Ричард Мэтьюсон - Вкус ужаса: Коллекция страха. Книга I

Дэниел мрачно отхлебнул виски, чтобы не отвечать: «Все часы Северного полушария».

Минди, новообращенный рекламный агент красавчика, тут же вмешалась:

— Ты слышал? Джек снимается в полнометражном фильме!

Джек благородно поправил ее:

— Минди, вообще-то мы еще не начали съемки, но половина бюджета уже есть.

— Да неужели? — спросил Дэниел. — А как же «мыло»?

— В жизни больше не соглашусь сниматься в сериале, — фыркнул Джек. — Я разорвал контракт, чтобы заняться фильмом. А потом, после пары картин, стану режиссером.

Минди глазела на него, как щенок с открытки.

Дэниел гонял лед в стакане, по кругу и снова по кругу, все быстрее, погружаясь в какой-то странный транс, а когда лед остановился… он увидел свое отражение.

И не только.

Джек сиял улыбкой для Холли, покрасневшая рыжуха мялась в углу, а Дэниел вполголоса выругался.

— Не совсем…

— Простите, вы что-то сказали? — Джек двинул бровями.

— Не совсем, — тихо повторил Дэниел.

— О чем это вы? — Джек явно начинал злиться.

— А вы уверены, что хотите знать? — Впервые за вечер Дэниел встретился с ним взглядом.

Минди грозно таращилась на него с выражением «не смей», что только подхлестнуло Дэниела.

— Ладно, — тихо сказал он. — Несмотря на то что вы бросили сериал ради фильма, через две недели канадцы обрежут финансирование. Ваш агент Марти дождется, когда вас не будет дома, чтобы оставить сообщение на автоответчике. А вы в этот самый момент будете расплачиваться наличными за тот зеленый «ягуар», на который все поглядываете в окно. Но поскольку вы не услышите сообщение агента, вы не будете знать, что тратите последнее. Агент же сообщит, что в сценарии сериала вашего персонажа уже заменили. Ему прописали передозировку морфина, который он украл в Центральном госпитале. Дальше следите за иронией ситуации. Продюсеры так разозлились на то, что вы бросили роль, что написали, как ваш обдолбанный персонаж срывается с утеса по пути к своей слепой любовнице. Его лицо обгорает до полной неузнаваемости, что предсказуемо, но печально. И спасти его может только пересадка кожи. Так что в тот день, когда вы попытаетесь попасть в здание Си-би-эс, охрана заявит, что ваш пропуск недействителен. «Да пошли вы!» — скажете вы и развернете автомобиль. «Кому они сдались!» — фыркнете вы и убедите себя, что вам чертовски повезло. А вашу роль, роль доктора Рэнди Маршалла, отдадут Мэтту Старлингу, который принесет сериалу дневной эфир и премию «Эмми». Несколько месяцев вы будете сидеть и ждать роли с десятками молодых и симпатичных, пока вас не затошнит. Несколько раз вас пригласят на пробы, но ваша игра будет слишком скованной и «мыльной», как будут потом шептаться агенты у вас за спиной. И вот, после года унизительных прослушиваний, вам и вовсе перестанут звонить. Марти бросит вас и подпишет контракт с Мэттом Старлингом. Вы приползете на коленях к продюсеру «мыльной оперы», над которой смеялись, и будете умолять взять вас обратно. «А что, если у моего персонажа есть брат?» — попытаетесь вы предложить, когда на ваш звонок соизволят ответить. Но продюсер скажет, что Мэтт Старлинг заработал им высокий рейтинг и получает больше писем от поклонниц. С момента вашего ухода рейтинг сериала поднялся на два пункта. Еще четыре года ваша ослепительная улыбка будет постепенно желтеть, грива светлых волос поредеет и покажется плешь. Прекрасные женщины, которые раньше не давали вам прохода, перестанут вас замечать, и вы станете завсегдатаем баров среднего пошиба. И наконец попробуете наркотики — метамфетамины, если быть точным. А что самое смешное, Джеки, когда у вас закончатся деньги, вы станете продавать их близким друзьям. Вас пригласят на несколько третьесортных вечеринок, но только как дилера, и ближе этого вы больше никогда не подберетесь к кино. Вы никогда не признавали своей бисексуальности, но наркотики освободят вас от комплексов, и вы решитесь наконец завести любовника — им станет ваш старый приятель Лэнс, еще один наркоман, с которым вы будете пользоваться одной иглой.

Дэниел сделал паузу.

— Мне продолжать?

У Джека отвисла челюсть, глаза Минди блестели от слез.

Дэниел, спотыкаясь, ушел в ванную и плеснул себе в лицо холодной водой. Вытерся одним из вышитых розовых полотенец — повешенных только для красоты.

Подняв глаза, он увидел будущее в зеркале ванной.

Жуткие вещи: Джек Конрой вдыхает амилнитрат во время анального секса с Минди, Флоренс вынимает свой стеклянный глаз, сует его в рот, чтобы почистить слюной, и давится им насмерть; Филлис Бернсайд в полицейской форме отвечает на звонок из круглосуточного магазина только для того, чтобы получить пулю в голову от грабителя — прыщавого сына Фландерсов, Джейсона; рыжая Холли Вивер счастливо проводит медовый месяц на Багамах с Марком Бернсайдом и не знает, что протекающий имплантат в груди медленно убивает ее…

Дэниел попытался отвести слезящиеся глаза от ужасов в зеркале, сердце колотилось в груди, мигрень пыталась просверлить его голову насквозь, но он не мог не смотреть. А изображения все мелькали: Барт хватается за грудь на своем газоне и падает под веселые струи поливалок; Мэтт Старлинг, обладатель «Оскара», поднимает статуэтку и благодарит Джека Конроя за то, что тот отдал ему роль, с которой и началась его звездная карьера (на заднем плане, комедийного элемента ради, появляется потертая кружка с фотографией Джека); Диди Макаби стоит в ванной и смотрит на кровь в унитазе, как на мертворожденного ребенка, слезы блестят на ее щеках; Минди в офисе доктора Макаби в шоке смотрит на результат своего теста на ВИЧ; а затем Дэниел видит себя, сидящего в «бьюике», смыкающего губы на дуле девятимиллиметрового «глока», и… Бах! Бах! Кровь заливает изображение Иисуса, у Дэниела отсутствует челюсть…

Звон разбитого стекла.

Дэниел вышел из ванной, с разбитых кулаков капала кровь, из динамиков лилось «Белое Рождество» Бинга Кросби.

Диди Макаби заметила капли крови на ковре и взвыла:

— Только не на новый берберский!

Дэниел откинулся на кушетке, рассматривая книжную полку. «Неврология», «Патологии», «Тревожные расстройства», «Уравновешенность», «Маниакально-депрессивные расстройства», «Депрессия», «Пагубные привычки», «Биполярное расстройство», «Зависимость», «Дисфункции» — названия почти составляли связное предложение. И ни одной книги о суициде.

Он слышал, как тикают его часы. Кто услышит, как они остановятся?

— Итак, Дэниел, у нас снова проблемы с зеркалами?

Шейла Мерримен откатилась назад в своем эргономичном кресле, кроваво-красный лак ногтей блеснул у подбородка, когда она оперлась на сцепленные ладони и покачала головой, словно взвешивая ее на весах рассудочности.