Евгений Кривенко - Окликни меня среди теней

Ознакомительный фрагмент

Другой репортер поинтересовался:

– А как вы уживаетесь с китайцами?

– Да никак, - скучно ответил Русов. - Они к нам не суются. То ли холодно, а они этого не любят, даже летом в теплом белье ходят, то ли просто боятся воевать. Под шумок присвоили некоторые районы южной Сибири, где их и так было больше, чем русских, а целиком захватили только Среднюю Азию, там полезных ископаемых на сто лет хватит. Торгуем понемногу, вот и все.

– А может быть, вы китайский шпион? - очаровательно улыбнулась корреспондентка с фиолетовыми губами (Русов сразу вспомнил официантку из кафе). - Не секрет, что Китай готовится к очередной экспансии. Вот вы и полетели проверить нашу противовоздушную оборону.

Русов поморгал, а потом рассмеялся:

– Ну да, я шпион. Специально прилетел, чтобы посидеть в американской кутузке. Там даже койка удобнее, чем у меня дома.

Репортеры тоже посмеялись и стали дружелюбнее. Вообще, рассмешить их ничего не стоило, и Русов немного расслабился, но все равно, когда наконец гурьбой повалили к выходу, почувствовал себя совсем выжатым. Тут к нему и подсел мужчина в сером костюме - точная копия тех двух, что прилетели вчера из Колумбуса, - до того державшийся в стороне. Сунул под нос удостоверение с диковинными печатями и скучно сказал:

– А теперь и я задам вам несколько вопросов, мистер Русов. Отвечать на них в ваших же интересах. Иначе беседа продолжится в тюремной камере. Хотя на шпиона вы не очень похожи, - он скептически оглядел Русова, - но представить таковым несложно. Тогда и мэр вам не поможет, проведете жизнь за решеткой. А если будете сотрудничать, то, возможно, предоставят вид на жительство.

Мужчина положил ногу на ногу, а Русов тоскливо вспомнил, что в Америке длительные сроки тюремного заключения - до ста и более лет…

Особой храбростью он не отличался, присяги Братству не приносил, так что хмуро пробормотал:

– Наверное, вас интересуют военные секреты. Но я в таких вещах не разбираюсь.

– А важных сведений мы от сынка градоначальника и не ждем, - в голосе собеседника прозвучала откровенная издевка. Он поставил на стол ноутбук, открыв таким образом, что дисплей не был виден Русову. - Но на несколько вопросов придется ответить… Где находится база, с которой вы вылетели, и сколько там имеется самолетов?

Делать было нечего, за решетку не хотелось. Русов с неудовольствием понял, что патриот из него никудышный.

– Это аэродром в пятидесяти километрах к востоку от Кандалы, - угрюмо ответил он. - Там, по-моему, около десятка машин…

С полчаса шел допрос, и Русов с каждым вопросом становился злее. Собеседника это, похоже, только забавляло. Закрывая ноутбук, он насмешливо сказал:

– Вряд ли мы узнали от вас хоть один секрет государственной важности, мистер Русов. Осведомленность у вас на нуле, как того и следовало ожидать. Но приборы показывают, что вы искренни - так что, если вам решат предоставить вид на жительство, возражать не станем. Пока все. Желаю удачи в Америке.

Он поднялся, неторопливо пересек гостиную, и спустя минуту послышалось сытое урчание отъезжавшей машины.

Русов вздохнул, настроение было поганое. Из-за двери выглянул прятавшийся от репортеров Грегори.

– Заходи, Юджин, - помахал он очками. - И не обижайся на этого парня. Армейские чины здорово раздосадованы, что вас проморгали. Они и думать забыли про Россию, а тут такой сюрприз сваливается им с неба.

Комната Грегори оказалась небольшой: стол с компьютерным дисплеем и кучей журналов, узкая кровать у стены (по-армейски тщательно застеленная), а на стене громоздкое оружие, похожее на автомат-переросток.

Проследив взгляд Русова, Грегори улыбнулся:

– Как ты думаешь, что это такое? Возьми в руки, не бойся.

Против ожидания, автомат оказался не тяжелее двустволки, с которой Русов хаживал по лесам вокруг Кандалы.

– Стреляет гиперзвуковыми пулями, - с гордостью объяснил Грегори. - Летят в пять раз быстрее звука, можно танк расстрелять. Таких мало выпустили, оружие оказалось дорогое и не очень практичное… Выпей-ка виски, Юджин, а то у тебя вид замученный. И зови меня просто Грегори, без всяких «сэров».

Русов осторожно повесил автомат и взял протянутый стаканчик с желтоватой жидкостью. Вкус показался маслянистым, горло слегка обожгло. Грегори махнул рукой на стул, и Русов сел, чувствуя, как по телу распространяется приятное тепло.

– Джанет вернется не раньше пяти, - продолжал Грегори, - есть время поболтать. Послушай, Юджин, так из-за чего началась та чертова война? Что говорят об этом в России?

Русов поставил стаканчик на край стола. Военной историей интересовала мало, так что просто повторил слова Сирина.

– Я слышал, что все началось с какой-то диверсии против нашей орбитальной группировки. Возможно, не без участия американских спецслужб. Включились установки «черного света» - говорят, что их создавали как радиоэлектронное оружие, и компьютеры в зонах поражения стали сходить с ума. Наверное, ваше руководство решило, что это мы напали на Америку - и последовал удар высокоточным оружием, развернутым НАТО против России. В ответ наши стали сбивать американские «Томагавки» и «Стелсы» над Европой, и тоже запустили десяток-другой ракет. Однако компьютерные системы пошли в разнос из-за «черного света», так что настоящей ядерной войны не получилось…

Грегори передернуло.

– Это не совсем так, - сказал он с выражением страдания на лице. - Я не верю в теорию заговора. Насколько я знаю, мы не собирались начинать войну…

Он замолчал и, налив себе виски, проглотил залпом. Поглядел в окно, где мирно колыхалась зеленая листва, и продолжал:

– Но случилось странное. Все было более или менее спокойно, как вдруг на Америку обрушилась эта напасть - «черный свет». Солнечное излучение меркло, люди и компьютеры выходили из строя. В этот момент сеть обнаружения вторжения FIDNet показала, что Америка подверглась ракетной атаке, а компьютеры в центре управления FedCIRC сочли инициатором Россию. Не было времени выяснять, зачем ей это понадобилось: мы могли остаться слепыми и глухими, и тогда с Америкой можно было делать что угодно. Только тогда был нанесен удар - с целью обезоружить вероятного противника. Ракеты по центрам управления, уничтожение спутников и прочее… План, естественно, был составлен заранее, а технология отработана в Югославии, Афганистане, Ираке, Иране и других местах. Все гуманно - разрушение военной инфраструктуры при минимуме жертв среди гражданского населения…

Грегори прижал пальцем задергавшееся веко и умолк.

Русов пожал плечами:

– Прямо как в вестернах. Там герой тоже сначала стреляет, а только потом думает. Хотя мама говорила, что это типично для американцев.