Уильям Кейт - Ксенофобы

Но времени для этого, как ни досадно, не оставалось. В любой момент здесь могли оказаться корабли Империи или Гегемонии, и вопрос стоял в том, чтобы как можно быстрее убраться отсюда восвояси вместе с захваченными судами, способными передвигаться самостоятельно, и сохранить в целости свою команду. Все, что он мог сделать – это распорядиться об уничтожении недостроенных кораблей с тем, чтобы они не достались врагу.

Но все это только после того, как Верфь будет взята под их полный контроль. Как стало известно от группы захвата, большинство личного состава Имперских военно-космических сил либо участвовали в обороне, либо не покинули своей казармы – большого, напоминающего цилиндр сооружения из дюраллоя, примыкавшего к центру управления и соединенного с ним длинным переходом, – и были блокированы, причем все вели себя так, будто ожидали длительной осады. Правда, горсточка бойцов базы оказала мужественное сопротивление; с перестрелкой, вернее, с перестрелками, поскольку сопротивлявшиеся действовали разрозненно и совершенно нескоординированно. С ними покончили в считанные минуты.

– Мы захватили их, – сообщил по оперативной сети лейтенант Гарри Лэнгли. – Центр управления взят под контроль!

– Сейчас же отправляюсь к вам. – Дэв отключился.

Уже через минуту он плыл по каким-то коридорам, где царила невесомость, направляясь к блоку центра управления базой. За ним следовали и несколько членов его команды, включая Симону Дагуссе, эксперта по компьютерной технике Конфедерации, и еще несколько специалистов. Повсюду они натыкались на плававшие в воздухе трупы, истекавшие кровью, изуродованные, к счастью, их было на удивление немного – большинство империалов предпочло сдаться, не оказывая сопротивления.

Перед ним исчезла, растворившись, дверь и они вошли, вернее, вплыли, помогая себе руками и цепляясь за блоки и кресла, в помещение, где находился главный пульт управления базой. Это был обширный, круглый зал, повсюду вдоль стен тянулись блоки управления и контроля, под ними стояло с десяток серых кресел цефлинк-операторов. Помещение накрывал огромный купол панорамного обзора. Сквозь этот хрупкий барьер была хорошо различима громада «Орла», зависшего прямо над ними. При виде этой картины у кого угодно тут же отпала бы всякая охота к сопротивлению, мелькнуло в голове у Дэва.

Навстречу им выплыл Лэнгли с лазерным пистолетом в руке. Поперек дюраллоевого пластрона брони, закрывавшего грудь, шла глубокая царапина с оплавленными краями.

– Это все дежурный расчет, сэр, – решил проинформировать Дэва Лэнгли. – Все япошки были на связи, когда мы появились. Впрочем, некоторые не были, – усмехнулся он, ткнув лазером в царапину у себя на груди.

– Благодарю вас, лейтенант.

– А теперь, если позволите, я провожу вас к своим ребятам, они там занимаются этими, ну, из управления базой, империалами.

– Давайте, Гарри, с удовольствием пройдусь с вами.

Едва они приблизились к группе пленных, те тут же устремили на них взгляды исподлобья.

Мельком оглядев их, Дэв отметил, что пленные разделились на две неравных группы.

Первая группа состояла исключительно из японцев – их было пятеро, и на лицах всех пяти отчетливо читались суровость и презрение. Остальные, не-японцы, четверо мужчин и три женщины всех оттенков кожи, демонстрировали не столь монолитное единство переживаемых чувств – здесь эмоции варьировались от нескрываемого ужаса до смущения и неуверенности, а кое-кто смотрел на них и со злобой. Все были одеты в служебные серые комбинезоны в обтяжку – несли боевое дежурство. Как и Дэв, они уцепились руками за пульты или перегородки, чтобы удержаться в невесомости.

Почти не обращая внимания на остальных, он сосредоточился на одном из японцев, который выглядел самым старшим, предположив, что именно он удерживал здесь бразды правления. Японцу этому было, наверное, за пятьдесят – об этом говорило его изборожденное морщинами, удлиненное лицо.

– Коничива, Шикикансае, – официальным тоном начал Дэв. Обращаясь к нему, как к потенциальному командиру, – слово это обозначало скорее должность, чем звание, – Дэв надеялся перевести их беседу в более спокойное русло и попытаться исключить всякое недружелюбие с самого начала встречи. – Я тайса Камерон из флота Конфедерации. – Какими же непривычными были эти слова для него самого!

Японец, вопреки его ожиданиям, не стал иронически ухмыляться.

– Вы, кажется мне, слишком молоды для такой должности, – холодно молвил он. Его англик был безукоризненным, хотя произношение отличалось преувеличенной тщательностью.

Второй японец с бульдожьим лицом, стоявший рядом с ним, хихикнул и пробормотал что-то неразборчивое. Дэв сумел лишь расслышать слово широ – грубоватый эпитет к такому понятию, как «белый юноша».

– Кузо! – выругался он про себя. Нет, эти люди явно не видели в его лице высокое начальство. Кровь бросилась ему в лицо.

– Сержант Филмор! – отрывисто бросил он, повернувшись к закованному в броню бессловесному существу, которого Лэнгли назначил здесь надзирать за пленными. – Найдите какое-нибудь тихое местечко для этих людей, а я, тем временем, попытаюсь взглянуть на их данные в сети.

– Так точно, сэр, – ответил ему женский голос. Сержант, сунув в кобуру пистолет, отплыла выполнять приказание.

– Ничего ты там не высмотришь, – рявкнул бульдог. Нихонджин имел в виду, что несанкционированный доступ в банк данных невозможен. – Припоздал ты малость – все банки подчищены.

– Боюсь, что он прав, – раздался голос из второй группы пленников, которая сейчас находилась за спиной у Дэва. – К тому времени, как ваши люди прорвались сюда, они уже успели уничтожить все данные. Боже… да это Дэв! Камерон, это ты? Это и вправду ты?

Дэв тут же, схватившись за переборку другой рукой, повернулся. Нет, этого просто не может быть…

– Ллойд? – Фамилия пришла ему в голову тут же, поскольку слишком многое связывало его с этим человеком и не один год, А вот имя… Цефлинк пришел ему на выручку. – Рэнди Ллойд?

Рэнди Ллойд был «Первым шлемом» на транспорте «Минтака» в те давние годы, когда Дэв впервые поднялся на борт этого судна. Он сразу взял Дэва под свое покровительство, да и кем был тогда Дэв – салажонком. Именно он тогда и усадил Дэва в его первое в жизни кресло младшего офицера и показывал, что нажать и за чем следить. Но Ллойд вскоре оставил их транспорт, говорили, что он перешел в Гвардию Гегемонии. Дэв по-мальчишески обожал его; во всяком случае, на его решение также перейти в Гвардию не в последнюю очередь повлиял пример бывшего старпома Рэнди Ллойда.

– Так вы знаете этого парня? – удивилась сержант Филмор.