Виталий Забирко - Операция Карантин

Ознакомительный фрагмент

- Ай, как плохо, как плохо... - посочувствовал Никита, одной рукой доставая из ящика стола пистолет "макаров", а второй все еще прижимая голову консула к столу. - Личико вава, ручка вава... Не надо шалить, мальчик, на государственной службе.

Рывком за волосы он посадил Родзиевского и сунул пистолет в расквашенный нос.

- Никаких звуков издавать не советую, - мрачно порекомендовал Никита. - Во избежание осложнений.

Консул сидел ни живой, ни мертвый, лишь ошарашено моргал глазами. Видимо, с ним впервой обходились вопреки дипломатическому этикету.

Никита освободил брюки Родзиевского от ремня, завел ему руки за спину и привязал их к спинке стула. Затем порыскал по ящикам стола и в одном из них обнаружил целый набор галстуков. Все правильно, как без них дипломату? Ну просто никак нельзя. Особенно при такой "недипломатической" встрече. Галстуками Никита привязал ноги консула к ножкам стула, а один, свернув в тугой комок, запихнул в рот вместо кляпа.

- Так-то будет лучше, - прокомментировал он, когда критическим взглядом оценил свою работу.

Консул неожиданно начал икать. Лицо побледнело, глаза стали закатываться.

- Ну-ну, - пожурил его Никита. - Зачем же в обморок шлепаться, как гимназистка? Никто на твою жизнь покушаться не собирается.

Он взял с тумбочки сифон с водой, брызнул на лицо Родзиевского, пошлепал по щекам. Консул замотал головой, шумно, со всхлипами, задышал разбитым носом.

- Вот и ладушки, - удовлетворенно констатировал Никита, обшаривая карманы Родзиевского. - А вот и ключики от каморки папы Карло, - объявил он, извлекая связку ключей. - Какой из них от склада? Этот?

Консул отрицательно покачал головой.

- Нет? А этот? Ага, этот... Молодец, хороший мальчик, послушный. А этот, надо понимать, от ворот? Умница! Я тебе за послушание маленький подарочек сделаю. - Никита чуть развернул вентилятор и направил струю воздуха на лицо Родзиевского. - Видишь, как хорошо быть умным-разумным мальчиком. Ты посиди здесь тихонько полчасика, пока мы машину погрузим, и, если не будешь шалить, я тебя потом развяжу, хорошо?

Сунув пистолет в карман, Никита вышел во двор, отпер ворота и махнул рукой Майклу, чтобы тот заезжал. Полицейский на лавочке и на этот раз и бровью не повел. И правильно. Какое ему дело до белых людей? Он здесь поставлен экстерриториальность блюсти, а не в чужие дела нос совать.

Открыв склад, Никита присвистнул. Впрочем, нечто подобное он и ожидал увидеть. Половину гуманитарной помощи как корова языком слизала. Силен консул в бизнесе оказался, явно по стопам старших "товарищей" пошел. Жалко, конечно, что часть медикаментов "на сторону уплыла", но весь груз за одну ходку вывести все равно бы не удалось, а на две ходки у Никиты не было времени. А тут в аккурат на машину будет.

Ребята из деревни, вопреки мнению о лености африканцев, работали на удивление споро. Да и картонные коробки с медицинскими препаратами, несмотря на свои габариты, были легкими. Майкл, естественно, в погрузке участия не принимал, сидел в кабине, слушал музыку и посасывал из фляжки "микстуру". Никита же руководил погрузкой, то и дело бросая взгляды на улицу - не покажется ли секретарша или вице-консул. Но все обошлось.

Через полчаса погрузили последний ящик, накрыли машину брезентом, и довольные аборигены полезли в кабину.

- Счастливого пути! - махнул рукой Никита.

Майкл на прощание поднял ладонь, улыбнулся сквозь закрытое стекло, и "катерпиллер", тихо урча мощным мотором, с элегантным достоинством крупногабаритного монстра выплыл за ворота.

Никита закрыл ворота, вернулся к складу и вытащил из кармана "макаров". Вынув обойму, он бросил пистолет за порог склада, а обойму зашвырнул в густую траву на территории консульства. Затем закрыл склад и вернулся в кабинет Родзиевского.

- Вот все и закончилось, - весело объявил он с порога. Успешно проведенная операция настроила Никиту на мажорный лад. - А ты боялся...

Он вынул кляп изо рта консула, затем развязал его. К удивлению, Родзиевский ничего не сказал. Левой рукой достал платок и принялся молча вытирать окровавленный нос, мрачно глядя куда-то мимо Никиты. Правую опухшую кисть руки он держал перед собой на весу.

- Я рад, Арнольд Михайлович, что мы расстаемся без гневных фраз типа "мы еще встретимся!" - примирительно сказал Никита и положил на стол связку ключей. - Кстати, не советую после моего ухода звонить ни в полицию, ни в комендатуру. Иначе при аресте и дознании всплывет вопрос, куда же подевалась вторая половина груза. Я понимаю, что местным властям это до лампочки, но как к этому отнесутся в МИДе? Что же касается моего "длинного языка" в Москве, то кто поверит словам обыкновенного санитара о стяжательских наклонностях консула без веских доказательств? Да и мне сутяжничать с вами не с руки - одна морока. Так что бывайте здоровы!

Никита развернулся, чтобы уйти, и только тогда Родзиевский глухо сказал ему в спину:

- Пистолет... Пистолет верни. Он за мной числится.

- Найдешь на складе, - бросил через плечо Никита. - Естественно, без патронов.

В жаркой духоте, отличающейся от такой же духоты в джунглях только тем, что сверху еще припекало солнце, Никита дошел по пустынной улице до конца и увидел аэродром. Обыкновенная, ничем не огороженная луговина, вероятно ранее используемая местными жителями как выгон для скота. С краю поля стоял небольшой домик, надо понимать, здание аэропорта, а за ним метрах в двадцати виднелся средних размеров самолет, выкрашенный в темную, цвета грозовых облаков, краску.

АН-24 в транспортном варианте, узнал Никита. И куда только не занесло отечественную технику после развала сверхдержавы. В каких уголках земного шара эта техника теперь ни работает... И не работает тоже.

Никита направился к зданию и, подойдя ближе, заметил выглядывающий из-за угла капот оранжевого "лендровера". А вот это уже грозило неприятностями. Машину вице-консула Ненарокова после двенадцати часов мытарств на ней по джунглям он узнал бы и в густой череде автомобилей на Новом Арбате, а уж здесь тем более не спутал бы ни с какой другой.

Однако отступать было некуда. Расслабившись, как перед неизбежной дракой, Никита неторопливой походкой направился к зданию.

Когда до здания осталось метров двадцать, входная дверь распахнулась и на пороге появился улыбающийся вице-консул. В одной руке он держал небольшой черный кейс, а другой махал Никите.

- Здравствуйте, господин Полынов, - радушно приветствовал вице-консул. - А я вас жду!

Улыбка Ненарокова с тонкими губами, растянутыми до ушей, и мелкими редкими зубами напоминала оскал барракуды.

- Здравствуйте, - спокойно проговорил Никита. Что еще за сюрприз приготовили ему господа российские дипломаты?