Олег Бажанов - Времени нет

Ознакомительный фрагмент

— А разве можно переписать историю? — всё ещё верил я.

— Не только переписать, но и запутать, исказить события, уничтожить документы и могилы, поменять имена и даты. Ты вот знаешь, например, что император Павел Первый был очень прогрессивным царём? И, останься он жив, Россия избежала бы войны с Наполеоном?

— Нам со школы говорили, что Павел Первый был солдафоном и приверженцем прусского короля. И с головой у него было не всё в порядке.

— А я тебе скажу, что убийство Павла запланировала и оплатила Англия. А Англия никогда не желала добра России.

— Зачем ей понадобилась смерть Павла?

— Это уже близкая история, скрываемая романовскими и западными историками. Англия всегда действовала коварно и жёстко — и на политической арене, и в экономике. Как враг России она сменила на этом месте Рим, который в своё время стремился поработить и уничтожить Русь. В настоящее время место Англии заняли Соединённые Штаты Америки. Итак, Англия начала XIX века сильная морская и колониальная держава, основам благосостояния которой реально угрожает Наполеон Бонапарт. Стремясь разрушить наметившийся союз Франции и России против Англии, последняя убирает, руками приближённого окружения, императора Павла и возводит на российский престол Александра Первого, с которым Наполеон как с убийцей собственного отца не желает иметь никаких дел. По сути Англия стравила две мощнейшие военные державы — Францию и Россию. А сама поимела с этого немалые дивиденды. Но Романовы спрятали, исказили факты, оклеветав Павла и вознеся Александра. Много чего плохого могло в дальнейшем не произойти в России, знай потомки настоящую историю!

— Например? — я ловил каждое слово старика.

— Не ввяжись Николай Первый в войну с Германией на стороне Англии, в России не случилась бы революция 1917-го года. Тот же Сталин смог бы предвидеть в 1941-м году нападение своего союзника — Германии на Россию, знай он об исторических интригах и кознях англичан. Ведь это они стравили Сталина и Гитлера так же, как когда-то стравили Александра и Наполеона! Время другое — приёмы всё те же. И сейчас англичане не жалеют денег на всё, что не идёт на пользу России.

— А я никогда не думал об англичанах как о врагах, — озадачено произнёс я.

— А что знает человечество? Новое поколение молодёжи, Андрей, учится по новым учебникам. И нет науки темнее, чем история. Средневековый учёный Скалигер попытался выстроить события в хронологическом порядке. Но как это сделать? Вот, например, в Европе до прихода Батыя разные народы в разных странах и городах вели разные летоисчисления. Каждый город у них считался отдельным королевством и имел свою королевскую династию. И первый год их нового летоисчисления начинался со времени начала правления новой монаршей фамилии, вошедшей на престол. Менялась фамилия — начиналась новая эра. Как тебе такое?

— Это бардак какой-то! — мне с трудом верилось в подобное. — А порядок?

— Порядок? Когда Батый шёл по Европе, то встречал города и поселения только по берегам морей и рек. Даже в больших городах народ жил в нищете! Но в каждом городе сидел свой король, и была своя власть, ходили свои деньги. Европа того времени была малозаселённой территорией. И жители городов и посёлков понятия не имели, что делается за пределами городских стен. Для них соседние страны оставались ещё большей тайной, чем сегодня космос для землян! А кто привёл бы к порядку разрозненные города и княжества, если не было ни радио, ни телевидения, ни Интернета, ни единой власти? Батый ставил эту власть. Он закладывал монастыри и нёс в Европу христианскую веру — веру в единого Бога. В народе Батый известен ещё под другим именем — Иван Калифа. Иван, Василий — это царственные имена в миру. Калиф — царь-священник, управляющий и государством и церковью.

— Подождите… На Руси был князь Иван Калита. Калифа — такого я не слышал.

— Тут вариации, о которых я уже упоминал, в прочтении славянских и греческих текстов. Буквы «Т» и «Ф» пишутся похоже, и прочитываются историками по-разному. А единой системы или правил прочтения исторических текстов до сих пор нет. Посмотри сохранившиеся документы: слова прописывались без гласных, иногда предложение вмещалось в одно слово на строке без интервалов и знаков препинания. Даты и цифры прописывались буквами. В разные века не существовало единой школы правописания. Как никогда не было единых правил написания подобных текстов. Как читать и оценивать такие летописи? Порой невозможно совместить два документа, написанных двумя разными авторами, но повествующих об одном и том же событии. Лишь с XVI века документы начинают приводить к какому-то порядку. Учёный Скалигер проделал большую работу в этом плане.

— И Скалигеру удалось что-то сделать?

— что-то удалось… — вздохнул старик, посмотрев в окно. — Он лишь немного ошибся, прибавив к возрасту цивилизации десять лишних веков от начала летоисчисления. Да и средние века у него описаны, мягко говоря, не совсем верно.

— Вот это да — целое тысячелетие! А может, он выполнял чей-то заказ?

— Вполне вероятно, — согласился старик. — В России с далёких времён ещё до прихода к власти Чингизхана вёлся свой календарь. Ордынскую хронологию можно считать самой точной. Если бы Романовы сохранили её! Она канула в века вместе с Великой Тартарией. Были уничтожены ценнейшие документы. Истинная их ценность заключается в том, что они показывали в деталях совершенно своеобразный взгляд на мир и на жизнь в нём, взгляд, которому на протяжении тысячелетий следовала человеческая цивилизация высочайшего уровня развития.

— И кто же, по вашему мнению, Апполинарий Эрастович, мог создать Тартарию? Вы ведь согласны со мной, что одному человеку такое не под силу?

— А ты никогда не задумывался, Андрей, почему Китай называется Поднебесной Империей, а многие фараоны звали себя сынами Бога?

— Вы хотите сказать, что это Бог создал Тартарию?

— Нет, я просто хочу сказать, что огромное государство со сложной системой управления и подчинённости создали те, кто знал, как это сделать и как этим управлять! — Старик растопырил пальцы, коротким движением руки причесал спутанные волосы и снова вздохнул, замолчав надолго.

— Пришельцы? — наконец догадался я. — Вы говорите о них?

— Можно и так их назвать. — старик не отрывал взгляд от окна. Что он там увидел?

— Пришельцы из космоса? — я тоже посмотрел в окно, но не увидел ничего, кроме тяжёлого тёмно-серого неба. — Оттуда, из далёкого космоса?

— Нет. Не из космоса.

— А откуда?

— Об этом поговорим завтра, — старик, пытаясь побороть подступающую зевоту, смотрел в окно. — Поздно уже.