Стивен Дональдсон - Хаос и порядок. Прыжок в безумие

Порсон посмотрел на капитана Юбикви.

– Не точно, сэр, – ответил он, как будто этот вопрос ему задал Долфин. – Но амнионский корабль расположился именно над этим местом.

Мин сжала подлокотники кресла, готовясь к новым уклоняющим маневрам.

– В таком случае, капитан, я могу сказать вам, что мы будем делать, – сурово произнесла она.

Вопреки ускорению и противоположным векторам движения Долфин без видимых усилий развернул к ней кресло.

– Признаюсь, я боялся того, что вы отреагируете подобным образом, – ответил он.

Тон Юбикви был таким же дерзким, как и блеск в его глазах.

– Говоря о намеках и предложениях, я надеялся, что мы обоснуем наши дальнейшие действия какими-то более правдоподобными предпосылками.

Мин хотела закричать: «Правдоподобными?! Предпосылками?! У меня их нет! И тебе лучше не ждать правдоподобия в этой чертовой ситуации!» Но она сдержала свой гнев и ничем не выдала досады Юбикви не заслуживал таких слов. Ярость Мин была нацелена на Уордена. Она решила открыть Долфину правду. Ее уже мутило от недоговорок и лжи.

– Вы можете считать эту предпосылку достаточно правдоподобной, капитан, – сказала она. – «Труба» является крейсером, а такой тип кораблей обычно не имеет вооружения. Но здесь особый случай. «Труба» оснащена плазменной пушкой, импульсными орудиями и торпедами.

«На ней установлен дисперсионный излучатель».

– Кроме того, она укомплектована сингулярными гранатами.

Глаза Долфина расширились. Его нижняя челюсть непроизвольно отвисла. Во взгляде появились недобрые искорки. Он сердито скрипнул зубами.

– Вы хотите сказать, что дали злобному нелегалу корабль, оснащенный сингулярными гранатами? О Господи! Я думал, они экспериментальные. Я считал, они чертовски опасные.

– Все в этом мире опасное, – ответила Мин. – Если вы не заметили, то я скажу, что мы с вами тоже находимся в черной дыре.

Невероятная масса ответственности, заключенная в малом пространстве.

– Пусть она не физическая, но смертельно опасная. Мы прошли горизонт событий, когда не взорвали «Трубу» – как вы помните, у нас был такой шанс в поясе Рудной станции. Теперь нам придется пойти еще дальше – сквозь эту сингулярность ответственности. Другого выбора нет.

Если то, что она читала в книгах Бекмана, соответствовало истине…

– Эхо катаклизма говорит нам о местонахождении «Трубы» – вернее, о том, где она была.

Черная дыра, способная распространять кинетические щупальца на такое расстояние, могла поглотить и крейсер. Чтобы уцелеть, «Труба» должна была улететь от взорвавшейся гранаты на довольно большой скорости.

– Если крейсер покинет рой с этой стороны, он появится в том месте, где находится сторожевик.

«Чтобы прикрыть „Трубу“, нам нужно вовремя оказаться у точки ее выхода».

– Черт! – внезапно крикнул Глессен. – Что за…

Не поднимая головы, он окликнул Юбикви:

– Капитан, я потерял заряд на одной из пушек!

Долфин по-прежнему смотрел на Мин.

– Байделл?

Гнев в его глазах сменился тревогой. Возможно, он испугался, что руководитель подразделения специального назначения сошла с ума.

– Я уже работаю над этим, капитан, – ответила системотехник. – Система контроля за ущербом фиксирует утечку из силового кабеля. Повреждена изоляция Вот в этом месте.

Она указала на схему, которую никто не видел.

– Наверное, последствия тепловых нагрузок. Этот кабель проходит через отсек, где был пожар.

Она прочистила горло.

– Капитан, утечка энергии усилилась. На переборке скопился значительный заряд.

Долфин поморщился и сердито спросил:

– Ты можешь перенаправить энергию?

Мин вдруг поняла, что он смотрел на нее лишь для того, чтобы скрыть свою тревогу от людей дежурной смены.

– Да, капитан, – дрожащим голос ответила Байделл. – Но если я это сделаю, мы не сможем подавать напряжение на несколько других орудий. Линии не выдержат нагрузки.

На мрачном лице капитана отразилась внутренняя борьба. Конфликтующие вектора – страх за судно, уважение к руководителю спецназа, жажда битвы и желание защитить команду корабля – разрывали его на части. Открыв рот, он глубоко вздохнул, словно собирался закричать. Его взгляд по-прежнему буравил Мин Доннер. К счастью, он не закричал. Сделав выдох, Юбикви тихо рассмеялся. Он медленно поднял руки, словно сдался обстоятельствам. Его глаза блестели, как самоцветы.

– Забавно, – проворчал он. – Когда я поступал на службу, мне обещали волнующие приключения. Наверное, это и имелось в виду. Байделл, отключи кабель, пока кого-нибудь не убило током. Глессен, считай, что у тебя стало меньше на несколько пушек. Тебе же легче.

– Есть, капитан, – ответили оба офицера.

При других обстоятельствах техники починили бы неисправность за полчаса. Но в данный момент, когда «Каратель» совершал маневры, любой человек, покинувший защитные гравитационные устройства, превратился бы в отбивную через две-три секунды.

– Хорошо, директор, – громко произнес Юбикви. – Вы убедили меня. Вы сказали, что нас втянуло в черную дыру. Лично я считаю, что мы подставили задницы аллигатору. В любом случае нам остается только молиться о спасении. Что, по-вашему, мы должны делать?

«Возможно, молитвы были бы хорошим средством», – подумала Мин. Благодарно улыбнувшись капитану, она начала отдавать приказы. «Каратель» должен был направиться к краю астероидного роя и приблизиться к месту кинетической аномалии. Ему следовало прикрыть «Трубу» от пушек амнионов.

Хорошая возможность умереть ради странной игры Уордена Диоса – игры, которую он ведет с Энгусом Термопайлом, Ником Саккорсо и Морн Хайленд.

– Ты слышал, Сергей? – спросил Долфин.

– Так точно, капитан, – ответил Пэтрис.

– Тогда меняй курс, и полный вперед, – произнес капитан Юбикви. – Надеюсь, ты нас не подведешь. Хотя задание не из легких.

Пэтрис прошептал какие-то слова, кажется: «Это как кусок пирога откусить». Вращение усилилось. Последовал уклоняющий маневр. Еще один. Кусок пирога? Ну да, конечно. Мин была уверена, что не справилась бы с такой задачей.

– Капитан, – внезапно сказал Порсон. – Пауза слишком затянулась.

Похоже, он был изумлен или даже напуган.

– Какая пауза?

Голос Долфина стал бесстрастным, почти отстраненным. Штурман тут же объяснил ход своих мыслей:

– Амнионы слишком долго не стреляют из протонной пушки. Обычно выстрелы следовали через каждые сто восемнадцать секунд. Очевидно, это время перезарядки. Но сейчас они затянули с выстрелом на три минуты. Точнее, на три с половиной. Они не стреляют.

Не стреляют? От беспокойства у Мин заболел живот. Три с половиной минуты?