Анри Бертьен - Всего один год (или: "Президент").

– Ну, дёргаться-то как-то надо…

– Дёргаться, может, и надо – только ж не так как-то… Знаешь, у меня есть несколько правил, которые я всегда считал нормальным выполнять. А когда… под воздействием, скажем, какого-то порыва… или – поддавшись на чьи-то уговоры… я их не выполнял – то неизменно бывал наказан за это. Одно из них гласит: "не перебегай дорогу перед движущимся предметом, вне зависимости от его мощности. Хочет бежать – пущай бегит. Я подожду, пока трасса освободится". Обычная техника безопасности, Анри. Ибо те, кто подобен Билли – не остановятся. Деньги, замаячившие перед ними деньги, застилают им всё – не только порядочность, честность, уважение или самоуважение – но и элементарный здравый смысл, трезвость рассудка. Я не хочу попасть под такой каток. Не тянет…- ухмылка Алла была какой-то неестественной, больше похожей на гримасу.- Ещё одно правило гласит: "не обсуждать потенциальные возможности до получения результата, не кричать о том, что ты можешь его получить – а, получив его, записать все результаты замеров мелом в аудитории на доске, и только на этом фоне выслушивать выступления желающих. Они тогда ведут себя несколько помягче… Поумнее, что ли… Когда реальный результат всем слушателям очевиден и давит на психику, нависая сверху молчаливым бесстрастным свидетелем – даже ярые недоброжелатели ведут себя совсем по-другому: ибо вот так, в лицо, нагло перевирать очевидные факты – далеко не всем удобно.

– А кому удобно?

– А кому удобно – тот сам себя всем и покажет. Во всей красе. Главное, что это будет всем очевидно – даже без каких-либо телодвижений с твоей стороны. Это приятно. В какой-то мере. Да… К чему это я?- Алл задумался.- Да. Так вот… В последнее время… я частенько стал нарушать вторую заповедь, пойдя на поводу у тех, хто учил меня жить, говоря: рекламируй. Рекламируй как себя, так и свою деятельность – ибо иначе о тебе никто не узнает и ты будешь заниматься всем этим, как сказал мне академик Алтунян, дома на чердаке. Так говорили мне многие, и я пошёл на это – пошёл у них на поводу. Я нарушил заповедь "работай молча" – я попытался рекламировать себя и был нещадно бит за это: меня начали сравнивать с теми же крикунами, причём – сравнение бфло явно не в мою пользу, ибо они умеют это делать, естественно, гораздо лучше. Потому я вскоре плюнул на "рекламную науку", вознамерившись впредь вести себя так, как вёл раньше. То есть: все обсуждения – только после замеров. Всё. Ничего никому объяснять просто не буду. Хотят попробовать – пусть скажут, что именно: сделаю модель – покажу. Захотят – так оплатят, и сделаю по-серьёзному. Если им так работать неинтересно – так мне это всё до лампочки: значит, им просто интересно меня завалить, унизить, высмеять – а дело им всё равно не нужно – так ради чего же напрягаться? Чтобы дать им возможность меня переспорить? На словах? Бред. Словесный спор – бред.

– В споре рождается истина…- Припомнил я.

– Бред, Анри. В споре истина не рождается – в споре она умирает. Зарождается она в грамотном обсуждении, в корректной дискуссии – участникам которой не интересно, кто был более прав – им интересно, какова есть истина… на самом деле… Этот интерес для них заметно выше самолюбия, Анри… А окончательно является истина на свет Божий, становясь очевидной для всех – либо вследствие серии грамотно поставленных экспериментов, либо после реальной, грамотной реализации проекта. А спор… Спор есть просто способ утвердить противников в их заблуждениях. И – не более.

– Хм… Ххххорошо сказал.- Удовлетворённо повёл головой я.

– Это не я сказал, Анри. Это сказал Амброз Бирс. Большая, знаешь ли, в подобных делах умница…- Как-то безразлично ответил Аллен. Беседа затихла.

– Весь период развития "компьютеров для кухарок"… Был ознаменован криком продавцов, желающих продать подороже то, что они имеют. И – ни одного толком интересного достижения – ни в области архитектур компьютеров, ни в области операционных систем для них, ни в области сколько-нибудь сложных изделий и продуктов вообще. Просто реально произошло всё то, что я и предрекал в самом начале этого периода: пришли мальчики с базара – видимо, умеющие продавать, и наверняка прекрасно умеющие объяснять свои неудачи объективными причинами. То есть – говоруны. И заполонили рынок, заняв не свои места, а места выжитых ими специалистов. Говоруны должны продавать, а не созидать – в этом была главная ошибка. Блиииин…- Алл обхватил голову руками, и в отчаянии почти взвыл: – Ну, когда ж они уже своим делом займутся-то, а?- Я только руками развёл.- Всё, угробили, сволочи…- Как-то обречённо продолжил он.- Как кухарки правят миром – мы уже видели: Соны это всем убедительно показали. Теперь мы увидели, как миром правят дебилы и сволочи беспринципные… Учат нас, учат… А толку? Кретины… Знаешь, какой у них основной метод оценки специалистов? По сравнению с ними, дебилами. По их, дебильной методике. У них чем больше преуспевания – тем больше уверенности в словах. Статистика такая. Так они и других так ценят, включая всех специалистов: исключительно- по степени уверенности в словах. Брееееддддд! Переходный период. От правления дураков и бандитов к власти полного идиотизма. На всех уровнях. Биллизмом это у нас называется. С префиксом Д' – как титул. Так и читается: Д'Биллизм. Чувствуешь?- Я кивнул.

– …У Билли Вайпера было масса идиотских изречений, делавших его посмешищем,- монотонно продолжал рассказывать Алл.- Увы, посмешищем – лишь для горстки специалистов, но – не для всех кухарок и домохозяек, которые верят ему, как богу. Но два из них были настолько выдающимися, что вписаны красными буквами в историю системотехнических маразмов. Первое из них гласит, что "500к памяти хватит всем" – это на фоне того, что простая песенка на пять минут займёт места в несколько раз больше, а любая его собственная разработка – даже "редактор текстов" – не может нормально работать и при памяти, на порядок превышающей названную. Второе – "многозадачность нужна разве что для фоновой печати". Ну, что я могу сказать? Мужик. Крепкий мужик. Который часами готов пялиться на экран, ожидая, пока запущенная им программа… Или задача… наконец, кончит. Терпеливый наш… И система его такая же прибитая, как и он сам. И примерно так же относится к многозадачности. И его именуют гением всех времён и народов – за то, что, околпачив весь мир, он сумел сколотить себе миллиардное состояние. Это удручает, Анри. Это… Как-то даже разрушает личность, являясь для неё слишком сильным испытанием… На фоне того, как толпа восторженных фанатов, ни сном, ни духом не ведающая о технологиях производства программного обеспечения, поёт хвалебные песни Билли Вайперу – можно сойти с ума. Или – стать философом, если повезёт. Нормальным человеком в такой среде оставаться невозможно.