Джеймс Уайт - Галактический шеф-повар

Все трое издали непереводимые, но явно удивленно-недовольные звуки. Брейтвейт сказал:

— Прошу вас, продолжайте.

— Благодарю вас, — проговорил Гурронсевас, подошел к лейтенанту поближе и заговорил потише. — С тех пор, как я прибыл в госпиталь, я ни разу не встречал Главного психолога в общей столовой для сотрудников. О'Мара предпочитает кушать в одиночестве?

— Это верно, — кивнул Брейтвейт и улыбнулся. — Майор редко ест в компании и на людях. Он уверен, что, измени он своей привычке, сотрудники стали бы думать, что он в конце концов человек и что ничто человеческое ему не чуждо. А это бы отрицательно сказалось на дисциплине.

— Не понимаю, — после непродолжительного раздумья произнес Гурронсевас. — Тут какая-то эмоциональная проблема? Кризис личности? Если Главный психолог не желает, чтобы его считали человеком... но ведь представители других видов полагают, что он относится именно к этому виду! Если эти сведения не носят секретного характера и вы, будем так считать, передали их мне добровольно, они мне очень помогут в приготовлении соответствующих блюд. Позволю себе предположить, что привычка к потреблению пищи в одиночестве связана с тем, что О'Мара скрывает от остальных свое пристрастие к неземлянской пище.

Ча Трат и Лиорен издали негромкие звуки, а Брейтвейт улыбнулся и сказал:

— С психикой у Главного психолога все в полном порядке. Боюсь, мое замечание — ну, насчет того, что О'Мара не желает, чтобы его считали человеком, — пострадало при переводе и навело вас на неверные мысли. Но что именно вам бы хотелось узнать и чем конкретно мы могли бы вам помочь? У меня такое подозрение, что речь идет о питании майора?

— Все правильно, — подтвердил Гурронсевас. — Особенно меня интересуют пристрастия майора О'Мары. Какие у него самые любимые блюда, как часто он их заказывает, в каких словах критикует вкус или будет критиковать в дальнейшем. Собрать сведения такого рода на редкость трудно, — торопливо продолжал тралтан, — не привлекая к себе внимания и не вызывая разговоров о проекте, а ведь никакие комментарии не допускаются вплоть до завершения работы. В госпитале многие существа предпочитают принимать пищу в одиночестве — либо потому, что слишком заняты делами и не хотят тратить время на дорогу до столовой и обратно, либо потому, что просто им так больше нравится. Всякие записи о том, какую пищу эти существа заказали, тут же уничтожаются, поскольку нет нужды хранить такого рода информацию, и ознакомиться с пристрастиями одиноких едоков можно только путем перехвата заказа или просмотра содержимого доставочной тележки, а ни того, ни другого тайно не сделаешь. Было бы гораздо проще, если бы нужными сведениями меня снабдили вы.

— Если только выбор пищи не указывает на извращение вкуса, что бы это ни значило в нашей психушке, — впервые подал голос Лиорен, — сведения о предпочтении в питании вряд ли можно рассматривать как засекреченную информацию. Я, например, не вижу особого вреда в том, чтобы скрывать эти сведения, но почему бы вам не взять да и не обратиться лично к майору? К чему вся эта секретность?

«Неужели не ясно, к чему?» — сердито подумал Гурронсевас, но ответил тарланину спокойно и сдержанно:

— Как вам уже известно, на меня возложена обязанность улучшения вкуса и внешнего вида пищи. Что касается питательности, то тут с синтетической пищей все в порядке. Однако внесение изменений во внешний вид и вкус, притом, что многие из этих изменений едва заметны, в диету большого числа существ, чревато одним серьезным недостатком. Изменения повлекут за собой множество разговоров и споров относительно личных предпочтений, а мне гораздо больше подошла бы разумная критика, обсуждение важных подробностей.

Безусловно, — продолжал Гурронсевас, — проведение экспериментов с участием отдельных особей какого-то вида обеспечивает меня полезными сведениями. Так было в случае с пациентом АУГЛ-Сто тринадцатым и Старшей сестрой Гредличли. Но даже при использовании такой методики много времени тратится впустую — на разговоры, пускай подчас и приятные, посвященные обсуждению второстепенных кулинарных тем. Поэтому я и решил, что для получения наилучших результатов испытуемый субъект не должен знать об эксперименте, в котором участвует, вплоть до окончания оного.

Несколько мгновений Брейтвейт, широко раскрыв рот, не спускал глаз с Гурронсеваса. Молчала и Ча Трат. Первым нарушил молчание Лиорен.

— Я знаю, — изрек тарланин, — что Главного психолога как личность все не так уж обожают, но уж уважают точно все до одного. Нам бы не хотелось вступать в заговор, целью которого является отравление нашего руководителя.

— Не могло ли так случиться, — наконец обрел дар речи Брейтвейт, — что давление ответственности и масштабы стоящих перед Главным диетологом задач вызвали у него суицидальный позыв?

— Дело относится к той области, где специалистом являюсь я, а не вы, — оскорбленно заявил Гурронсевас.

— Простите, — извинился Брейтвейт. — Я пошутил и не думал, что вы воспримете мой вопрос всерьез. Между тем вы рискуете вызвать неудовольствие существа могущественного и раздражительного. О'Мара не из тех, кто будет скрывать чьи-то промахи, буде промахи обнаружатся. Вероятно, вам следует учесть это обстоятельство до того, как вы приступите к осуществлению эксперимента.

— Я это учел, — спокойно проговорил Гурронсевас. — Если мы добьемся конфиденциальности, я готов рискнуть.

— В таком случае мы поможем вам чем сможем, — вздохнул Брейтвейт. — Но предупреждаю, нам известно не слишком многое...

Сотрудники, работавшие в приемной О'Мары каждый день, видели доставляемую О'Маре еду. Перечень блюд прилагался на запечатанном в пластиковый пакет сопроводительном меню. Таким образом, сотрудники имели возможность проследить за тем, какие именно блюда заказывал О'Мара, и судить, насколько они ему понравились, по тому, какой объем пищи оставался в доставочной тележке, когда ее вывозили из кабинета Главного психолога. Время от времени им удавалось услышать, как О'Мара вслух критикует то или иное блюдо.

— Так что сами понимаете, — заключил Брейтвейт, — больше мы вам вряд ли что сумеем сообщить.

— Хватит и этого, — заверил его Гурронсевас, — в особенности, если вы будете постоянно сообщать мне о том, какими конкретно словами и реакциями будет в дальнейшем Главный психолог откликаться на качество блюд в процессе еды и после того. По причинам, свойство которых я уже вам изложил, я был бы вам очень признателен, если бы вы наблюдали за вашим руководителем тайно и незамедлительно сообщали мне обо всех, даже незначительных, переменах в поведении майора О'Мары на фоне тех изменений, которые я буду вносить в его диету.