Джек Уильямсон - На задворках вселенной (Легион пространства - 4)

- Сколько времени... сколько времени мы отсутствовали?

- Два часа. - Я взглянул на часы. - Может, немногим больше.

- Два смертельных часа! - повторил изумленный Хабибула. - Ты смеешься над нами! Мы столько страдали, столько бед перенесли, так долго ждали, - а ты смеешься над нами!

Вспыхнув от негодования, он замолчал.

- Мы только что выбрались из Аномалии. Мы перенесли столько опасностей, что у тебя могла бы кровь застыть в жилах. Эти отчаянные годы мы жили на синтетической пище и железном упорстве. Против всего коварства этой зловещей вселенной мы могли противопоставить только наши драгоценные мозги.

Он вновь засопел.

- А теперь ты встречаешь нас глупыми шутками!

- Я не понимаю... но это не шутка, Жиль. - Я взглянул на сгорбленного старика, Кена Стара. - Мы следили за временем, потому что его у нас осталось слишком мало. Станция по-прежнему падает в Аномалию. Я не думаю, что у нас остался хотя бы час.

Старик по-птичьи кивнул. Повязка, которую носил более молодой Кен Стар, исчезла, однако я видел тонкую синеватую линию зигзагообразного шрама, пересекающего пергаментный лоб. Старый шрам, оставшийся с очень давних пор.

- Там, где мы побывали, время течет по-другому, - сказал он. - Я не могу понять, насколько по-другому, но моя теория это объясняет. В смещенных пространственно-временных координатах мгновения здесь соответствуют столетиям там. Большую часть времени мы не располагали часами, лучшими, чем наши собственные тела, однако, видимо, за пределами Аномалии прошли многие месяцы...

- Смертельные годы! - взвыл старый Хабибула. - И сколько этих лет я не знал драгоценного вкуса икры и вина!

- Если вы проникли за Аномалию, - в голосе моем звучала тревога, - нашли вы способ защиты? Обнаружили вы способ остановить пришельцев?

- Мы узнали страшные вещи! - Старик угрюмо кивнул. - То, что мы узнали, указывает путь к спасению - возможно, даже для нас. Но я считал, что этот черный проход уже давно закрыт.

В его запавших глазах был страх.

- До тех пор, пока он открыт, нам грозит отчаянная опасность! - Он схватил меня за руку проворной желтой клешней. - Проведите нас в центр управления, и быстро. Нужно взглянуть... если еще осталось время. Мне кажется, эта Аномалия во времени нас перехитрила.

ЧУДОВИЩНАЯ МАШИНА

Мы вернулись в цилиндр управления, укрытый в ядре ледяного астероида. Я помогал Стару идти и остановился, печально вздохнув, когда увидел проекцию электронной карты на круглой южной стене.

Это чудовищное существо уже пожрало почти половину карты. Зигзагообразные пурпурные ноги дотягива-лись до нас и уходили дальше. В глубине его выпученного брюха находился зеленый яркий круг.

- Она ужасна! - Лилит вцепилась в мою руку. - Что это означает?

- Компьютер преобразует данные наших приборов в эту картину Аномалии, сказал я. - Паутина - на самом деле силовые линии магнитных полей. Ноги гравитационные вихри, один из них подхватил нас. Брюхо - участок, где наши приборы не действуют. Именно там пришельцы открыли ворота...

- Капитан, - резко вмешался Кен, - давайте попробуем настроить телескоп. Мы летели вслепую - не астронавигация, а удача вывела нас на станцию. Мне бы хотелось узнать, что там творится.

- Можно попытаться, - сказал я. - Однако наши лазеры и радары не действуют, а телескопу требуется источник света...

- Попробуйте, - сказал настойчиво старик. - Думаю, свет там будет.

Я приблизился к панели управления телескопом. Мы стояли и смотрели на северную стену. Свет - туманные, размытые контуры звезд - был явно недостаточным. А центр Аномалии оставался черным.

- Там воронка, сэр, - сказал я Кену Стару. - Пока нет света, мы не увидим машин.

- Погодите. - Кен Стар затаил дыхание. - Там будет свет.

И свет появился. Тонкое бледное перышко выплыло из-за края воронки и понеслось к центру. За ним второе. Метеоры росли, увеличивались в числе.

- Это осколки, которые отбили от станции их мик-роснаряды, - сказал Стар. По пути туда вы встретили метеоритное облако. Они дадут достаточно света, чтобы мы могли заметить эти машины.

Секунды я стоял, не дыша. Воображение мое слиш-ком разыгралось. Эти точки и перышки - частицы нашего собственного астероида, летящие перед нами в невообразимую бездну. Мы были слишком близко от них.

- Капитан! - произнес Стар громче. - Прежде, чем свет погаснет...

Хотя пальцы не слушались меня, я нашел зеленова-тый образ пришельца, находящегося к северу от Аномалии. Он двигался, дрейфовал к югу. Когда стало светлей, мы увидели три другие зеленоватые тени, стоящие на страже этой черной бездны.

- Этот объект, - сказал Стар еще громче. - Мы движемся навстречу. Можно улучшить изображение?

- Нельзя, пока не станет светлей.

При этом скудном освещении огромные вражеские машины казались крошечными зеленоватыми пятнышками. Поначалу ничего другого я не видел. Затем я увидел смутное пятно, появившееся перед нами из тьмы. Вспыхнула новая искра, и это понятно стало отчетливым.

Я услышал, как вздохнула Лилит.

- Машина, - произнесла она. - Корабль!

- Мать всех машин! - прохрипел со стороны дверного проема Жиль Хабибула. Она преследовала нас, когда мы пробирались из этой вселенной.

Машина состояла из восьми подобных шаров, соединенных вместе. Веретенообразная, она сужалась к концам. Три изогнутые трубы представляли собой обойму для шаров. Я вдрогнул, такой она показалась мне чужой и огромной.

- Должно быть, она очень велика!

Я пытался представить, насколько она велика. Если те серо-зеленые мотыльки, летящие ей навстречу, в сотни раз превосходили крейсер Легиона, то она, видимо, в сотни раз превосходила их самих.

- Она смертельно велика! - прохрипел старый Ха-бибула. - Это чудовищная мать кораблей! Я недоверчиво повернулся к Кенту Стару.

- Это действительно корабль?

- Скорее, космическая крепость, - сказал он. Не меньше десяти миль от носа до кормы, если можно так выразиться. Средний шар мили две в диаметре, и вы даже вообразить не в силах, чем он заполнен.

- Вы хотите сказать?.. Он кивнул.

- Мы были на борту. - Он вцепился в белую бороду. - И достаточно долго, чтобы она успела отрасти.

- Годы! - просопел старый Хабибула. - Смертельные годы страха и печали!

Он отстал, когда мы направлялись в цилиндр, и теперь я понял, что он проверил целость своего багажа. Карманы его куртки оттопыривались, а в детской ладошке он держал открытую бутылку редкого земного вина.

- Что вы хотите сказать? - Глядя на растущее изображение огромного чужого веретенообразного корабля, я повернулся к Кену Стару. - Что вы там открыли?

- Погодите, капитан. - Он поднял желтую кисть. - Я хочу посмотреть.