Сергей Агафонов - Приключение

То есть ничего страшного у дяди Андрона не нашли. Заживёт как на собаке, и будет Андрон на свадьбе у Коли плясуновского откалывать. Как бы не так.

Дядя Андрон был не такой простак, чтобы быстро встать на ноги. Он решил лечиться долго и упорно, чему способствовал, мягко говоря, слабенький уровень здешней медицины.

Товарищ N 8 и её подручные, данные товарищи всё время менялись, видимо существовал институт дневальных по медпункту, мазали дяде Андрону ногу жидкостью типа йода, меняли повязки, совали в разные отверстия дяди градусник и кормили неизвестными таблетками. Андрон этому даже не радовался, а принял как должное.

Кормёжка в медпункте была хороша. На завтрак манная каша с орехами и ягодами, на обед первое, второе и третье, на ужин fish and chips, и сколько угодно кефиру.

В первый же день дядя Андрон с такого едалова классно прокакался, чтобы крайне важно. В смысле отправления естественных надобностей медпункт был хорош тем, что не надо было посещать места общего пользования, а можно было ходить на горшок. Он был белого цвета, металлический, с крышкой. По боку у него шла надпись. Что она значила, Андрону так и осталось неведомо.

Конечно, без горшка прогрессор всё равно решил бы свою проблему — изъять из кала капсулу кое с чем важным, но в общем нужнике барака или на земляных работах это могло бы вызвать ненужные вопросы и кривотолки. Снять их задача решаемая для опытного прогрессора, но лучше, когда результат достигается малыми затратами.

Силы надо беречь. В условиях чужой непредсказуемой реальности могут возникнуть самые неожиданные ситуации, когда может потребоваться мобилизация всех твоих возможностей человек.

Изъяв капсулу, Андрон хорошенько её промыл, вскрыл пломбу на коренном зубе и заложил её в дупло. Шмон не теперь не страшен. Пломбу поставил на место. Жевать теперь можно в одну щёку, но это не беда, товарищам было невдомёк, чего это их инопланетный гость жевал по началу в две щеки, а теперь жуёт в одну, вот, что значит варвары. Правильно решили их выводить на столбовую дорогу цивилизации. Хорошо мы, прогрессоры к ним прилетели, а если бы какие-нибудь Тени или Чёрная сила на их планетку глаз положили. При наивности и не наблюдательности товарищей анчьга бы им пришла в один момент. Кончилась бы их краснозвёздная лафа под манную кашу, хорошо — угорали бы на каких-нибудь рудниках чего-нибудь чрезвычайно радиоактивного, а то бы аннигилировали к чёртовой матери во имя гармонизации Вселенной, и вся не долга. А мы вам, чудики, цивилизацию принесём на блюдечке да с голубой каёмочкой, в лучшем виде. Будет вам и тысячу каналов на ящик с экраном во всю стену, и содомия, и лёгкие наркотики, и инъекционное образование и наращивание документооборота, и небоскрёбов вам тут понастроим. Всё у вас будет как у людей. Только бы мне вам…

Но как это сделать! Дядя Андрон намётанным глазом с самого начала приметил недалеко от барака водонапорную башню. Но как до неё добраться?

Пришлось думать.

На земляных работах думать вряд ли получилось бы, поэтому дядя Андрон решил задержаться в медпункте.

Однажды хитроумный прогрессор натёр краем одеяла градусник, и он показал чудовищно высокую температуру. Но этого дяде было мало. Он сел на горшок и покакал. Потом взял в руку какашки, воткнул в них градусник и прошёл в кабинет товарища N 8. Руку с градусником и какашками он сунул под нос лепиле и сжал пальцы со словами:

— Гляньте, доктор, что там у меня!

Докторица не понимала ни слова по земному, но всё поняла, как надо было дяде Андрону.

— Он психический. — Доложила товарищ N 8 товарищу N 1, — Его надо лечить электричеством и ледяным душем.

— Может его сразу… — подумал вслух товарищ N 1.

— А как же высшая гуманность? — встряла присутствующая при разговоре товарищ N 2.

— Хорошо, лечите.

Землянину прописали длительный курс лечения электричеством, ледяным душем и битьём палкой по пяткам, но он был готов вытерпеть любые мучения, но исполнить свою миссию.

Глава XVI

— Скука! — сказала товарищ N 2, прикалывая кнопками к доске объявлений лист бумаги с надписью:

Завтра в нашем бараке вечер отдыха:

— Лекция товарища N 3 о текущем моменте;

— Дружеское чаепитие с баранками;

— Танцы под радиоточку.

В перерывах танцев разумные игры: фанты, «ручеёк», "испорченный телефон".

— Почему скука? — спросил подошедший почитать объявление товарищ N 69 с туалетными принадлежностями.

В бараке было время между ужином и отбоем, когда его обитатели занимались написанием писем родным и знакомым в другие бараки, вечерним туалетом и хождением друг к другу в гости, перечитыванием конспектов по политподготовки

— Да было уже всё это. — Повернулась к нему товарищ N 2. — Неужели мы не можем внести какое-то разнообразие в наш досуг! Вон инопланетяне на земляных работах и то художественной самодеятельностью занимаются. Чем мы хуже? Раз мы барак N 1, так умри всё живое! Разве этому нас учит товарищ N 1? Он учит нас творчеству в работе и жизни. Так давайте следовать учению товарища N 1, ибо оно, верно, потому что всесильно.

— Как правильно вы говорите, товарищ N 2. Ваши слова запали мне в сердце. — Восхитился товарищ N 69, — Я немедленно, по завершении вечернего туалета, займусь созданием инициативной группы по разработке вашего в высшей степени ценного предложения.

Товарищи разошлись.

Сказано — сделано. Через четверть часа товарищ N 69 создал инициативную группу из товарищей N 13, N 44 и N 66. Почему именно они вошли в инициативную группу по подготовке концерта самодеятельности? Потому, что они попались товарищу N 69 навстречу, когда он шёл из мест общего пользования. Товарищ N 69 обращался к ним с предложением войти в инициативную группу по подготовке концерта художественной самодеятельности, и они соглашались, ибо не могли не согласиться по причине своей отзывчивости на любое новое полезное дело.

Первым делом группа обратилась к товарищу N 1 с просьбой перенести отбой на два часа позже для того, чтобы члены группы могли оповестить жителей барака о том, что завтра в рамках вечера отдыха планируется провести концерт художественной самодеятельности, и чтобы все желающие принять в нём участие готовили номер.

Принять участие захотят все, поэтому вторым делом группы было обращение к товарищу N 1 с просьбой назначить подъём на три часа раньше, а самому вместе с ещё парой-тройкой товарищей войти в отборочную комиссию номеров концерта, и провести отбор в эти три часа.

— А как 8 часов на сон? Что скажет медицина! — хитро прищурился товарищ N 1, выслушав обращения инициативной группы.