Герберт Франке - Холод вселенной

Я тут… меня зажало… ох… о-ох…

Они осторожно стали разбирать обломки. Скоро показалась рука человека в военном мундире, потом плечо, наконец им удалось высвободить и голову. Это был Каттегат, он лежал головой вниз, грудь его была придавлена обвалившейся опорой — вытащить его из-под бетонной глыбы не было никакой возможности.

Лицо Каттегата под шлемом, на котором еще можно было различить эмблему головы орла с оливковой ветвью, было совершенно белым.

Господин президент… разрешите доложить… они хотели прорваться… Нам пришлось… в последний момент… взорвать… Удалось… заблокировать… вход… Сюда… не сможет никто… Вы в безопасности… Господин президент… Какие будут… дальнейшие приказания?.. Мы готовы бороться до конца… За вас… господин президент… и за блок…

Он мучительно закашлялся.

— У него раздавлена грудная клетка.

Сильвиано попробовал сдвинуть опору, придавившую Каттегата, но едва он ее тронул с места, как сверху с шумом посыпались новые обломки бетона.

Губы Каттегата снова зашевелились, он заговорил едва слышным, свистящим шепотом, и им пришлось к нему наклониться.

На случай… чрезвычайных обстоятельств… секретный документ… подготовлен для вас… у меня в нагрудном кармане… магнитный ключ…

Он пытался еще что-то сказать, но губы его уже не слушались. Изо рта у него потекла струйка крови, он поднял голову, плечи его вздрогнули в последнем порыве…

Рихард уже ощупал его нагрудный карман, открыл застежку-молнию… там оказалась пластинка…

Возможно, последнее отчаянное движение Каттегата нарушило неустойчивое равновесие нагромоздившихся один на другой обломков. Раздался тихий скрежет, посыпался песок… и они едва успели отскочить в сторону… Казалось, будто гигантский кулак вдавил в шахту все, чем она была завалена, из горловины хлынули обломки бетона, куски металла, пластмассы, взметнулось удушливое облако и закрыло все.

Они поспешно опустили маски противогазов и смотрели на этот обвал, пока еще ничего не различая в густой пыли.

Кто-то крикнул сдавленным голосом… это подействовало, как команда, все ринулись назад, ударяясь о стены, скользя по саже, толстым слоем покрывавшей пол. Наконец пыль осела и воздух снова стал прозрачным. Оказалось, что герметичная стальная дверь выдержала ударную волну. Едва дождавшись, пока стальная плита поднимется, они проскользнули под нее и тотчас опустили за собой снова. Они побросали оружие и, подняв маски противогазов, стали жадно ловить воздух. Они задыхались, они были глубоко потрясены; кто-то, обессилев, прислонился к стене, кто-то опустился на стул. Их окружили, желая узнать, что они там видели… Однако понадобилось еще несколько минут, прежде чем Эллиот сумел кое-как, торопясь и захлебываясь словами, обрисовать им положение.

Понемногу все пришли в себя и стали обсуждать ситуацию.

— Непосредственная опасность нам пока не грозит, — констатировала Катрин. — Источники энергии у нас тут свои, свет и электричество есть, отопление работает. А продовольствия столько, что можно продержаться чуть ли не целый год.

— Попасть сюда можно только через шахту. Чтобы спуститься по ней, надо ее расчистить. Не знаю, сколько для этого нужно времени, но, думаю, не меньше нескольких дней.

— Проход легко оборонять, — сказал Эллиот.

— Как ты это себе представляешь? Думаешь, они кинутся его штурмовать, а мы будем отстреливаться? Тебе явно недостает фантазии. Да они могут нас просто выкурить, затопить, отравить или облучить… могут напустить сюда болезнетворных бактерий, привести в действие взрывные устройства. Захотят — могут сбросить на нас атомную бомбу и превратить все, включая горы вокруг, в одну огненную кашу…

Эйнар готов был, кажется, продолжать свой перечень, но у него перехватило дыхание. Он расстегнул воротничок, как будто он его душил, и согнулся пополам, сидя на стуле.

— В таком случае нам даже не придется воспользоваться всеми этими продовольственными запасами.

— Ну, так что же нам делать? Теперь мы сами себе хозяева, некому нам больше указывать.

— Секретный приказ! — Рихард нашарил в кармане куртки металлическую пластину Каттегата. Он вынул ее и показал всем. — Кто говорит, что для нас не существует больше приказов?

— Плевать нам на все приказы!

— И то верно. Какой теперь в них смысл?

— Но, может, там указан выход? Надо посмотреть. Вдруг там именно то, что нам сейчас нужно?

— Наверное, молитвенник, — сказал Эйнар. Собственная шутка показалась ему очень удачной, и он разразился хриплым смехом.

— А что, в самом деле, надо посмотреть. Чем это нам грозит?

Эллиот, Рихард и Катрин принялись искать замок, для которого предназначался магнитный ключ. Задача эта оказалась несложной. В студии они скоро наткнулись на вмурованный в стену ящик, крышка которого отскочила, едва Рихард сунул в щель магнитный ключ. Внутри оказался конверт с надписью: «Секретный приказ 2603 — вскрыть в случае чрезвычайной ситуации».

— Сейчас как раз и есть чрезвычайная ситуация, — сказал Эллиот и надорвал конверт. Там оказались листки огнеупорной бумаги, где подробно описывался доступ к секретному сектору этого подземного убежища. Эллиот уселся на кровать, остальные, заглядывая через его плечо, тоже стали читать. В начале было разъяснение, как открыть дверь из Центра управления; для этого нужно было применить цифровой код, получавшийся путем специальных вычислений из регистрационных номеров доверенных лиц. Дальше следовали указания относительно того, в каком порядке покидать Центр управления, и о том, как обращаться с цифровыми данными, которых, однако, здесь не было.

Не успели они дочитать до конца, как ворвался Блюм с известием, что за стальной дверью со стороны коридора слышен непонятный шум. Все опять побежали в столовую; Эллиот на ходу сложил бумаги и спрятал в карман. Все прислушались: за дверью то нарастал, то затихал равномерный тревожный скрежет и грохот.

— Этого можно было ожидать… но не так скоро!

— Что там?

— По всей вероятности, бурильная установка. Они решили даже не возиться с расчисткой шахты.

— Сколько у нас еще времени?

— Смотря для чего…

Рихард прильнул ухом к стальной двери и вместе с глухим звуком бурения услышал еще другой: что-то трещало и сыпалось.

— Видимо, они пробурили сначала скважину, а теперь хотят ее расширить.

— Значит, ни затоплять, ни травить газом нас не будут?

— Похоже, хотят взять нас живыми. Они ведь считают, что мы и есть Большая четверка.

Шум на минуту замолк, но потом возобновился с еще большей силой, сопровождаемый грохотом обваливающихся камней.