Иван Франке - Охота в параллельных мирах

Поспать ему так и не удалось. Едва агент смежил веки и расслабился, резкий рев сирены пружиной выбросил его из кровати. На ходу застегивая комбинезон, Владислав ворвался в рубку.

— Что случилось? — начал он, но осекся, глядя на изображение маленького кораблика, висящего над диском дисплея.

— Корабль, корабль, черт возьми! — заорал он. — Значит есть люди…

— Корабль, — подтвердил Ворчун.

— Значит здесь должны быть люди, — Владислав довольно потирал руки.

— Не спеши, — охладил его радостный пыл Ворчун. — На корабле нет людей. Я его отсканировал. Если там и есть что-то, то это не люди. Для людей он очень мал. В кресле сидит кто-то или что-то, похожее на человека по форме, но это не органическая форма жизни, да и не сможет человек в таком маленьком замкнутом пространстве так долго прожить. Я подумал было, что это робот, но нет никаких признаков электромагнитных излучений. Анализы показывают, что этому кораблю как минимум лет пятьсот.

— Да нет, — сказал вдруг Владислав, приглядываясь к маленькому изображению кораблика. — Это человеческий корабль, построенный русскими. Надпись «Восток» видишь? Послушай, так это же один из первых «Востоков». На таком Гагарин летал. Подожди-ка, ему сейчас…, - Владислав поднял глаза к потолку, прикидывая что-то в уме, — ему сейчас пятьсот семьдесят один год. Это один из пропавших «Востоков». При старте в 1960 году его орбиту неправильно расчитали и он через некоторое время ушел в открытый космос. Мой отец был когда-то свидетелем запуска таких кораблей.

— А кто на борту? — спросил Ворчун. — Труп пилота, что ли?

— Во-первых, не пилота, а космонавта, — поправил его агент. — А во-вторых, это манекен, имитирующий человека. Тогда было очень важно расчитать каждый килограмм веса. Люди знали о космосе еще очень мало, да и техника была еще та.

— Так, и что мы с ним делать будем? — снова поинтересовался Бонд.

— А что с ним делать, — развел руками Владислав, — не на буксир же его брать. Пусть летит дальше, вечным памятником первых шагов человечества в космос.

— Ладно, — Ворчун помолчал, — тогда полетели дальше.

"Ирга" снова начала набирать погашенную скорость, оставив где-то позади маленькую скорлупку корабля, вскоре затерявшуюся в бескрайних просторах космоса.

— В одном я теперь уверен точно, — добавил андроид через некоторое время. — Это и в самом деле параллельный мир. Да я тут еще о корабле-призраке подумал немного. У него на борту стоит мой двойник скорей всего. Нас изготовили в двух экземплярах, но один исчез прямо из тестовой лаборатории. Его так и не нашли потом. Если те двое на «Призраке» догадались, как пользоваться подпространством, то это наверняка выглядит так. Для прыжка в «суб» нужен ноль гравитации и большая скорость, а для прыжка в подпространство скорость, скорей всего, не играет роли, зато для настройки пи-генератора на нужный резонанс нужно что-то около шести «же». Значит, для такого прыжка ему нужно либо очень близко подобраться к звезде, что далеко не безопасно — двигатели могут взорваться, либо большая планета-гигант вроде того же Юпитера, или же астероид металлогоидов. Подходящих планет-гигантов не так уж много, а к металлогоидам он дорогу знает хорошо. Если это все верно, значит он относительно регулярно должен появляться около астероидов-ловушек для очередного прыжка. Вот там его и надо будет ловить. Не зря же большинство рапортов о его появлении поступало из этого сектора галактики.

— Или наоборот, — добавил Владислав. — Не подпускать его к астероидам, чтобы удрать не смог. А почему ты собственно решил, что твой пропавший двойник на корабле-призраке?

— Да так, — Ворчун стушевался, — мысли там всякие, догадки.

— Ну, а все-таки, — не унимался человек.

— Не знаю, — отнекался робот, — я не уверен. Это все еще надо будет проверить.

— Ты не темни, Ворчун, — Раденко был явно заинтригован. — Давай колись. Чего ты там опять раскопал?

— Помнишь, как я сканировал борткомпьютеры других кораблей? — Андроид, не дожидаясь подтверждающего кивка Владислава, продолжил. — Так вот, когда ты меня сюда воткнул, я естественно сначала проверил все связи. Так вот, в блокировочном модуле были слабые остаточные сигналы — попытки сканирования…

— Так, — агент задумчиво постукивал карандашом по столу. — Значит, говоришь, нас тоже отсканировали? А как же твои утвержедния, что ты нигде не наследил?

— Извини, не понял, — Ворчун выдвинул свои глаза-камеры на телескопических штангах повыше, изображая недоумение.

— Раз на нашем компьютере остались следы вторжения, — Владислав с хрустом сломал карандаш. — Значит, они могли остаться и на других, ведь так?

— Ах, вот ты о чем, — Ворчун деланно вздохнул. — Тут я могу тебя заверить: мы своих следов нигде не оставили, а эти следы я потому и обнаружил, что в свое время поставил предохранительный блок. От сканирования это не спасает, но вот отсылку отсканированных данных блок-модуль не допустит. Именно эти следы блокировки я и обнаружил.

— А тогда что в этом особенного? — успокаиваясь хмыкнул Владислав. — Кто-то попытался нас отсканировать, что с того? Это мог быть кто угодно, патрульный крейсер, например. "Синяя птица", в конце концов.

— Видишь ли, блок-модуль оставил код адреса, по которому должны были уйти данные и этот код не соответствует коду ни одного земного патрульного крейсера. Это я успел проверить.

— Так чего проще тогда, — заулыбался человек. — Возьми да сверь адресок с базой данных и будешь знать наверняка, чей корабль у нас пошариться хотел. Я удивляюсь, что тебе это надо объяснять.

— Не могу, — Ворчун уставился камерами в пол. — Нет больше никаких данных в этом блоке.

— Как нет, — не понял Владислав. — Ты что, стер их, что ли?

— Не я, взрыв постарался. Но исходя из того, что я это один раз придумал, то могу предположить, что я мог это придумать еще раз, точнее не я, а мой двойник. Отсюда и предположение, что на «призраке» стоит мой двойник или братец, это как тебе больше нравится. Заболтались мы с тобой, приготовься к прыжку в "суб".

Владислав поспешно откинулся в кресле, жалея, что не отправился спать. Он уже сбился со счета в количестве переходов в «суб», но процедура эта ему до сих пор не доставляла ни малейшего удовольствия. Он прикрыл глаза. Усталость, накопившаяся в нем за последние дни, все еще давала о себе знать.

— Что-то не так, — устало думал Раденко, — надо бы кровь проверить.

"Этот чертов гаргонид, что ужалил его во второй раз, благополучно сдох, не выдержав жары и последующих после взрыва перегрузок и агент выбросил его вместе с пробиркой в утилизатор, где последний был разложен на атомы… Одна-единственная планета кружилась вокруг светила, сопровождаемая целым роем небольших астероидов, которые, впрочем, держались на почтительном расстоянии от гиганта, имеющего в свою очередь два спутника, один из которых, размером с землю, имел на своей орбите другого, размером с луну. Прямо матрешка какая-то…