Джон Хоукс - Чёрная река

Одно из Арлекинских правил гласило: не разговаривать с противником, если только это не дает каких-либо преимуществ. Отвечать Буну Майя и не хотела, но передумала: если удастся отвлечь его, у Габриеля появится шанс.

— Чего тебе надо? — спросила она.

— Если Габриель останется с тобой в этой комнате, он погибнет. Но я обещаю сохранить жизнь ему, Вики и вашему проводнику, только пусть Габриель выйдет к нам.

Интересно, Бун знает об Элис? Наверняка убьет девочку, если выяснит, что она — единственный, кто выжил в Новой Гармонии.

— А как насчет Холлиса? — спросила Майя.

— Вы оба выбрали путь сопротивления Братству. Придется за все ответить.

— А с чего ты взял, что я поверю тебе? Ты ведь убил моего отца.

— Он сделал свой выбор. — В голосе Буна послышалось раздражение. — Я дал ему выбор, но Торн оказался слишком упрям.

— Нам надо обсудить твое предложение. Подожди несколько минут.

— У вас нет времени, нет выбора. Переговоров не будет. Если ты истинный Арлекин, то попытаешься спасти Странника. Пусть все выходят ко мне или погибнут. У нас техническое преимущество.

О чем он? Какое техническое преимущество?

Элис Чен по-прежнему смотрела на Майю. Она коснулась трубы у себя над головой и показала раскрытую ладошку.

— Что это значит? — прошептала Майя.

— Ты уже решила? — окликнул Бун.

Тишина.

Пуля сбила крепление одной из люминесцентных ламп на потолке. Второй выстрел, выбив сноп искр, окончательно сорвал лампу. Та упала, ударившись о трубы.

В комнате стало темнее, и Майя наконец поняла, что же хотел сказать ребенок: у Буна и его наемников — приборы ночного видения. Когда погаснет вторая лампа, Майя ослепнет, но солдаты будут прекрасно видеть свою цель. И единственный способ спрятаться — стать очень холодной или плотно прижаться к чему-нибудь теплому. Элис это знала, потому и спряталась за трубой паропровода.

Лучи прицелов уперлись в последнюю лампу, и стрельба возобновилась. Выкатившись из-под трубы, Элис посмотрела на мертвое тело наемника.

— Вернись! — крикнула Майя, но девочка, вскочив, побежала к двери. Добравшись до трупа, она сжалась в комочек, сорвала с пояса у солдата какой-то прибор и поползла к трубе. Теперь Майя увидела, что у нее в руках: очки ночного видения и батарея размером с ладонь. Бросив их Майе, девочка забилась обратно в укрытие. Комната тем временем погрузилась во тьму. Майя и Элис будто бы оказались в пещере глубоко под землей. Арлекин надела очки, включила, и комната моментально окрасилась оттенками зеленого. Все теплое: трубы, датчики давления, собственная левая рука — светилось ярко-изумрудным, будто радиоактивное. Бетонные стены и пол стали светло-зелеными, как молодая листва.

Майя выглянула поверх трубы. К двери, чуть колышась и постепенно становясь ярче, приближалось пятно света. Наемник, вооруженный обрезом дробовика, аккуратно переступил через труп товарища.

Майя прижалась к трубе спиной. Что сделает наемник дальше, угадать невозможно. Остается довольствоваться общим направлением атаки. Майя чувствовала, как вся энергия перетекает к рукам, сосредоточиваясь в ладонях и пистолете. Вдохнув и задержав дыхание, Арлекин обогнула трубу.

В дверном проеме показался третий наемник, вооруженный автоматом. Арлекин выстрелила ему в грудь. Вспыхнул яркий свет. Пуля отбросила солдата назад. Тело еще не коснулось пола, а Майя, крутясь волчком, сместилась в сторону и застрелила наемника с обрезом.

Тишина.

К запаху плесени примешался слабый душок кордита. Вокруг светились теплые трубы.

Спрятав очки в сумку, Майя подобралась к Элис и схватила девочку за руку.

— Забирайся наверх, — шепотом велела она.

Вдвоем они поспешили к лестнице, взобрались по ней, пролезли через отверстие и оказались под раскрытым люком. Чуть подумав, Майя решила: к путям выбираться слишком опасно. Сжимая руку Элис, она повела ребенка за собой по тоннелю — прочь от станции.

10

Левой рукой Наз держался за ступеньку, а правой толкал чугунный люк колодца. Пыхтел, ругался вполголоса. Но наконец опрокинул крышку, открывая проход.

Вслед за пареньком Габриель выбрался на нижний уровень Гранд-Сентрал, на полоску асфальта между пыльной бетонной стеной и путями.

Наз был готов сорваться в любом направлении.

— В чем дело? — спросил он. — Где Вики и Холлис?

Габриель заглянул в колодец: двадцатью футами ниже виднелась макушка Вики. Девушка осторожно поднималась по лестнице.

— Они тут. Еще минутку.

— Нет у нас минутки. — Услышав отдаленное громыхание, Наз обернулся и увидел головные огни приближающегося поезда. — Мотать надо!

— Подождем остальных.

— Пусть догоняют. Будем ждать на конечной станции. Если машинист увидит нас тут, то сразу же стукнет транспортной полиции.

Габриель с Назом выбрались на платформу и пошли в направлении огней. Странник сорвал с себя испачканную в крови кожанку и вывернул наизнанку. Скопление кафе и закусочных превратило нижний вестибюль станции в ресторанный дворик. Открытой была только одна кофейня. На скамейке неподалеку в ожидании позднего рейса дремали несколько человек.

Усевшись за кофейный столик, Габриель с проводником стали ждать отставших.

— Что-то долго, — нервничал Наз. — Ты точно видел их?

— Видел, как Вики лезет по лестнице. Холлис был прямо за ней.

Наз вскочил и принялся расхаживать взад-вперед.

— Мы не можем ждать здесь.

— Сядь. Прошла всего пара минут. Подождем еще чуть-чуть.

— Тогда приятно оставаться. Я двинул.

И Наз убежал к эскалатору.

«Где остальные?» — гадал Странник. Может, попали в западню и Табула все же схватила их? То, что группа таскала с собой маячок, в корне меняло все дело. Только бы Майя не вздумала наказать себя за оплошность!

Габриель встал в дверном проеме, ведущем на платформу, за которой следили две камеры. Еще четыре камеры он заметил на потолке вестибюля. Табула определенно взломала систему безопасности метро и теперь наблюдает за этой станцией. Майя велела держаться вместе. Не вышло. Однако Арлекин разработала запасной план: если группа разъединится, следующим утром все должны собраться в Нижнем Ист-Сайде.

Отойдя от прохода, Габриель спрятался за колонной. В этот момент на эскалаторе спустились четверо крепких мужчин с головными микрофонами. Они быстро пересекли ресторанный дворик и направились к путям. Тогда Странник поднялся на эскалаторе и вышел на улицу. Морозный зимний воздух защипал щеки. Глаза заслезились.

Опустив лицо, Странник уходил в ночь.