Артем Колчанов - На чужом берегу

– Кто они?

– Это не аиверцы и не тальгирийцы. По их форме и цвету кожи я могу предположить, что это солдаты Вака, очень странного, но союзного Тальгиру государства. Насколько мне известно, они отличаются крайними проявлениями жестокости, которая в их понимании неотделима от воинской чести. Очень опасные люди.

– Спасибо за информацию.

Все увиденное заставляло меня быть крайне осторожным. Я выглянул из двери, прикинул расстояние и быстро перебежал к соседнему дому, вернее к тому, что от него осталось после пожара. Там я достал карту и определил по ней свое местонахождение. Отсюда до района, отмеченного красным, было около километра. Я снова огляделся и перебежал подальше от дороги, к какому-то длинному низкому сооружению, которое выглядело внешне неповрежденным. Распахнутые металлические ворота раскачивал ветер, и они тихонько скрипели. Я покрепче сжал в руке пистолет и быстро проскользнул внутрь. В углу я услышал какой-то шорох, но прежде чем успел на это прореагировать, ощутил упершееся мне под лопатку дуло оружия и услышал громкий шепот на языке Вака, но с сильным аиверским акцентом:

– Бросай оружие.

Я медленно разжал пальцы. Но прежде чем пистолет долетел до пола, я резко ушел в сторону, нанес удар рукой, успел подхватить пистолет и прикрыться обмякшим телом человека, который еще только что угрожал мне оружием. Очки - бинокль позволяли мне видеть и в полной темноте, здесь же был только полумрак. В углу, сжимая в руках оружие, стояли еще два человека. Но ожидаемых мною выстрелов не последовало и тогда я спросил на языке Аивера:

– Кто вы?

– Солдаты Аивера. А кто вы?

– Капитан космических сил Аивера Викерит Рельись.

В ответ послышался вздох облегчения, и оружие опустилось, но мне тут же был задан вопрос:

– Вы убили Грова?

– Он жив и через полчаса придет в себя. Возьмите его.

– Покажите свои документы.

– Отправляясь на задание, мы оставляем документы у своего командира, - мгновенно догадался я, и эта догадка оказалась верной.

Как я узнал, эти трое были уцелевшими солдатами с одной из пусковых установок антиракет.

– Я только что прибыл с Центрального Космодрома, связи у нас нет никакой. Что здесь произошло?

– Было пять ракетных атак, которые почти полностью истощили нашу оборону. Потом авиация Тальгирийцев расстреляла ракетами наши батареи.

Далее, насколько я понял из этого сбивчивого рассказа, на город был выброшен массовый десант вакских солдат. Они очень быстро собрали несколько десятков тысяч заложников, в основном женщин и детей. И под угрозой расправиться с ними, вынудили гарнизон сложить оружие. Но и это никого не спасло. Были зверски убиты и заложники и сложившие оружие, и еще масса мирного населения. Велась самая настоящая охота на людей. А эти трое измученных людей сначала отказались сложить оружие, потом каким-то чудом уцелели в бойне. Эти люди были готовы встать под мою команду. Но я не мог принять на себя еще и эту ответственность и отказался в категорической форме, сославшись на то, что выполняю специальное задание командования и не могу отвлекаться ни на что. Я дал им только один совет, попытаться пробраться к своим. Главным результатом этой беседы для меня явилось то, что я наконец-то разобрался в сложившейся здесь обстановке, которая была понастоящему страшной. Я решил переждать день, а действия предпринимать только ночью. Я укрылся в подвале сгоревшего дома и спросил через рацию Рэя:

– Рэй, ты все слышал?

– Да.

– Я собираюсь пересидеть здесь день. Мне кажется, что ночью у меня будет гораздо больше шансов.

– Возвращайся на "Иглу", насколько я понимаю, шансов практически нет. Шансов найти этого мальчишку.

– Рэй, я не собираюсь отступаться, и ты это прекрасно знаешь. И я не вернусь, пока не буду знать всего точно.

– Вернись на звездолет, возьми катер, нормальный средний скафандр и большой плазменник. Только это сможет тебе помочь в этой ситуации. С теми, кто сейчас правит в Гэзде, можно общаться только на языке силы.

– Оставь шутки, я сам прекрасно понимаю, к каким последствиям это может привести, и не собираюсь этого делать.

– Тогда я снимаю с себя всю ответственность за твою жизнь.

– За себя я и так отвечаю сам… Извини, Рэй, но я, а не ты, капитан "Иглы".

– Согласен подчиниться… Тогда прими информацию, которая тебе может помочь. Я сумел точно вычислить дом, с которым Ив говорил с "Иглы".

– Как это тебе удалось?

– Лучше и не спрашивай. Даже для моих вычислителей это оказалось непросто. Открой карту наиболее вероятного района. Так, найди широкую улицу, идущую к остальным под углом, да это она. Сейчас отсчитай пять пересекающих улиц от начала красного цвета. Так, возьми чуть северо-восточнее, вот он.

– Благодарю за помощь.

В этот самый момент я услышал тяжелые приближающиеся шаги:

– Осторожнее, Ях, Зиз клянется, что офицер скрылся именно здесь.

– Ему всегда что-то мерещится… И с каких это пор ты, солдат Вака, стал бояться этих жалких подобий человека.

Я тут же погасил фонарь и, набросив себе на голову капюшон силового комбинезона, укрылся под кучей полуобгорелого тряпья, сжимая в руке пистолет. Распахнулась дверь в подвал, и я услышал на ломаном аиверском языке:

– Эй ты, подвальная крыса, если хочешь жить, вылезай из своей норы.

Я молчал и никак не выдавал своего присутствия.

– Он здесь?

– Темнота, ничего не видно, а мой фонарь уже разрядился… Ничего. Если не хочешь вылезать, получай.

Тут же ударили очереди из двух стволов. Две пули достались мне в спину и одна в плечо. Комбинезон меня спас, но все равно это были удары такой силы, что у меня тут же перехватило дыхание, иначе я бы почти наверняка вскрикнул. Стрельба продолжалась полминуты, и когда она стихла, я услышал:

– Пойдем. Здесь бы даже сам Демон Ночи не сумел уцелеть.

По шагам я услышал, что вакцы ушли. Но, тем не менее, я выждал почти полчаса, прежде чем выбрался из грязной кучи и включил фонарь. Первым делом снова надел на себя очки - бинокль и выключил фонарь.

– Рэй, ты все это слышал?

Ответа не последовало. Я тут же бросил взгляд на рацию. Его хватило, чтобы понять, что с рацией покончено. Пуля попала прямо в излучатель, единственное уязвимое место этого прибора. Я снял рацию с плеча и спрятал ее в контейнер. Следующим делом я избавился от аиверской формы, в данной ситуации она мне только мешала. Надел на себя свободную походную экипировку разведчика из ткани-хамелеона. Положил в набедренные карманы по ножу, третий все также оставил за голенищем ботинка. Ожидание ночи было просто мучительным. Но, тем не менее, я все же дождался темноты. Я очень осторожно открыл дверь, так, чтобы металл не заскрипел. Снаружи была почти полная темнота, на небе не было видно звезд. Почти что полностью бесшумно я вышел и, опустив на глаза очки, осмотрелся. Темнота позволяла мне самому оставаться незамеченным, а очки прекрасно все видеть вокруг. Я мысленно наметил свой путь и легкой, практически бесшумной походкой направился к нужному месту. Я, честно говоря, уже практически не рассчитывал найти мальчишку в его доме. Но рассчитывал если не узнать его судьбу, то, по крайней мере, найти следы.