Тэд Уильямс - Город золотых теней

— Хорошо. Я ответила на ваш вопрос?

— Да, — кивая, произнес бушмен.

— Зачем тебе понадобилось это выяснять? — спросила его Рени, когда Мартина попрощалась с ними и прервала контакт.

Впервые с тех пор как она узнала его, Ксаббу выглядел смущенным.

— Я предпочел бы не отвечать на ваш вопрос, Рени. Но обещаю, что не сделаю ничего безответственного — особенно после предупреждения Мартины.

Рени терзало любопытство, но она не стала настаивать. С некоторых пор она питала к нему нечто большее, чем доверие.

— Я знаю, что ты не сделаешь этого, Ксаббу.

— Ладно, ребята, — поднимаясь с кресла, сказал Джереми. — Я пошел звонить своей матери. Телефонная линия не отслеживается, так что бояться нам нечего.

— Нет, Джереми, — торопливо ответила встревоженная Рени. — Такой звонок попадает под определение «искать проблемы». Если людям из Братства удалось наложить запрет на наши кредитные карточки, то, думаю, им не составит труда взять под наблюдение телефон твоей матери.

— Но Мартина сказала, что звонок невозможно отследить!

— Да, она так говорила, — со вздохом согласилась Рени. — А потом попросила нас быть осторожными. Ты собираешься звонить по номеру, который почти наверняка взят под наблюдение. Зачем этот глупый риск?

Лицо Джереми потемнело от гнева.

— Послушай, леди! Не слишком ли ты молода, чтобы мной командовать? Я не потерплю здесь ничьих приказов!

Прежде чем Рени успела что-то ответить — причем довольно резко, — в их спор вмешался Ксаббу:

— Рени заботится о нас как только может. Мы все очень расстроены, мистер Дако. Но вместо того чтобы сердиться, нам надо подумать и найти какое-то другое решение.

Оценив вмешательство бушмена, Рени последовала его совету.

— Хорошая идея, Ксаббу. Слушай, Джереми, у тебя есть родственники, с которыми можно было бы связаться по общественным телефонным линиям?

Она знала, что в Пайнтауне, среди тех, кто не мог позволить себе услуг персональной информационной службы, многие люди пользовались коммунальными телефонами. Любой из них считал своим долгом позвать соседа, которому предназначался звонок.

— Я сомневаюсь, что ищейки Братства прослушивают каждую общественную линию в кварталах, где живут твои родственники. Нас, слава Богу, не объявили врагами народа, так что им приходится вести свою слежку тайно и тихо.

Джереми задумался, и его гнев иссяк. Рени улыбнулась Ксаббу, дав ему понять, что оценила помощь. Но бушмен по-прежнему выглядел озабоченным.

— У нас есть две полностью исправные капсулы, — сказал Ксаббу.

Рени заканчивала осмотр одного из резервуаров, пригодность которого стояла под вопросом. Ей оставалось проверить несколько оптико-волоконных кабелей в резиновой оболочке, которые свисали с крышки капсулы, как щупальца осьминога, спрятавшегося в расщелину скалы.

— Я знаю. Если случится какая-то непредвиденная поломка с одним из них, у меня останется шанс на второй дубль.

Ксаббу покачал головой.

— Я не это хотел сказать, Рени. У нас есть две капсулы. Вы собираетесь совершить путешествие в одиночку, но это неправильно. Я уже сопровождал вас раньше в таких походах, правда? Кроме того, мы хорошие друзья.

— Ты решил отправиться в Иноземье вместе со мной? Ах, Ксаббу! Разве тебе мало тех неприятностей, которые я принесла в твою жизнь? И потом нас будет трое — Сингх тоже пойдет туда и, возможно, Мартина.

— Не все так просто. Вы подвергаете себя большой опасности. Вспомните богиню Кали! Мы уже стояли друг за друга и могли бы снова действовать сообща.

Уловив в его голосе упрямые нотки, Рени поняла, что этот вопрос просто так не решить. Она выпустила из рук змееподобные провода.

— Но… — У нее вдруг не оказалось никаких аргументов. Более того, Рени поняла, насколько увереннее она будет себя чувствовать, если Ксаббу пойдет вместе с ней. Тем не менее желание возражать было по-прежнему сильным. — А кто тогда будет присматривать за оборудованием? Я же говорила тебе, что путешествие в ВР может потребовать несколько дней… или недель.

— Джереми умный и ответственный человек. Ваш отец тоже может справиться с этим, если только поймет всю важность происходящего. И потом вы сами говорили, что контроль за капсулами и нашим состоянием будет выполняться почти автоматически.

— Ты уже говоришь о «нас»? — спросила она, не в силах сдерживать улыбку. — Даже не знаю, Ксаббу. Думаю, ты имеешь столько же прав на это оборудование, сколько и я.

— Моя жизнь уже вовлечена в вашу битву, — очень серьезно ответил бушмен. — Я по своей воле отправился с вами на эту базу. И мне хотелось бы сопровождать вас дальше — в Иноземье.

Рени вдруг сообразила, что вот-вот заплачет. Его голос был строгим и степенным, но сам он почти ничем не отличался от мальчишки. Ксаббу бескорыстно принимал на себя часть ее ответственности, как свое собственное бремя. Такая преданность казалась ей странной и даже немного пугала ее.

«Почему он стал настолько близок мне? И как быстро! — Эта мысль буквально ошеломила ее. — Он как брат — брат-одногодок, а не ребенок, вроде Стивена, который всегда нуждался в присмотре. Или здесь что-то больше, чем это?»

Она смутилась и быстро произнесла:

— Ладно, будем считать, что мы все обсудили. — Рени пригнулась к волоконным проводам, боясь, что Ксаббу заметит, как горят ее щеки, и неправильно истолкует это. — Да, и поговори с отцом и Джереми. Если они будут согласны, ты и я отправимся вместе.

— Я по-прежнему считаю, что ты сходишь с ума, малышка, — проворчал отец, скрестив руки на груди.

— Это не так опасно, как ты думаешь, папа. — Рени подняла тонкую и гибкую маску. — Смотри, она полностью соответствует человеческому лицу и почти не отличается от водительского шлема. Эта пластина закрывает глаза, а линзы фокусируют проекцию изображения на сетчатку. Иными словами, они посылают образы на заднюю стенку твоих глаз. Данный способ настолько близок к нормальному образу зрения, что визуальная информация кажется реальной. А вот это приспособление для дыхания. — Она указала на три клапана — два маленьких и один большой, — которые создавали треугольник. — Они плотно накладываются на нос и рот. Воздух подается и выводится через эти патрубки. Как видишь, все просто. Пока вы с Джереми будете следить за правильной подачей кислорода, мне и Ксаббу нечего опасаться.

Длинный Джозеф покачал головой.

— Я знаю, что тебя уже не остановить. Поэтому даже не пытаюсь. Но если тут что-нибудь сломается, не вини меня в этом.

— Спасибо за поддержку, папа. — Рени повернулась к Джереми: — Надеюсь, ты проследишь за порядком.