Владимир Чистяков - М. С.

Адмирал наливается желчью, но пока слушает. Какой-то кавторанг…

''У тех, кто идет к нам скорость девятнадцать узлов. А 'принцессы' дают тридцать пять. Похожи — не факт, маскировка. Сами полгода назад старый корабль-мишень через полсвета гоняли'

''Хотите сказать, что это тоже мишени?

''Нет. Но это что-то старое. 'Герои войны' наверное' .

''А где 'принцессы' ?

''Третья эскадра' .

''Тогда почему они так ползут?

''Не знаю. Но если тоже маскировка? Северная эскадра слишком далеко отошла. А мы прикованы к этим двоим. Что если третья резко увеличит ход? Это же будет такое!

''Отставить паникерские настроения!

Эсминцы дозора донесли — эскадра входит в пролив. Мстительно усмехнулся адмирал. Идите-идите. Выход из пролива надежно перекрыт. Семь линкоров. И на двух легких авианосцах греют двигатели бомбардировщики.

Адмирал колебался. В словах кавторанга была доля истины. Но слишком близко маячит призрак победы.

Он колебался, пока не пришел доклад с эсминца.

''Эскадра увеличивает ход'

''До скольки' — спросил адмирал

И пришел ответ:

''Двадцать семь узлов' .

Двадцать семь. Ни один старый грэдский линкор не развивал такой скорости.

И адмиралу все стало ясно: перед ним — две принцессы.

И словно подтверждение этих слов — на большой высоте над эскадрой пронесся предвестник надвигающейся рукотворной грозы — грэдский самолет-разведчик, по официальной мирренской аббревиатуре 'Анна' (всем грэдским самолетам миррены присваивали женские имена), а на жаргоне моряков — 'нахальная ведьма' . Кажется, кто-то из грэдских конструкторов решил пошутить, и спроектировал гидросамолет-разведчик словно наглядное пособие по аэродинамике на тему 'как поставить рекорд скорости' . Оружия на самолете нет, да оно и не нужно, ибо оружие 'Анны' скорость. Но раз появилась она — то значит, где-то близко и выпустивший её линкор. Новый линкор, ибо практичны грэды, и не станут сажать первоклассные самолеты на второсортные корабли.

Истребители на перехват поднимать не стали. Все равно 'Анны' не догонишь.

И значит — ждать осталось недолго.

А тут ещё передача от младшего флагмана: в эскадре с которой он ведет бой — ночной кошмар любого моряка — 'Владыка морей' собственной персоной. Сердце у адмирала вздрогнуло, накатился чуть ли не смертельный холодок. И сразу же отпустило. Чудовище идет не на него. Он знает — не существует на свете корабля, способного выдержать артиллерийский бой с гигантом. Самые дальнобойные и мощные пушки в мире — на нем. Не зря линкором сын императора командует. Пару лет назад только один снаряд 'Владыки' попал в мирренский линкор. Это было страшно. Он словно бумагу проткнул и броневой пояс, и броню барбетов башен и взорвался внутри. Корабль уцелел. Но с мостика теперь открывался вид не для слабонервных: две башни без крыш, полностью выгоревшие изнутри. Крыши вышибло взрывом и швырнуло за борт. Палуба вспухла пузырём. Открылась течь. А свидетелей боя оказалось слишком много, и в результате каждый матрос теперь знал, что его корабль против этого монстра — картонный. Сильно уверенность в себе повышает подобная новость. Не удалось и скрыть результат боя от прессы.

Только посадка на мель спасла искалеченный корабль от гибели. Восстанавливать не стали, кое-как залатали и перечислили в разряд учебных. Околачивается калека теперь где-то в водах метрополии, к немалой радости уцелевших тогда членов экипажа.

''Владыка' заставил себя уважать. Шуточки в прессе относительно бесполезного корабля прекратились раз и навсегда. А потом были ещё странные случаи: несколько раз ни с того ни с сего взрывались и тонули эсминцы. Чаще всего из дальнего охранения эскадры. Официально считалось, что причина гибели — мощные торпеды грэдских подлодок. Адмирал так не считал. Ибо загадочная гибель эсминца всегда совпадала с присутствием в составе соединения 'Владыки' . И адмирал свято верил — эсминцы на совести снарядов чудовища, выпущенных с придельной дальности. А это чуть ли не 100 километров. Знай адмирал, что на его семь линкоров прут не две 'принцессы' , а 'Владыка' и ещё какой угодно грэдский линкор — сбежал бы на полном ходу, и сам Император его бы не осудил. О безнадежном деле моряки уже несколько лет говорят так: 'Легко. Как 'Владыку' потопить' . Да ещё последние несколько месяцев из кубриков, где втихаря слушают грэдские радиопередачи стали расползаться слухи, что грэды достраивают второго 'Владыку' . С пушками в 800-мм… И ведь не узнаешь, пропаганда это, или нет. Разведка доносит только о том, что на стапелях у грэдов три линкора, и ещё два достраиваются на плаву. А о характеристиках кораблей неизвестно ничего. Тоже было и с 'Владыкой' , о реальном калибре орудий гиганта узнали только когда тот снаряд прилетел. И если готовится к худшему, то скоро на морях станет совсем не весело.

Адмирал не любил авианосцы, но испытал несказанную радость, поняв, что у 1-й эскадры есть шанс. Сомнительно, что гигант выдержит десятков 'угрей' под ватерлинию. Только всадить их будет сложновато. Однако, все-таки попроще чем полуторатонный снаряд с сорока километров. Если тебе ещё позволят приблизится.

Немало летчиков были 'знакомы' со шквальным и дьявольски точным огнем зениток корабля. И не слишком многие могли рассказать о этих встречах.

Палец с массивным перстнем гвардейского моряка ткнулся в кавторанга.

''Арестовать'

Выполнили.

Но как бы там ни было — бой предстоит тяжелый.

А запертый в каюте кавторанг страстно молился. Молился об одном — об ошибке. Господи, пусть это и в самом деле будут 'Герои войны' . Ниспошли нам победу. Только даже господь может неправильно понять обращенные к нему молитвы.

Накатилась волна. Но быстроходный эскортиник, бывший лайнер, поднял все истребители. А командиры линкоров оказались асами своего дела. И тысячетонные громады с немыслимой грацией укорачивались от торпед. Несколько раз проходя между двумя выпущенными.

Пилоты дрались отчаянно, и немало самолетов так и не вернулось на свои корабли.

Торпеда в борт — и почти два десятка сбитых самолётов. Да ещё столько же поврежденных, с трудом дотянувших до своих кораблей. Не очень равноценно.

На что рассчитывали, идя против семерых?

А многие мирренские моряки, видя это граничащую с самоубийством дерзость, тихо молились, суеверно сжимая различные проверенные амулеты. Два линкора — это хорошо, просто замечательно. Но если один из них тот, чье имя стараются не повторять лишний раз, дабы не накликать беды — не многие из нас вернуться домой. А в передачу с флагмана, что гигант атакован и поврежден авианосным соединением не очень-то верили. Ибо во флоте много суеверий, известных всем. Мирных и предвещающих беду. Смешных и довольно опасных. И самое свеженькое- 'Владыку морей' потопить нельзя.