Уэн Спенсер - Глазами Чужака

— И они все еще там?

Макс старался говорить буднично, а сам подмигивал Укии.

— Вчера днем я их навестила.

Укия закрыл дверь в подвал и вздохнул.

— Слишком много шума? Кажется, шум ее очень беспокоил.

Агент Женг кивнула.

— Замечено, что психически ненормальные люди не способны отгораживаться от фоновых шумов. Предположительно нарушение химического баланса буквально сводит людей с ума, перегружая их органы чувств. В записи Дженет Хейз все время спрашивала, как перестать слышать.

Макс едва заметно покачал головой, давая младшему товарищу знак молчать.

«Хейз спрашивала не того человека», — подумал Укия. Когда они только начали работать вместе, Макс часто спрашивал его, слушает ли он, и юноша очень удивлялся — он же не ходит, заткнув уши пальцами! Постепенно он понял, что люди не запоминают того, на что не обращают внимания, а Макс, в свою очередь, понял, что Укия слушает всегда.

Молодой детектив оглядел холл. Кроме подвала, была еще гостиная и лестница, ведущая наверх.

— Куда?

— Тела лежали на первом этаже, здесь было больше всего суматохи. Лучше начать с ее комнаты.

Укия двинулся по лестнице и уже почти дошел до верха, как вдруг его словно обожгло. «Почему агент Женг вчера проверяла хорьков?» Он остановился на верхней ступеньке и смотрел на агента сверху вниз. Спросить ее прямо? А что ответить, если она спросит, почему он интересуется хорьками? Раз зверьки Дженет Хейз в приюте, значит, в морге их не было — если, конечно, не допустить, что они как-то освободились, хорошенько перекусили ночью и вернулись в клетки, изображая полную невинность. Да, бред, но вся история с моргом казалась бредовой.

Окно в комнате Дженет закрыли, а в остальном комната как будто не изменилась. Укия стал в центр комнаты и медленно, тщательно осмотрел ее. Агент Женг, надо отдать ей должное, осталась на верхней ступеньке и не проявляла признаков нетерпения. Макс жевал сигару; он сразу увидел, как изменилось лицо Укии. когда тот обнаружил первую пропажу.

— Что-то нашел?

У кия слетал шаг вперед и коснулся набитой книгами полки.

— Между этими книгами стояла бутылка, почти у самой стены. Маленькая бутылка с лекарством, на ней этикетка с надписью «Имуран».

Макс и агент Женг как по команде вытащили карманные компьютеры и подключились к сети. Первым нашел нужную информацию детектив; он даже присвистнул.

— «Имуран», химическое название — «азатиоприн». Производитель... так... Показания: отторжение органов после пересадки печени, острый, тяжелый и не поддающийся другому лечению ревматоидный артрит. В общем, иммунодепрессант. — Агент Женг согласно закивала, и он продолжил поиски. — Дженет Хейз никогда не пересаживали органы, и сомневаюсь, чтобы человек с ревматоидным артритом жил на чердаке.

Укия замотал головой.

— Артрита у нее не было.

Агент Женг уже знакомым жестом склонила голову.

— Она принимала лекарство сама или давала кому-то еще? Сколько его оставалось?

— Примерно половина, и возле нее лежали шприцы: один использованный, еще три нераспакованных. — Он снова вспомнил парк. — На руках у нее были следы уколов.

Агент делала записи на карманном компьютере, между ее бровями пролегла едва заметная морщинка. Она подняла голову, увидела, что Укия смотрит на нее, и морщинка разгладилась.

— Что-нибудь еще пропало? — Это Макс.

— Все книги и бумаги передвинуты, Как будто кто-то снимал с полок книги одну за другой и снова ставил их на место. Они стоят в том же порядке, однако все равно по-другому. — Укия вытянул руку в сторону листка бумаги, не касаясь его. — Вот это лежало так же, но вот здесь.

Агент извлекла откуда-то перчатки из латекса и надела их.

— Я проверю книги, Может, они не нашли, что искали.

— Книги мог двигать ваш агент Уил Грэйс, — предположил Макс.

— Маловероятно. Я не стала бы так поступать, если в деле замешана Стая. Они общаются либо лично, либо — изредка — по телефону, а здесь искали бумагу: письмо, рецепт, фотографию... И не думаю, что у Уила Трэйса хватило бы терпения.

Тут перчатки надел Макс.

— Давайте обыщем книжный шкаф, пока мистер Орегон занят.

Так они и сделали: доставали книги по одной и просматривали их. Полчаса прошло в молчании. Макс первым закончил свою половину шкафа, потянулся и прошелся по комнате.

— Ну что, как успехи?

— Я видел только верхний слой бумаг и не могу определить, пропало ли что-нибудь из нижнего. Исчезла только инструкция к какому-то лекарству, там сверху была надпись «Заменители». Я могу вспомнить текст, но для меня это китайская грамота.

— Запишите, а я найду кого-нибудь, кто поймет, — попросила агент. — В книгах есть одна странность. В свободное время Дженет читала фантастику, среди научных книг попадаются потрепанные, в мягкой обложке. Но вот эти книги она брала в библиотеке всего дня за два до того, как получила больничный: «Новый подход к старению», «Старение: факты и мифы», «Дети Мафусаила: лечение старения в новом веке».

— И еще «Бессмертие: мифы и легенды».

Макс достал из-под подушки книгу и присел на край постели. От долгого стояния над столом у Укии все затекло.

— Зачем девушке двадцати с небольшим лет книги о стаРенни?

— Ирония судьбы: она умерла всего через неделю. — И тут Макс удивленно присвистнул. — А это что такое?

Агент Женг и Укия подошли поближе и уставились на черно-белую фотографию, самую старую, какую приходилось видеть Укии. На ней был изображен темноволосый мужчина, стоящий под большой аркой с надписью «Всемирная ярмарка в Нью-Йорк-Сити». На заднем плане под аркой проходило еще множество людей. Укия взглянул повнимательнее и почувствовал, как волосы на затылке поднимаются дыбом.

Агент пожала плечами.

— Сзади что-нибудь написано?

Макс перевернул фотографию:

— Ничего.

— Вряд ли искали именно ее. — Женг вновь вернулась к книжному шкафу. — Похоже на семейное фото, может, это дедушка Дженет, Так или иначе, я отдам ее на анализ в лабораторию, по смотрим, что там найдут.

Пользуясь тем, что она повернулась к ним спиной, Укия схватил Макса за руку, перевернул фотографию и ткнул в лицо, выделяющееся из толпы. Все люди на заднем плане двигались, а этот стоял и потому вышел очень четко. Стоял он футах в тридцати от арки, лицо его на фотографии было не больше мизинца Укии, и смотрел на человека под аркой с выражением чистой ненависти. Это был Ренни Шоу.

Макс взглянул на фотографию, затем — на Укию. «Этот тот, кто я думаю?» — было написано у него на лице. Молодой детектив кивнул, Макс качнул головой в сторону агента, Укия пожал плечами. Он понятия не имел, что скажет особый агент о таком невозможном событии.