Джеймс Уайт - Эскулап

Когда шум стих настолько, что Конвея можно было услышать, он произнес:

- Доктор, не могли бы вы мне помочь? Я нуждаюсь в совете или хотя бы в информации. Но дело это достаточно деликатное...

Конвей увидел, как брови Маннона поползли вверх, а уголки рта изогнулись в улыбке.

- Конечно, я буду рад вам помочь, - ответил он, - но боюсь, что в данный момент от любого моего совета будет мало толку.

Маннон скорчил противную рожу и повел сверху вниз руками.

- Я все еще нахожусь под действием мнемограммы ЛСВО. Вы знаете, как это выглядит: одна моя половина думает, что я - птица, а другая находится по этому поводу в замешательстве. Но что за совет вам необходим? продолжил он, странно склонив голову на птичий манер. - Если это особая форма помешательства, называемая влюбленностью, или другое психическое отклонение, я советовал бы повидаться с О'Марой.

Конвей поспешно покачал головой: кто угодно, только не О'Мара.

- Нет, - сказал он. - Скорее это философский вопрос, имеющий отношение к этике, возможно...

- И это все?! - воскликнул Маннон. Он собирался сказать что-то еще, но тут его лицо застыло, и он стал внимательно прислушиваться. Неожиданно он дернул рукой, указывая пальцем на ближайший настенный громкоговоритель.

- Разрешение ваших тяжких проблем придется отложить, - мягко сказал он, вас разыскивают.

- ...доктор Конвей! - оживленно вещал громкоговоритель. - Вам надлежит пройти в комнату номер восемьдесят семь и проследить за введением стимуляторов...

- Но восемьдесят седьмая даже не в нашем секторе, - запротестовал Конвей. - Что тут происходит?..

Неожиданно Маннон помрачнел.

- Кажется, я знаю, - сказал он, - и советую вам приберечь пару доз для себя - скоро они вам понадобятся.

Он резко повернулся и заспешил прочь, что-то бормоча о необходимости побыстрее стереть мнемограмму, пока его тоже не вызвали.

***

Комната номер 87 оказалась помещением для отдыха персонала отделения скорой помощи. В креслах, на столах и даже на полу - повсюду сидели люди в зеленой форме мониторов. Когда Конвей вошел у некоторых даже не хватило сил повернуть голову в его сторону. Один из мониторов с большим усилием выбрался из кресла и подался к нему. Следом за ним - второй, с нашивками майора на плечах и змеей, обвившей чашу в петлицах.

- Максимальную дозу, - сказал он и начал закатывать рукав мундира. Начнем с меня.

Конвей огляделся. В комнате находилось человек сто с явными признаками крайнего переутомления, да и их пепельно-серые лица говорили сами за себя. Конвей по-прежнему не испытывал к мониторам особых симпатий, но эти, вне зависимости от его эмоций, были пациентами, и оказать им помощь было его прямым долгом.

- Как врач я вам этого настоятельно не советую, - отчеканил Конвей. Очевидно, что вы и так уже приняли достаточно стимуляторов, даже более чем достаточно. Что вам необходимо, так это сон...

- Сон? - раздался откуда-то голос. - А что это такое?

- Успокойся, Тейрнан, - устало откликнулся майор и обернулся к Конвею. Как врач я понимаю всю степень опасности. Предлагаю: давайте не терять зря время.

Быстро и профессионально Конвей сделал уколы. Представшие перед ним люди с усталыми взглядами и непослушными телами уже через пять минут с неестественным блеском в глазах упругим шагом покидали помещение. Не успел он покончить с уколами, как снова услышал свое имя - громкоговоритель приказывал ему прибыть к шестому доку и ждать там дальнейших распоряжений.

Конвей знал, что шестой является вспомогательным причалом к сектору экстренной помощи.

Торопясь побыстрее добраться до места. Конвей вдруг сообразил, что он устал и проголодался, но продолжения его мыслям не дали громкоговорители, которые объявили общий вызов всем интернам в отделение скорой помощи и приказали эвакуировать прилегающие помещения куда только возможно.

Объявления перемежались незнакомой речью, повторяя те же распоряжения на языках, понятных для внеземного персонала.

Стало очевидно, что отделение скорой помощи расширяется в аварийном порядке. Но почему и откуда берутся все эти пострадавшие... Мысли Конвея смешались настолько, что он даже забыл поставить знак вопроса.

ГЛАВА 5

У дока номер шесть диагност с Тралтана что-то горячо обсуждал с двумя мониторами. При виде столь дружелюбных взаимоотношений между высококлассным специалистом и каким-то жалким администратором Конвей испытал чувство неприязни, но тут же признался себе, что больше его уже ничто не удивит. Еще два монитора сидели перед видеопанелью прямого обзора.

- Здравствуйте, доктор! - приветливо сказал один из них и кивнул на экран. - Они разгружаются у доков номер восемь, десять и одиннадцать.

Теперь хватит работенки на всех.

Большая прозрачная панель являла собой внушительнее зрелище: Конвей еще никогда не видел такого количества космолетов одновременно. Более тридцати серебристых игл - от десятиместных прогулочных яхт до гулливеровских транспортов Корпуса мониторов - медлительно перемещались по сложным траекториям вокруг друг друга в ожидании разрешения на пристыковку.

- Ну и мудреная эта работа, - заметил дежурный монитор.

Для того, чтобы надежно защитить корабль от космических тел, противометеоритные экраны устанавливались на расстоянии пяти миль - еще дальше, если корабль был большим. Но космолеты находились буквально в сотне ярдов друг от друга, и единственной их защитой служило искусство пилотов. Для последних это было нелегким испытанием.

Не успел Конвей толком осмотреться, как уже прибыли три интерна-землянина. Скоро за ними последовали два покрытых рыжей шерстью ДБДГ и похожий на гусеницу ДБЛФ - все с эмблемами врачей. Раздался лязг металла о металл, и красные сигнальные огни сменились на зеленые, указывая, что очередной корабль пристыковался правильно. Открылись люки, и хлынул поток пациентов.

Мониторы вносили на носилках существ двух видов: гуманоидов ДБДГ и гусениц подобных ДБЛФ. Задачей Конвея и остальных врачей было обследовать больных и отправить их в соответствующую палату скорой помощи. Он приступил к работе. Ему ассистировал монитор, представившийся Вильямсоном и оказавшийся опытным медбратом, хотя и без соответствующей эмблемы.

Состояние первого пациента привело Конвея в шок, но не потому, что оно было серьезным, а из-за характера повреждений. Вид третьего заставил его остановиться, и монитор вопросительно посмотрел на врача.

- Что же это за несчастный случай? - взвился Конвей. - Множественные колотые раны, да еще с обожженными краями. Проникающие ранения, как от осколков взрыва. Каким образом?..

- Мы особо, конечно, не распространялись, - ответил монитор, - но я думал, что слух дошел до всех.