой опыт. - Второй Научный центр готов работать на Большой опыт. - Пятый Научный центр готов работать на Большой опыт...

*

Я пишу в лабораторном журнале: "Чтобы покорить природу, нужно победить себя".

ПРИМЕЧАНИЯ

*ДНК - дезоксирибонуклеиновая кислота, знаменитое вещество наследственности. Расположение и порядок ее звеньев - нуклеотидов определяет расположение аминокислот в белках и таким образом является как бы своеобразным "завещанием" родителей, "рецептом" будущего организма.