А. Бертрам Чандлер - Гаммельнская чума (авторский сборник)

И едва успели заметить тварей, которые высыпали из домов. “Вроде небольших кенгуру, — сообщил один парней, более словоохотливый. — Но не кенгуру. Что‑то у них есть и от обезьян, и от крыс. Они налетели на нас, как пчелиный рой. Кстати, у них, можно сказать, и жала имелись. Острые ножи. Не верите — спросите у Аннетт”.

— У них все ноги изрезаны, — пояснила доктор.

Итак, вести, которые привез баркас, подтверждали слова Бар–рета. Адмирал в сопровождении Малони и Райана отправился повидаться с Пайпером, прочие остались ждать дальнейшего развития событий.

Солнце уже село, когда адмирал вернулся на судно, вместе с ним с Солнечного Острова прибыла Аннетт. Адмирал немедленно вызвал к себе Баррета, Памелу и Кларендона. Когда все собрались в кают–компании, он выставил на стол последнюю бутыль бренди капитана Холла. Баррет достал бокалы.

— Знаете, у нас в клубе это не принято, — протянула Аннетт.

— Но вы сейчас не в клубе, — примирительно ответил Кайн, — Считайте, что вас завербовали Королевские ВМС Австралии.

— Исключено, — возразил Баррет. — Она — гордость Тасманийской Пароходной Компании.

Оба рассмеялись.

— Какая разница? — Адмирал Щедро плеснул каждому, потом поднял бокал. — Главное, в конце туннеля показался свет.

— А что думает доктор Пайпер? — спросил Баррет.

— Радиус действия его оружия оставляет желать лучшего. А что касается того самого “побочного эффекта”… Он проявляется на большом расстоянии, и помехи на него не влияют.

— Идея с приманкой просто превосходна, — пропищал Кла–рендон. — Я не военный, я всего лишь “крысолов”, но вижу, что это сработает. Они все потянутся к морю. Если даже они соберутся на берегу, можно просто поджечь нефть…

— Если нефть еще не выгорела, — сухо поправил адмирал. — ^ Ладно, что‑нибудь придумаем.

Аннетт сочла нужным вмешаться.

— Как я поняла, мы пьем за свет в конце туннеля. Но в этом туннеле есть кое‑что важное. Помните, Тим: после того, как вас чуть не убило током, вы говорили что‑то насчет Гаммельнского Крысолова.

— Что вы читали в детстве, Аннетт? — спросил Баррет.

— В основном отцовские книги. Он тоже был врачом. Анатомия, патология и все такое прочее.

Баррет сдержанно фыркнул.

— Так вот, жил–был один поэт. Звали его Роберт Браунинг[60], и писал он отличные стихи, и среди прочих — маленькую поэму про Гаммельнского Крысолова. Я ее до сих пор помню. Когда она мне попалась, у Диснея как раз совершенно чудный мультфильм по этой сказке. Если мне не изменяет память, начинается так:

Гаммельн — в герцогстве Брауншвейг,

С Ганновером славным в соседстве.

С юга его омывает река

Везер — полна, широка, глубока…

Черт, вылетело несколько строчек… А вот что там стряслось:

Испытал этот город не бурю, не град,

А худшее из бедствий.

Крысы!

Различных мастей, волосаты и лысы,

Врывались в амбар, в кладовую, в чулан,

Копченья, соленья съедали до крошки,

Вскрывали бочонок и сыпались в чан,

В живых ни одной не оставили кошки,

Кусали младенцев за ручки и ножки…

— И так далее. Такое впечатление, что это про нас написано. Короче, мэр Гаммельна предложил награду в тысячу гульденов тому, кто избавит город от крыс…

— В наши дни офицерам по контролю за грызунами платят больше, — криво усмехнулся Кларендон.

— Платили. А потом перестали. Возможно, с этого все и началось. Как бы то ни было, в город пришел Крысолов и предложил свои услуги. Ему пообещали тысячу гульденов, Крысолов вышел на улицу, и дал сигнал к отплытию. И все крысы выскочили из домов и устремились за ним:

Толстые крысы, худые, поджарые,

Серые, бурые, юные, старые —

Всякие крысы любого размера:

Крупный вор и жулик мелкий,

Крысы–внуки, крысы–деды,

Сыроеды, крупоеды…

И так далее. В общем, они побежали к реке Везер и начали топиться, точно лемминги.

Одна лишь, смелая, как Цезарь,

Часа четыре напролет

Плыла, разбрызгивая воду.

И, переплыв, такой отчет

Дала крысиному народу…

— Она рассказала, что видела и слышала, когда Крысолов заиграл на дудочке. А видела она горы всякой снеди, и разные ароматы щекотали ей нос. Она видела перед собой огромную сверкающую сахарную голову… и тут очнулась посреди реки. И бедной крысе пришлось грести изо всех сил, чтобы спасти свою шкуру.

— А ты что видел, Тим? — подозрительно спросила Памела. — Тоже сахарную голову?

— Можно, я не буду отвечать?

— Сомневаюсь, что это была еда, — вставила Аннетт. — Разве что он сильно голодал накануне.

— Вот что интересно, — проговорил Кларендон. — Не зря говорят: сказка ложь, да в ней намек. Может быть, Крысолов был алхимиком, который докопался до принципов суперакустики, а уцелевшая крыса — первым мутантом. Она спарилась с обычной крысой и от них пошли потомки…

Адмирал фыркнул.

— И чем все закончилось? — спросила Аннетт.

— Мэр решил, что получил свое, а платить не обязательно, и пытался откупиться от Крысолова несчастной полусотней гульденов. Тогда Крысолов снова заиграл на своей дудочке. И все дети ушли за ним из города, чтобы никогда не возвращаться назад.

— Похоже, мистер Баррет, пайперовский агрегат можно применять против людей, — задумчиво произнес адмирал. — Как я понимаю, вы ощутили это на себе.

— И все‑таки вы, как я догадываюсь, предпочли бы всем новомодным изобретениям батарею шестнадцатидюймовок, — сухо парировал Баррет.

— Совершенно с вами согласен. Это куда более гуманное оружие.

На следующее утро Баррет отправился во владения Пайпера. Пока снаряжали шлюпку, он вновь попытался поговорить с женой. Какое‑то время Джейн безучастно слушала, а потом взорвалась:

— Да, я понимаю, что от меня никакой пользы! Ни в чем, абсолютно! Конечно, Памела — вот настоящая женщина. Я понимаю. Она всегда готова тебе услужить — и на борту, и в постели.

— Ничего подобного, — возразил Баррет.

— Ну конечно! Я же не слепая. Я уже жалею, что вообще выбралась из дома, что оказалась на этом корабле, черт бы его побрал. Лучше бы меня не стало. Лучше для вас обоих.

— Вот только не надо!

— Нет, надо! И ты знаешь, что это правда! В этом жутком новом мире я для тебя просто обуза. А вот она — нет.

— Джейн, если бы ты просто попыталась…

— Попыталась что? Пожалуйста, Тим, уходи и делай то, что должен. Ты пытаешься спасти мир, а я путаюсь у тебя под ногами. Я это знаю. Так что ступай.

Баррет покорно удалился. Шлюпка уже ожидала его.

Всю дорогу он пребывал в мрачном настроении и открывал рот лишь по необходимости, чтобы отдать очередной приказ. Лодка причалила у ступеней. Дождавшись, пока рулевой привяжет ее, Баррет ступил на берег.