Валерий Быков - Книга власти.

На обычной рыбацкой лодке, имея лишь килограмм золота в своём рюкзаке, я переплыл через Ла-Манш во Францию. Там меня уже ждала засада, около четырёх агентов спецслужб папы Римского.

-Нам приказано доставить вас живым, не сопротивляйтесь, именем Ватикана.

Я посмотрел по сторонам, обычное туманное облачное утро, холодно и неприятно, чтобы умирать, а что сделает со мной Вилл за полтора века позора? Да ничего хорошего. В лучшем случае посадит на замок лет на двадцать. В худшем... Лучше и не думать.

-Я сдаюсь, - сообщил им я.

-Мы наденем на вас эти колодки.

Когда один из агентов спецслужб подошёл ко мне, и заслонил собой от остальных, я выхватил из-за пояса два многозарядных пистолета, каждый на два выстрела, с замковым кремневым механизмом зажигания, поджигать фитиль не надо, лишь бы не было осечки, а она бывает. Я выстрелил подходившему ко мне агенту прямо в сердце, потом прямо из-за него всадил пулю в голову другому, и третьему, четвёртый выстрелил по мне тоже, но попал в агента, которым я закрылся, и последним выстрелом я убил его тоже. В итоге на поляне осталось лишь несколько трупов, и рыбаки с которыми я приплыл. Я вскочил на лошадь, взял другую под уздцы и быстро погнал прочь отсюда, понимая, что здесь поблизости могут быть и другие штурмовые группы.

Спустя пол дня скачки я остановился в одном из лесков Франции, привязал лошадей и зажёг костёр, теперь я был далеко от своих преследователей, но я понимал, что куда бы я не пошёл, меня всё равно арестуют или убьют. Надо было решить, куда в этом огромном мире, на всей планете, где не осталось ни одного государства без влияния папы, я мог направиться. Я знал карту Европы, вариантов было немного, Османская империя с её исламом и Россия. Думаю, Вилл решит, что я двинусь в Османскую империю, но там слишком сложно взять власть в свои руки. Что ж, остаётся только Россия. Впрочем, если посмотреть дальше, мыслить шире, есть много других мест, куда я мог бы бежать, это Америка, острова Тихого океана или даже Индия, некоторые страны Африки. Но только Россия и Османская империя обладают армией, чтобы дать сдачи отрядам Европейцев и при этом, не находятся под контролем Римского папы. Что ж, выбор очевиден.

В принципе, как вариант, можно было бы сдаться на милость Виллу, пообещать ему золотые горы в науке. Возможно, он пощадит меня, и запрёт не в тюрьму, а в какую-нибудь виллу в Италии, но это не вариант, он проследит, чтобы я не имел никакой власти. А я хочу иметь власть и свободу. Потому что мир Вилла это тупик, это не мой мир, я не хочу жить так, я хочу построить великую империю на всю планету и идти дальше.

Я пустился в долгий и осторожный путь на восток, избегая больших дорог и крупных городов, где меня могут ловить агенты церкви. Лишь иногда я заходил в мелкие деревенские харчевни, чтобы пополнить припасы. Спустя несколько месяцев, я преодолел территорию Польши и оказался на территории Руси. Шёл 1650ый год, и надо сказать, страна эта представляла из себя жалкое зрелище. В отличие от Европы, здесь царило рабство, крепостничество, хаос, низкий уровень технологий. После Англии Москва виделась мне настоящей дырой.

Помня как погорел прошлый раз, я решил в этот раз первое время не выпендриваться с какими-то уникальными высокотехнологичными вещицами. Поскольку понимал, даже здесь могут быть агенты Церкви, и даже не просто могут быть, они здесь есть совершенно точно. Любой необычный человек будет схвачен, допрошен и отправлен в Ватикан. И я купил себе обычную лавку пекаря, и вместо выпуска элитной еды для царского двора, я занялся выпечкой обычного высококачественного хлеба для дворян средней руки. А также я занимался настойкой вин и пива, которые также были в ходу. Первые несколько лет дела шли не очень бурно, и я не стремился даже расширять свой бизнес, зарабатывая себе на хлеб, еду и место где спать. И лишь потом, спустя лет пять, познакомившись с соседями, и став среди всех своим, а также искусственно состарив своё лицо, я преступил к увеличению ареала бизнеса, с целью будущего захвата власти. Кстати, впервые за много лет я решил потолстеть и очень сильно, поскольку, заметил, что в потолстевшем состоянии я выгляжу на все 24 года, а не на 16, то есть кажусь взрослым, что очень важно, потому что агенты папы ищут 16 летнего парня. Да и вообще для ведения бизнеса плохо иметь слишком молодое лицо, люди изначально подсознательно ориентированы на неуважение. Жир вообще очень старит, а пекарю и человеку, что варит пиво, к лицу быть толстым, это логично и естественно.

Начиная с 1657ого года, я стал постепенно расширять свой бизнес, купив ещё несколько пекарен, а также увеличив долю в продаже алкоголя. Я купил несколько мельниц в Подмосковных деревнях, начал варить пиво и готовить хлеб из собственного зерна, став крупным торговцем. Мне также удалось купить боярский титул, и уже к 1670ому году у меня было несколько десятков деревень крепостных крестьян. Правда, имея доход до тридцати килограммов золота в год, я так и не был представлен царю, и все мои попытки пролезть наверх в управление государством потерпели неудачу. Тем не менее, я не торопился, я привык и умел ждать удобного для возвышения момента. Но и увеличивать своё богатство я опасался, понимая, что любой по-настоящему крупный и успешный делец, обладавший высоким интеллектом и знаниями, будет слишком заметно смотреться на фоне современной России. И хотя Римский папа уже совсем стар и умирает, тем не менее, всё это ещё крайне опасно для меня. И вот, в 1679ом году судьба снова улыбнулась мне, до меня дошли слухи, что к великому цесаревичу набираются потешные войска. Я, узнав об этом, приложил всю свою небольшую власть и денежно богатое влияние, чтобы попасть в потешный полк к этому семилетнему мальчику, которому предстояло стать царём России, или, во всяком случае, он имел право на престол, чего для меня интригана вполне достаточно.

Я быстро похудел, став молодым, и меня, человека напоминавшего шестнадцатилетнего подростка приняли в потешный полк к Петру первому. Нас здесь, кстати, было немного, всего пара сотен мальчишек, мы играли с царём, строили крепости и брали их штурмом. Я был умнее и ловчее всех собранных здесь мальчишек, ловко придумывал разного рода соревнования, и уже спустя полгода сблизился с маленьким царём и тот стал слушать меня. Я провёл несколько чудесных лет, строя с ним потешные замки и развлекаясь, ни за что не отвечая. Родителей у царя не было, и многим, по сути, было плевать, чем там развлекается ребёнок, лишь бы не мешал править. А я завлекал царя морем, зная, и рассказывая сотни занимательных историй про мореплавания, кончилось это тем, что нам разрешили построить свой собственный шлюп, на котором мы плавали по озеру. И царь развесил уши про мои рассказы о дальних морях, про мореплавания, торговлю и великие морские державы. Я привил к нему интерес к просвещению, образованию, заграничному образу жизни и культуре Голландии, Англии и Италии. Я, нередко привирая, рассказывал ребёнку как хорошо и здорово в этих иноземных странах, и он всё более садился на крючок. И в этом потешном полку, я не просто развлекался, я получил возможность с детства подготовить несколько сотен мальчишек, включая самого царя, будущую элиту для правления Россией. А я умею учить людей, и знаю, что им нужно. Я не только игрался с ними, но учил их грамоте, мореходному делу и естественным наукам. Пётр взрослел на моих глазах, и всё более прислушивался ко мне. Я уже не был просто солдатом его потешной армии, я стал его ближайшим советником, учителем, и влияние моё на молодого царя было несомненным. А меж тем в государстве молодого царя всё было не так спокойно, как казалось, его старшая сестра Софья захватила власть, и сейчас готовилась окончательно избавиться от своего конкурента Петра. Я понимал, Софья без боя не отдаст власть Петру, а меж тем мой семнадцатилетний друг уже был готов править под моей великой рукой. И сейчас у царя было два первоклассных полка Европейского типа, Семёновский и Преображенский, и я готов был захватить власть в любой момент.