Наталья Суханова - В пещерах мурозавра

Что же с ним произошло? Ответ мог быть только в "Дневнике исследователя".

- Аню-ня! - раздался голос Бабоныко от дверей. - Девочка, пора наконец спать!

- Скажите ей! Пожалуйста! - умоляюще зашептала Нюня.

- Матильда Васильевна, если можно, разрешите ей еще немножко побыть со мной.

- Ну, я буду наведываться! - сказала Бабоныко кокетливым голосом и исчезла.

Вместо нее в дверях появилась Тихая. Она обежала все быстрыми глазками и задрожала носом, внюхиваясь.

- Ето чего... конхветы? - спросила она, уставившись на стол.

- Только ее не пускайте! - прошептала Нюня, и Людвиг Иванович сказал:

- Пожалуйста, не мешайте нам. Мы вас позовем, если вы понадобитесь.

На первой странице дневника, который не без волнения раскрыл Людвиг Иванович, было написано:"

Приручение насекомых может оказаться для человечества важнее, чем приручение коровы, лошади и овец (может быть, это придумал я, а может быть, где-нибудь прочитал, сам не помню)".

Затем шли план дома и план двора, большой рисунок насекомого с названиями частей его тела, многочисленные выписки из разных книг, в которых говорилось, что насекомые уничтожают пятую часть урожая на земле, а яды и химикаты, которыми пытаются люди бороться с вредными насекомыми, в конечном счете, отравляют самих людей, в то время как насекомые-вредители успевают к ним приспособиться."

Химические способы борьбы, - цитировалось у Фимы, - грешат недооценкой почти безграничных возможностей живой материи".

Слово "безграничных" было подчеркнуто волнистой линией.

Дальше шла цитата из Дарвина, восхищавшегося разнообразием инстинктов и умственных способностей муравьев, весь мозг которых не превышает четверти маленькой булавочной головки."

Силу насекомых нельзя недооценивать!"

- шла надпись через всю следующую страницу. И -"

Если бы удалось создать устройство, могущее воспроизвести все действия, на какие способен самый крохотный муравей, то разместить его можно было бы в сооружении большем, чем величайшее здание мира - Нью-Йоркский Эмпайр стейтс билдинг".

Шли данные о том, что поля гибнут без насекомых, и сады гибнут без насекомых, и леса гибнут без насекомых.

Людвиг Иванович даже запутался: от насекомых или без насекомых гибнут поля? Но дальше была опять подчеркнутая запись:"

Нужно познавать насекомых. В борьбе с вредными насекомыми нам должны помочь другие насекомые же!"

И еще, и еще записи - о невероятнейших веществах, которые умеют вырабатывать насекомые, веществах, которые управляют ростом растений, веществах, которые лечат страшнейшие болезни.

Все это было, конечно, очень интересно, однако пока ни на шаг не приближало к разгадке того, куда и как исчез мальчик.

Но вот две записи, остановившие внимание Людвига Ивановича:"

Феромоны - вот главное, что надо искать и исследовать".

И вторая:"

ФФ-10 - это будет мой пароль, т.е. Фимкин феромон"."

ФФ-10" - лишь цифрой отличалось от надписи на второй коробке. Нужно было немедленно узнать, что это такое. Была ночь, но Людвиг Иванович не имел права медлить. Нюня, уже дремавшая у стола, хотела было тоже идти, но Людвиг Иванович остановил ее:

- Охраняй тут Фимины вещи. Я быстро. Я только позвоню.

Ольга Сергеевна сидела во второй комнате. Ее он тоже попросил никого не пускать в Фимину комнату.

Улица была пустынна. Асфальт уже просох. Свежим и душистым был воздух. К счастью, ближайший телефон-автомат работал.

- Дорогой профессор, - сказал Людвиг Иванович, когда дозвонился, извините, что так поздно беспокою. Вам знакомо такое слово - феромон? По буквам? Пожалуйста! Факт, ересь, рецидивист, обыск, милиция, обыск, наследство.

- Феромон? Фолликул, евгеника, рецессивность, обмен, моногамия, обмен, нистагм?

- Профессор, а нельзя буквы, то есть слова, попроще?

- Э, пожалуйста! Фугаска, едкость, рана, отрава, малярия, обморок, наркоз!

Людвиг Иванович даже содрогнулся.

- Фух! - сказал он. - Да, феромон, действительно. Так что же это такое?

- Это, уважаемый Людвиг Иванович, вещество. Определенное химическое вещество, выделяемое насекомыми, живущими семьей, обществом - муравьями, пчелами, например.

- И много этих веществ выделяется?

- О, микродозы!

- Благодарю вас, профессор!

В дом Людвиг Иванович возвратился задумчивый. Ольга Сергеевна дремала, Нюня спала.

Людвиг Иванович раскрыл Фимкин дневник на заложенной странице и прочел:"

Они говорят друг с другом не словами, а запахами и вкусом. У них есть органы химического чувства".

Дальше шло описание каких-то опытов и краткие результаты:"

Они любят мясо и мед. Но отравленной приманки не трогают"."

Муравьиная кислота, купленная в аптеке, для них недостаточна"."

Алоэ их отпугивает так же, как запах гвоздики".

А тревога между тем в душе у Людвига Ивановича нарастала. Нет, Фимка не вор. Но тогда еще непонятнее - где же он? Мальчик исчез часов в двенадцать дня, и вот уже ночь, а его все нет. Людвига Ивановича так и подмывало бросить вдумчивое чтение и куда-то бежать, что-то делать. Но ведь Фимка, перед тем как исчезнуть, спрятал этот дневник вместе с малопонятными вещами в тайник на старой груше, и хотя все, что до сих пор прочел Людвиг Иванович, казалось, не имело никакого отношения к исчезновению Фимки, дядя Люда был следователем и не имел права ни торопиться, ни оставлять что-то невыясненным. И он хотел уже снова углубиться в чтение, но сначала решил еще раз посмотреть на содержимое коробков.

Глава 20

"Ф тнчоя ивзиза"

Нюня проснулась от того, что Людвиг Иванович тряс ее за плечо:

- Нюня, ты брала таблетку из этого коробка?

Она увидела перед собой коробок с десятью восклицательными знаками, увидела в коробке вместо четырех три таблетки, сразу все вспомнила и окончательно проснулась.

- Я знаю! - крикнула она. - Это, наверное, бабушка Тихая стащила!

- Оля! - выбежал в соседнюю комнату Людвиг Иванович. - Проснись! Здесь была Тихая?

- Она приходила с какой-то фляжкой, спрашивала чай... Какой может быть чай посреди ночи?! Люда, что случилось?!

Но Людвиг Иванович уже был в коридоре, стучал изо всех сил в комнату бабушки Тихой. На стук никто не откликнулся. Людвиг Иванович толкнул дверь она заскрипела, раскрылась. В комнате никого не было.

- Это невероятно! - сказала за спиной Людвига Ивановича Бабоныко. На ней был какой-то старинный блестящий халат с широкими рукавами и огромным бантом на спине. - Этого не может быть! Тихая всегда закрывает дверь на замок, даже если выходит во двор. Ее убили! Ее выкрали!

- Спокойно! - сказал Людвиг Иванович. - Без паники! Идите спать, Матильда Васильевна.

- Ну уж дудки! - сказала вдруг совсем непохоже на себя Матильда Васильевна. - Пардонэ муа, но я больше ни на шаг не отойду от Анюни. У вас выкрадут ее из-под носа, а вы и не заметите.